Шрифт:
Любослава знала: в ее жизни слишком много загадок, которых она пока не в силах понять. Девушка всегда хотела отыскать на них ответ, каким бы странным или пугающим он ни был. Но меньше всего она ожидала, что этой Хэллоуинской ночью поиски правды сведут ее с существом из старых легенд.
Ночь на Хэллоуин ждали все ее друзья, кроме самой Любославы. Она не испытывала восторга в том, чтобы переодеваться в жуткие костюмы, наносить темный макияж и посещать тематические вечеринки. Будто ее душа чувствовала чужеродность такому методу торжества, как и многим другим современным празднествам, от былых традиций которых мало что осталось.
К восемнадцати годам Любослава смирилась: странности и нестыковки всегда рядом с ней. Взять хотя бы ее имя, данное ей на старый манер. Словно родители сразу догадались, что их дочь предпочтет современной одежде плотное льняное платье с вышитыми узорами, а модной прическе – ленту в косе длинных русых волос. Однако в жизни Любы, как ее коротко звали друзья, любви пока не было, вопреки звучному имени. Еще ни один человек не подарил ей светлое чувство, когда трепещет сердце, и тебе кажется, будто вы потерянные половинки целого.
Но все эти противоречия меркли по сравнению с той тайной, что связывала Любославу со Свислочью.
Одинокая прогулка по берегу реки стала для девушки своеобразным ритуалом в ночь на Хэллоуин. Неведомое притяжение манило ее к водной глади, а сердце наполняла щемящая тоска. Настолько горестная, что порой в карих глазах Любославы выступали слезы. Как же она хотела узнать причину столь сильных чувств, охватывающих ее у этой реки! Но пока то было еще одной загадкой, секрет которой девушке неведом.
Свислочь поблескивала в желтом свете фонарей. Когда до двенадцати ночи оставалось минут пять, Люба покинула оживленные дорожки, где сновала разодетая в мрачные костюмы молодежь. Миновав заросли, девушка прошла к своему укромному уголку набережной. Там вместо гомона людей царил мерный плеск воды, а фонари сменила ночная темнота, погружающая в атмосферу мистического празднества.
Зачарованно всматриваясь в темные воды Свислочи, Любослава подошла к краю берега и почувствовала, как на нее нахлынула волна знакомой печали. Но в этот раз так отчетливо, что девушка дернулась и оступилась, намочив ботинки.
Любослава удивленно замерла, когда, проследив за кругами на воде, поняла, что реку покрывает золотистая рябь. Ее мерцание озадачило девушку. Силясь найти причину такому явлению, Люба погрузилась в размышления – и поэтому не смогла сдержать возгласа, когда из реки вынырнул дракон. Взмахнув крыльями, которые покрывали плотные позолоченные чешуйки, чудище направилось к девушке. Однако сбитая с толку Любослава застыла на месте, надеясь, что когти дракона не сомкнутся на ее шее.
Чудище приземлилось к девушке, которая едва дышала от ужаса. Дракон склонил голову и утробно прорычал:
– Я – Хторн. Ты должна идти за мной.
Любослава опешила от его приказного тона. Она дала себе несколько минут, чтобы вернуть дар речи, а затем любопытство пересилило страх.
– С чего мне идти за тобой? Ты ведь призрак! – проговорила Люба, глядя, как тело дракона пропускает лунный свет.
Вариант сбежать она быстро отмела. Слишком много странностей в ее жизни, так что встреча с драконом быстро вписалась в ее картину мира. Может, вот она – разгадка ее тайн? Любослава не намерена упускать шанс отыскать правду!
Хторн забил хвостом по земле, мол, утруждать себя ответами он не собирается.
– Я кое-что знаю о тебе. – Девушка смерила несговорчивого дракона хмурым взглядом. – Ходит легенда, что на дне реки Свислочь покоен дракон, которого победил храбрый богатырь Менеск, основавший наш город.
Хторну не понравились ее слова. Чудище приблизило морду к Любе и огонь запылал в его глазах.
– Я предпочитаю не вспоминать о богатыре, по чьей вине заперт в этой реке.
– Заперт? Что это значит? – Люба не испугалась его предостережения. Девушка настолько осмелела, что протянула руку к драконьей чешуе. Призрачное тело чудища пропустило насквозь ее пальцы, словно она коснулась плотной туманной дымки.
– После гибели, когда Менеск сбросил меня в эту реку, я не отправился в Навь, как положено всем подобным мне созданиям, – нехотя пояснил дракон, решив, что его немногословие ему же во вред. – Я застрял в пограничье между Навью и Явью, скованный водами Свислочи. Лишь в Велесову ночь, как сегодня, я могу выйти в ваш мир в призрачном образе. Чтобы найти способ вырваться из чар реки и спокойно уйти в Навь.
– Хм, так вот зачем ты здесь, – протянула с хрипотцой в голосе Люба, замерзнув на прохладном ветре. Все же конец октября не подходящее время, чтобы расхаживать в льняном платье и легкой вязаной накидке.
Конец ознакомительного фрагмента.