Чтение онлайн

Белла Шейд некоторое время печально взирала на него, потом еще печальнее произнесла:

— Да, это я.

Пэдди оглянулся на Джима, но Джим ничем ему не помог. Джим смотрел в это время на Белли, тогда Пэдди взглянул на Дэйз, но и Дэйз ничем не в состоянии была ему помочь. Она стояла так, будто присутствует при погребении младенца, и Пэдди вновь перевел глаза на Белли.

— Я приехал из Аравии, чтобы повидать вас, — подсказала своему брату Белла Шейд.

— Я приехал из Аравии, чтобы повидать вас, — сказал Пэдди.

— Откуда из Аравии? — скорбно осведомилась Белла Шейд.

Нет, Пэдди никак нельзя было винить за то, что он затрудняется с ответом: он, бедняга, стоял и молчал, растерянный, не зная, откуда же именно из Аравии он прибыл, и в то же время боясь сорвать сцену.

— Из Багдада, — шепнула Белла Шейд.

— Из Багдада, — сказал Пэдди.

— Но это так далеко, — сказала ужас как скорбно Белла Шейд. — Ведь вы же знаете, что это Париж, а от Багдада до Парижа такая даль.

— Это точно, — подтвердил Пэдди. Он наконец-то вошел в роль и даже уверился, что в качестве багдадца не подкачает. — Но я ничего, добрался.

— Приятным ли было плаванье? — сказала Белла Шейд.

— А я поездом.

— Надеюсь, вы хорошо спали в дороге?

— Ничего, поспал, — сказал Пэдди. — Надеюсь, и вы хорошо спали в дороге.

— Я все время была здесь, — сказала Белла. — Я никуда не езжу с тех пор, как Чак отправился на дуэль. Я все время в Париже, в этом уединенном замке, одна со своими воспоминаниями.

— Ага, — сказал Пэдди, лихорадочно соображая, и тут его вдруг осенило: — А как там Чак?

— Он умер, — сказала Белла.

— А как его отец?

— Умер.

— А брат у него есть?

— Да, маленький брат.

— Ну, а он как?

— Умирает, — сказала Белла Шейд, и рука ее безвольно упала в сторону Дэйз.

— Мари, — сказала она, — приведи моих тигров. Я так одинока.

— Слушаюсь, госпожа, — сказала Дэйз.

Дэйз стала на четвереньки и поползла вокруг дивана к Белле Шейд, грустно взиравшей на своих тигров, Беллина рука опустилась на голову Дэйз.

— Мои бедные одинокие тигры, — сказала Белла.

— Ну, мне, пожалуй, пора обратно в Багдад, — сказал Пэдди.

Белла Шейд чуть не в ужасе подскочила на месте: — Что?! — воскликнула она, уже сидя на диване.

— Я немного запаздываю, — сказал Пэдди. — Это ведь жуть как долго до Багдада добираться.

— Постойте! — воскликнула Белла. — Не покидайте меня!

— А почему?

— Я тоже умираю.

— Что-нибудь заразное?

— Нет, нет! — сказала Белла. — Вам ничего не грозит. Моя болезнь безопасна.

— Что же у вас такое?

— Разбитое сердце.

— Тогда вам надо к доктору, — сказал Пэдди.

И быстро выскользнул из гаража. Дэйз тут же перестала изображать двух тигров, поднялась, подошла к Джиму и сказала:

— Белла хочет стать знаменитостью. Здорово у нее получается, правда?

Белла Шейд все еще играла, все еще умирала от разбитого сердца. Пэдди вернулся, посмотрел на нее и вдруг спросил:

— А кто этот Чек, Белли?

— Белла Шейд! Перестанешь ты называть меня Белли?

— Да ладно, все равно. Кто этот Чак?

— Неважно. Один человек. В пьесе.

— А!

Потом они перебрались во двор под старое дерево. Джим уселся под деревом и стал чистить орехи. Пэдди подсел к нему, а к Пэдди подсели Белли и Дэйз. Так они и провели остаток дня, чистили и кололи орехи, жевали их и беседовали о сцене и вообще о жизни. Уже совсем смеркалось, когда миссис Шихэйди перешла дорогу, чтобы забрать их домой и поболтать с Джимом.

— Как твоя мама? — сказала она.

— Спасибо, хорошо, — сказал Джим.

— А где она сейчас?

— Еще не пришла с работы.

— В магазине?

— В конторе при магазине.

— Да, да, я все забываю. Магазин Уолпола. Лучший в городе. Передай ей, что я справлялась о ней.

— Хорошо, — сказал Джим.

Он собрал всю кожуру и скорлупу, ссыпал в ящик и отнес к камину, стараясь все время думать, как бы изобрести что-нибудь полезное. Еще только пять часов, а уже темно. Мама придет не раньше половины седьмого. Он развел огонь и сел у окна, глядя на дом через дорогу и на его обитателей.

Мистер Шихэйди уже пришел с работы. Работает он на железной дороге. Миссис Шихэйди собрала семейство за обеденным столом. Разливает бульон по чашкам и ставит перед каждым.

Хорошая семья, очень даже нравится ему — такой низенький, рассудительный отец, огромная, вечно взвинченная мать, простачок-сын и две дочки — та, что хочет пойти на сцену и стать знаменитостью, и та, что еще не знает, кем хочет стать.

Вообще-то хорошо, что они живут через дорогу, но порой, когда он размышляет, когда старается придумать что-нибудь удивительное и хитроумное, а они лезут со своими причудами, — кажется, что хуже напасти не бывает.

Нет, я непременно должен что-то изобрести, — подумал Джим, но для этого надо было сосредоточиться, а он никак не мог выкинуть из головы Беллу Шейд.

Тот, кто изобрел ее, — подумал он, — тот наверняка и сам такого не ожидал.

Мальчик чувствовал себя очень одиноким, так как он только что затеял очередную драку и потерпел поражение. На этот раз его побила девчонка. Он был сердит, и притом очень — как хороший сердитый огонь. И холоден и безучастен — как льды у самого Северного полюса. И больно было ему, и он был похож на милого зверька, угодившего в капкан, раненого и испуганного.