Чтение онлайн

Первая ракеты быстро подбила самолет, слишком уж небольшая была дистанция и он рухнул где-то за горой. Только купол катапультного кресла в небе остался…

Со вторым истребителем "иглам" пришлось изрядно повозиться. Тот, увидев, что случилось с его напарником, удирал на форсаже стремясь выйти из зоны поражения, также пытаясь отвлечь внимание системы наведения "игл" всеми доступными ему способами и одну из ракет отвлек-таки, но вторая прорвалась к цели и разнесла ему правый двигатель в ошметки.

Китайский "МиГ" просел по высоте, сбросил бомбовую и ракетную загрузку в лес для облегчения веса, и оставляя густой дымный шлейф стал уходить на юг одновременно пытаясь набрать высоту на одном двигателе, но получалось плохо. Он то и дело клевал носом.

"Чтоб ты грохнулся, урод", — пожелал ему вслед Вадим.

И, как по заказу, уже у горизонта в небе вспух оранжевый шар огня.

С гибелью самолетов как-то сама собой закончилась схватка и на земле. Потрясенные резкой переменой ролей выжившие китайцы, не зная о истинной численности противника, а в таких случаях говорят: глаза у страха велики, почли за лучшее отступить.

Правда, не всех их отпустили, тут уж Дюнкун расстарался, стреляя как заведенный. К тому же, кто-то из убегавших вылетел аккурат на резервную группу из раненых и там завязался короткий ожесточенный бой с легко предсказуемым плачевным результатом для беглецов.

Со спасенными контакт удалось наладить не сразу, видимо их смущало оснащение спасителей, но потом во всем разобрались. От взвода Тополя-два уцелело восемь человек.

— А мы даже и не верили, что кто-то сможет прийти… — чуть не плакал один боец.

— Где Мишин?! — тут же спросил Тарков.

— Убило его, — ответил сержант Березов, принявший на себя командование солдатами. — Его еще в самом начале тяжело ранило… в живот. Снайпер наверное постарался… Поскольку он уже ничего не мог, то засел за рацию… на помощь все звал. Ну и видимо его запеленговали и вдарили из самолетов. Две ракеты не пожалели. От него ничего и не осталось даже…

Лейтенант окаменел лицом.

— Бомба цела?

— А что с ней станется? Цела. Мы ее там спрятали в сторонке, чтобы не попали случайно.

— Старший сержант Коржаков, возьмите людей и принесите бомбу. Сержант Березов, дайте ему бойца, кто знает, где лежит боеприпас.

— Карманин! Покажи старшему сержанту бомбу!

— Есть.

— Вы переходите под мое командование, товарищ сержант, — продолжил лейтенант. — Или есть какие-то возражения?

— Никак нет. Будем только рады… без связи и всего прочего мы все равно, что никто.

— Хорошо. Переодевайтесь, — кивнул он на трупы китайцев. — Нам придется уходить и быстро.

Куликов едва сдержался, чтобы не застонать. Снова бежать…

Раненых, по крайней мере тяжелых, у новичков не было. Собственно большинство погибло от бомб, сгорело в напалме, а от таких средств поражения, как правило, раненых нет, легко точно, а тяжелые которым все к чертям поотрывало в полевых условиях долго не живут.

Контуженные – да, собственно почти все. Один особенно тяжело, но его накачали какими-то препаратами, дали сразу два трофейных батончика скушать и он бежал почти так же бодро, как и остальные, разве что без груза трофейных боеприпасов за плечами. Свое взвод Тополь-два израсходовал почти до последней железке в этом бою. Только бомба осталась.

С воссоединением остатков двух отрядов общее количество десантников-диверсантов достигло двадцати одного человека.

Бомба оказалась близнецом той, что Вадим по глупости прихватил с собой во время "прогулки" по Казахстану, а потом припрятал в одном из ущелий.

"Интересно, нашли ее все же или нет?" – подумал он невольно.

По размышлении он решил, что все же вряд ли. Не было у поисковых команд слишком много времени, китайцы уже подходили. А спрятал он ее хорошо. Самому бы потом найти, если это потом настанет.

" А на фиг она мне собственно нужна будет? — удивленно подумал он. — Разве что продать кому? Но это слишком накладно. Можно нарваться на большие неприятности…"

— Тяжеленная тварь, — охал Бардов, когда настала его очередь впрячься в импровизированные носилки, в которых несли бомбу, что было не очень удобно.

"На санках действительно легче, — подумал Куликов. — Особенно под горочку…"

— Сколько в ней хоть дури-то?

— Порядка двух килотонн, — ответил сержант Березов, считавший своим долгом приглядывать за бомбой никуда от нее не отходя. — Крохотуля в общем-то.

— По килотонне каждому, — глухо засмеялся Белый, во всем находивший смешной элемент. Он также тащил носилки с боеприпасом.

— Немного… — разочарованно протянул Юрий. — Можно даже сказать: кот наплакал. Зона поражения так и вовсе…

— Китайцам хватит, — усмехнулся Березов. — Главное им поближе сей подарок поднести.

— С этим-то и будет проблема. К китайцам так просто не подберешься, по крайней мере к достойной для такого боеприпаса цели.

— Все проблемы решаемы. Главное чтобы впустую не пропала… Я уже думал, еще немного и подорву ее к едрене фене, — признался сержант Березов.

— Успели значит, — снова усмехнулся Белый. — А то и нас бы задело…

Взвод долго петлял, наматывая один десяток километров за другим, всеми возможными способами запутывая следы, то разделяясь на две, три, а то и четыре группы и расходясь во все стороны, то вновь собираясь в заранее оговоренном вместе.

А то что за ними охотятся и не одна, а сразу несколько групп "егерей" так это к бабке не ходи. Разве могут китайцы спать спокойно, зная, что где-то под боком бродят шароглазые с ядерной бомбой и в свою очередь спят и видят как бы ее подсунуть воинам поднебесной в самое тепленькое место? Нет конечно же… И тому подтверждением служили воздушные разведчики летавшие над головами так часто и в таком количестве, что иногда сутки невозможно было высунуть носа из убежища, ночью промерзая до костей без огня и почти без движения…