Чтение онлайн

Всем людям снятся сны, и часто они могут появляться несколько ночей подряд, друг за другом, живые и яркие, и никто от этого не страдает. Никто, кроме Хидео. Его сны были другими. Затягивая сознание Хидео в сновидение, возникшие образы пробуждали сознание, запирая его в клетке, из которой он сможет выбраться только в том случае, если просмотрит все до конца.

Вчера Мичи никак не приблизила его к разгадке тайны, но Хидео настолько устал думать об этом, что даже не мог злиться на нее. Он больше ничего не чувствовал – все эмоции, все мысли, все воспоминания, которыми он так дорожил, стерлись от многократного использования, выцвели под давлением неумолимо движущегося времени.

Хмурое утро за окном постепенно наливалось живительным светом, и Хидео стал медленно собираться в школу, с тупым равнодушием размышляя о том, какое сегодня расписание и чем он будет обедать. После всего, что случилось, ему было уже не важно, как пройдет следующий день – сутки больше не сменяли друг друга, ночь и день потеряли границы, сливаясь в одно непонятное «сейчас». В мире Хидео не существовало больше ни часов, ни дней недели, ни месяцев – лишь долгое, бесконечно долгое время, застрявшее в рамках неизвестных ему циклов.

Просыпаясь после очередного затяжного кошмара, Хидео почувствовал, что в ладони что-то есть. Осторожно разжав пальцы, он почувствовал вспышку боли – такое бывает, когда слишком долго и сильно держишь руку в одном положении. В раскрытой ладони Хидео нашел чашу с окровавленными изнутри стенками – красной краской на чаше были выведены причудливые узоры, чередующиеся с кровоподтеками. Хидео спросонья показалось, что это ему лишь снится, а потому он тут же сжал ладонь, чувствуя, как холодный металлический край чаши упирается ему в кожу. Вздрогнув от реального – физического – ощущения предмета, он сел, расправил руку и стал рассматривать чашу с неподдельным ужасом.

Ее не было, когда он ложился спать! Почему тогда он проснулся с ней? Откуда она вообще взялась?

Тревога острой тонкой иглой пронзила сердце, удивив сильнейшей волной боли. Лишь хлебнув ароматного горького чая, Хидео смог немного прийти в себя и успокоить шторм мыслей.

Направляясь к школе, он продолжал чувствовать на коже ладони острую чашу, которую давно уже спрятал в карман пиджака. Если это тот самый атрибут, о котором говорила Тамака, значит, нужно как-то с ней связаться, чтобы показать чашу и потребовать дальнейших объяснений. Интересно, какому архетипу может принадлежать чаша с кровью?

Кажется, этот образ Хидео видел во сне – может быть, тогда чаша и материализовалась в его ладони? Звучит как бред, но сколько он уже повидал непонятного за прошедшую неделю!

Оторвав взгляд от земли, Хидео заметил, как из дома выходит Лили. Вид у нее крайне раздраженный – впрочем, как и всегда. Хлопнув дверью, она вышла на дорогу и стала нервно оглядываться по сторонам. Хидео решил догнать ее – все равно в одну сторону идут.

– Рокэ-сан! – окликнул он, стремительно сокращая между ними расстояние.

Она обернулась, и Хидео увидел, как за несколько мгновений выражение ее лица успело быстро смениться: сначала – на воодушевленное, затем – на раздосадованное. Она чуть посторонилась, позволяя Хидео поравняться с ней.

– Тоже опаздываешь? – спросила она, не глядя на него.

– Да, – сказал Хидео, пожав плечами. – Глупо как-то выходит: я всегда точно знаю, во сколько мне нужно выйти, чтобы прийти вовремя, но все равно выхожу позже. Может, это нежелание идти в школу?

– Может, – беспечно ответила Лили, поправив рыжие волосы. – А может, ты до последнего не хочешь покидать дом.

– А ты почему опаздываешь?

– Как раз потому, что не хочу ходить в школу, – она смущенно улыбнулась.

Хидео вернул ей такую же неловкую улыбку.

– Если бы я не был таким лодырем, то мог бы ходить в школу с Генджи, – сказал Хидео, поздно вспомнив, что последний их разговор закончился на не очень приятной ноте.

В ее глазах вспыхнуло внимание, которое тут же погасло, задавленное другим, более сильным и угнетающим чувством – с этим чувством Лили вышла из дома.

– Зачем он так рано выходит? – спросила она. – Нравится бродить по полупустым школьным коридорам?

– Кто его знает! Он очень пунктуальный и принципиальный. Бывает, вцепится как собака в какую-нибудь идею, и все… Не отпустит, пока не дознается.

– У нас с ним совместный проект, – выпалила Лили, слегка касаясь тыльной стороной ладони порозовевших щек. – И это… то еще испытание.

– Ого! – воскликнул Хидео. – Я не знал. Он не говорил мне. А что за проект?

– По химии. Токутаро-сэнсэй сказал, что мы будем писать ее вместе. Пока что мы толком не начали, да и сложно это, с его-то характером.

– Боюсь представить, как тебе тяжело выносить его высокомерие.

– Я отлично справляюсь. – На ее губах заиграла улыбка.

Что-то в ее виде сильно смущало Хидео. Лили выглядела вроде бы совершенно так же, как и всегда, но в этот раз с ней было явно что-то не то. Она как будто… притворялась? И это Лили, которая никогда не притворяется!

От Мичи набралась, что ли?..

– Прости за личный вопрос, – начал он смущенно, – но у тебя все хорошо? Ты вроде улыбаешься, но выглядишь как…

– Как побитая собака, – легко закончила она. – Так и есть. Только что вновь поругалась с родителями. Это так утомительно – ругаться. Хуже этого – только привыкание.

Повисла неловкая пауза – Хидео чувствовал, что должен ответить, но никак не мог подобрать нужные слова. Ему казалось, что любая его реплика может все испортить.

– Не обращай внимания, – спокойно заверила его Лили, видя, что Хидео сложно ответить, – я почти пришла к принятию.

– Я рад, что ты… что тебе легче. Тогда, на вечеринке, ты была такой… подавленной.