Чтение онлайн

– Может, это было вообще не нападение. Может, они просто хотели подставить вас обоих, чтобы вами занялись фараоны.

Сара покачала головой.

– Нет, они хотели нас убить. – «Боже, как я могу разговаривать об этом так спокойно? Или уже привыкла?» – Они хотели устроить наезд, чтобы фараоны решили, что это несчастный случай. Мальчишки постоянно гоняют ночью на машинах по этой стоянке. Когда ничего не вышло, они стрельнули три раза, но тут же смотались, потому что не хотели попасться сами.

На лице у Текса появилась волчья ухмылка.

– Да кто это – они? Приятели Кеннисона? Тайная Шестерка? Дочернее общество Тайной Шестерки – то самое, которое вроде бы исчезло? Или… кто там еще? Джимми сейчас докладывает на Совете. Отделение в Атланте нашло чужой файл, так что он решил рассказать все Кэму.

Она протянула ему подкову.

– Ты можешь сказать, с какой это лошади?

Текс осмотрел подкову со всех сторон.

– Та самая? – спросил он.

– С какой лошади?

– Сдается мне, с гнедой. За последний месяц только ее перековывали.

– А кто на ней ездил?

– Конюх дал мне список. Имена и даты. – Он полез левой рукой в карман рубашки, вытащил сложенный в несколько раз листок бумаги и протянул Саре. Она взяла его и начала читать, разыскивая единственную дату, которая ее интересовала.

Она нашла ее и грустно усмехнулась.

– Не было гвоздя…

– Что-что? – переспросил Текс, нахмурившись.

Она отобрала у него подкову и взвесила на руке, держа открытым концом вверх.

– Вот так – к счастью, – сказала она.

– Как вы это делаете? – спросил Умник.

Уолтер Половски вздохнул.

– Пусти меня, малец, я тебе покажу.

Вместе со стулом он подъехал к клавиатуре. Сара стояла сзади и смотрела ему через плечо, прихлебывая из банки диетический лимонад. На экране монитора была видна сложная фигура, похожая на дерево – это называлось у них «взвешенный диграф» – и заполненная крохотными кружочками, стрелками и логическими блоками. «А, старая знакомая – „схема-почемучка“, только тут она с высшим образованием».

– Что-то неладно? – спросила она.

Половски мотнул головой.

– Не-а.

– Мне всегда не по себе, – сказал Умник, – когда кто-нибудь вот так стоит и смотрит через плечо.

Пальцы Половски забегали по клавиатуре.

– Видишь? Надо, чтобы параметры гамма и каппа обошли полный круг. По полному обороту гаммы на каждое приращение каппы. – Половски решительно ткнул пальцем в клавишу возврата и откинулся на спинку стула, сложив руки на груди и глядя на экран. – Понял, Босу орт?

Умник кивнул.

– А она? – показал он пальцем на Сару.

Половски взглянул в ее сторону.

– Она обойдется и без моей помощи.

Сара улыбнулась ему, но он не ответил улыбкой. «Ну и черт с ним», – подумала Сара и снова вгляделась в экран. Босуорт выделил один из кружочков, и на экране открылось окно, где он был показан во всех подробностях. «15.05.07. Потопление „Лузитании“.

– То самое, – сказала она. – Это было у Денниса в перечне.

Босуорт кивнул, перевел курсор на соседний кружок и развернул в окно и его. В окне было написано: «Германское посольство обзванивает пассажиров „Лузитании“, рекомендуя им сдать билеты, и публикует в нью-йоркских газетах объявление о своем намерении потопить судно».

Он перешел в меню и отыскал команду «Изменение фактов». Потом выделил «Лузитанию» и перевел часть логических блоков в режим отрицания. Фигура на экране замигала, одни кружочки погасли, другие поменялись местами, вместо них появились новые. Само собой открылось окно с надписью: «Выделенные события после изменения фактов».

Сара присела на стул и стала читать список, появившийся в окне. Даты и события в нем шли двумя параллельными колонками, которые как будто почти не отличались друг от друга, за исключением одного: теперь, когда факты подверглись изменению, аналоги реальных событий происходили позже, чем в действительности. Войска США прибыли на подкрепление союзников только в мае 1918 года, почти на год позже, чем на самом деле, и уже после того, как вовсю развернулось наступление Гинденбурга. А из условий перемирия, заключенного в марте 1919 года, явствовало, что война закончилась «вничью».

Половски оглянулся на Сару через плечо.

– Это то, что тебе было нужно?

– Я сама не знаю, что мне было нужно. Ничего не могу понять. Зачем немцам понадобилось топить пассажирский лайнер, пусть даже он вез военное снаряжение? Глупость какая-то. Ведь из-за этого мы раньше вступили в войну.

– А им было все равно, вступим мы в войну или нет, – сказал Половски. – Немцы считали нашу армию немногим сильнее румынской, а Гинденбург собирался довести дело до конца еще до того, как на фронте появятся американцы.

Сара показала на список в окне.

– Им бы это и удалось, если бы они не потопили «Лузитанию».

Половски раздраженно взмахнул рукой.

– Ну конечно, мы-то это знаем, но ведь у них не было клиологов, которые могли бы это им подсказать.

Сара ничего не ответила, и наступило долгое молчание. Наконец Половски повернулся к экрану и сморщился от досады.

– Чушь какая-то, – сказал он.

Умник не сводил глаз то с него, то с нее.

– А что?

Половски взглянул на него.

– Подумай сам, парень!

Рот у Умника сам собой раскрылся и стал похож на букву «о».

– Ну конечно! – сказала Сара. – В Европе ученые не глупее, чем в Америке. Даже здесь Кроуфорд был не единственным.

Половски вздохнул.

– Да. Да, я знаю. А вот этот малец в самом деле нашел документы, которые относятся к Шестерке. Во всяком случае, к самому ее началу. – Он снова с гримасой досады взглянул на экран. – Только это не больше чем предположение. Даже если какое-то событие стало поворотной точкой, это не значит, что именно так и было запланировано. Каждое действие влечет за собой определенные последствия, но это не значит, что оно было намеренным.