Ваал
Шрифт:
За столом кто-то сидел.
Кто-то сгорбленный, тяжело навалившийся грудью на стол, перевернув хрустальный графин. Кто-то, чье лицо пряталось в тени. Изможденный, бледный, в лохмотьях мужской одежды. Увидев страшные темные пятна на голой руке, Вирга охнул. Человек за столом пошевелился, повернул голову, и мутный свет, струившийся в дверной проем, упал на его лицо.
— Боже мой! — воскликнул Вирга. — Это Нотон.
Однако он тотчас понял, что перед ним не тот Нотон, которого он знал. Тот, кто сидел за столом, возможно, и обнаруживал схожие с Нотоном черты — высокий, красивой лепки лоб (теперь покрытый гнойниками), знакомый нос (теперь полусъеденный какой-то страшной болезнью), светлые волосы (кто-то вырывал их клочьями, сдирая кожу; на проплешинах запеклась кровь) — но в то же время это не был Дональд Нотон.
Глаза человека за столом загорелись лютой яростью. Он сграбастал кубок и, выкрикивая нечто невнятное, запустил им в незваных гостей.
Майкл пригнулся. Кубок с грохотом ударил в дальнюю стену. Нотон с трудом поднялся, поднял над головой стул и швырнул в них; от усилия он пошатнулся, упал на четвереньки, рыча отбежал в темный угол и засверкал оттуда красными горящими глазами.
— Бог мой, — ужаснулся Вирга, — они превратили его в животное! О Господи!
— Не подходите! — приказал Майкл. Он сделал шаг вперед. Нотон взвыл, как взбешенный пес, и в Майкла полетели ножи, вилки, осколки стекла — все, что попадалось Нотону под руку. Майкл негромко спросил Виргу:
— Как его звали?
— Дональд, — ответил Вирга. «Звали»? Майкл сказал «звали»?
Нотон в своем углу уселся на корточки.
Майкл сделал еще шаг вперед, и Нотон оскалился.
— Тихо, — проговорил Майкл спокойно и властно. — Тихо. Вы — Дональд Нотон. Вы помните это имя?
Нотон наклонил голову набок, слушая. Потом прижал руки к ушам и уперся подбородком в грудь.
— Дональд Нотон, послушайте меня, — сказал Майкл. — Вы по— прежнему человек. Вы по-прежнему можете сопротивляться этому. Я хочу, чтобы вы сопротивлялись этому. НУ ЖЕ!
Нотон глухо заворчал и стал озираться, отыскивая, что бы еще бросить.
Майкл сделал третий шаг вперед, нагнулся и посмотрел прямо в глаза Нотону.
— Сопротивляйтесь, — скомандовал он и внезапно протянул Нотону руку с раскрытой ладонью. — Верьте мне. Верьте. С этим можно бороться.
Казалось, Нотон растерялся. Он бессмысленно затряс головой, повернулся и стал царапать стену в поисках лазейки, через которую можно было бы сбежать.
— ДОНАЛЬД НОТОН! — загремел Майкл.
— НЕЕЕЕЕЕТ! — застонало животное на полу. — БОЛЬШЕ НЕ ДОНАЛЬД НОТОН! НЕТ!
— Господи Иисусе! — едва слышно пробормотал Вирга.
Майкл мгновенно выпрямился и, когда больной повернулся от стены, коршуном кинулся на него. Нотон испустил дикий крик страха и ярости. Майкл прижал ладони к вискам Нотона, и Вирга увидел, как у него на руках вздулись вены.
— ДОНАЛЬД НОТОН!
Тот затрясся, из раскрытого рта потекла слюна. Медленно, очень медленно выражение его глаз стало меняться. Мелькнула искра осознания. Он расслабился, предаваясь рукам Майкла, потом всхрапнул, наполнив зал вонючим дыханием, и обмяк. Майкл очень осторожно уложил сотрясаемого рыданиями Нотона на каменный пол и знаком велел Вирге подойти.
Вирга наклонился над своим другом. Гноящиеся болячки вблизи оказались еще ужаснее, чем он полагал. Неведомый и невообразимый недуг, как жадный пес, терзал плоть Нотона. Майкл, бережно поддерживавший голову Нотона, сказал:
— Этот человек умирает. Для него это единственное спасение от боли.
— Мне уже нельзя помочь, — пробормотал Нотон непослушными губами. Взгляд его остекленел. — Поздно. Уже поздно… — Он посмотрел на Виргу, не веря своим глазам. — Вы… доктор… Вирга?
— Да. Боже мой. Боже мой. Что они с вами сделали?
Нотон застонал. Боль была нестерпимой. Ему удавалось забывать о ней лишь на жалкие мгновения, и она неизменно возвращалась с новой силой.
— Они все ушли, — едва слышно прошептал он, запинаясь на каждом слове. — Кресиль, Верен, Зоннейльтон, Каро… все. Ваал увел их.
— В Ваала стреляли, он ранен, — сообщил Вирга. — Куда его могли отвезти?
Нотон посмотрел на него. Вирге почудилось, что он улыбается, но это была лишь тень улыбки.
— Ранен… Нет.
— Куда его отвезли? — снова спросил Вирга.
Нотон прерывисто задышал. Боль возвращалась. Она ласкала его раскаленными пальцами. Он задрожал, и Майкл положил руку ему на лоб.
— Ушел, — пробормотал Нотон, судорожно хватая ртом воздух.
— Что? — Майкл наклонился ниже. — Куда ушел?
— Тот ребенок тот ребенок, — бормотал Нотон, заливаясь слезами. — Господи у меня был нож… я не знал… я и подумать не мог… — Майкл осторожно вытер ему мокрые щеки. — Теперь его никто не остановит, — прошептал Нотон.
— В Ваала стреляли, — сказал Вирга. Он быстро взглянул на Майкла: — Верно?
— Дважды… — выдавил Нотон. — Два раза. Арабы поднимутся, чтобы отомстить за убийство живого Мухам… о-о Боже больно больно больно-о-о-о-о! — Он стиснул зубы, пытаясь бороться с болью.
Вирга понял, что плачет.
— Зачем? — услышал он свой голос. Нотон взглянул на него мутными от боли глазами.
— Уничтожить евреев… полностью… всех до одного… террор по всему миру… тотальный…
— Зачем?
Майкл пристально посмотрел на Виргу.
— Месть, — ответил он за Нотона.
В горле у Нотона заклокотало.
— Он задумал воскресение… покуда его ученики будут повсюду сеять вражду и хаос… он будет ждать… и… о Господи больно-о-о!
Боже правый, выдохнул Вирга. Боже правый.
— А когда он вернется, с ним придет Владыка…
Этот человек болен, он безумен. Боже правый. Черт, черт, черт.
— Не понимаю, — пробормотал Вирга себе под нос. — Ваала застрелили… застрелили…
Майкл мягко спросил:
— Куда ушел Ваал?
— Его никому не найти, — проговорил Нотон. Он захрипел, пуская омерзительно пахнущие слюни. — Слишком далеко…