Чтение онлайн

Наконец, пораженные до оцепенения, они увидели, что и лес стал передвигаться, деревья стали принимать невероятные положения, как будто бы почва, на которой они росли, колебалась от небывалого землетрясения. Потом медленно весь занавес, замыкавший горизонт, опустился, точно схваченный подземными силами.

Безумные крики гигантских животных раздирали воздух. Вокруг них уровень воды быстро понижался.

Очнувшись от своего столбняка, оба ученые наблюдали теперь это апокалипсическое зрелище.

— Я понимаю, — сказал Леопольд Мессен, печально качая головой. — Вода, проникшая после взрыва в пещеры, вызвала крушение порфирового массива. А он представлял собой арматуру острова. Один за другим стали падать внутри скалистые выступы, как части карточного домика. Под этой скалистой корой, должно быть, находится огромное пустое пространство. И весь остров мало-помалу погружается туда. Это конец одного из миров… Не знаю, каким чудом, но он пережил столько катаклизмов, отовсюду уносивших следы отдаленнейших веков. Но нынешний катаклизм кладет конец и этому необъяснимому пережитку… Мы будем единственными людьми, которые его видели…

И действительно, вдали, в громе сейсмического потрясения, берег острова постепенно исчезал.

— Да, — повторил задумчиво исследователь, — конец одного из миров…

Два дня и две ночи протекали среда перипетий катастрофы. Мало-помалу вода стала опускаться. До самого горизонта со всех сторон расстилался теперь ровный покров. Никакого остатка, никакого следа не было от той сказочной страны, где они прожили столько недель.

Царило молчание, — подавляющее, мрачное. Ни одного движения, ни живого звука не было там, где несколькими днями раньше кипела такая богатая, причудливая жизнь.

Изолированные на своем скалистом островке, размеры которого с понижением воды значительно увеличились, без всякой защиты от палящих лучей солнца, три европейца ждали смерти. Никаких средств к спасению у них не было. Не было никакого материала, из которого можно было соорудить хоть какой-нибудь плот. Кругом — огромное, неодолимое водное пространство.

У них оставалось еще довольно много консервов, но трудно было пить грязную, густую воду, а жажда жестоко их мучила. Оба ученых почти потеряли сознание, они не двигались, не говорили. Леон Беран постоянно возвращался к неразрешимой задаче, и каждый раз должен был констатировать полную безнадежность.

Поднималась заря третьего дня.

Находившемуся в состоянии оцепенения исследователю стали слышаться звуки рожка, крики, шум голосов.

— Галлюцинация, — сказал он себе.

Все-таки с усилием он встает, всматривается вдаль.

— Боже мой, неужели это мираж?

Он видит барки с черными людьми, в регулярном порядке идущие одна за другой. Всмотревшись пристальнее, он подбегает к своим спутникам, толкает их, выводит их из столбняка.

— Люди приближаются, — кричит он. — Мы спасены.

Пошатываясь, они также поднимаются и смотрят туда, куда им указывает исследователь.

Лодки подходят; в них черные, в них солдаты, в них европейцы. Одна из них в скором времени причаливает.

Одним прыжком выскакивает из нее администратор Инонго, господин Райнар, и душит в своих объятиях Леона Берана.

За ним следует еще один человек, который подскакивает к ученым, пожимает им руки и восклицает:

— Ах! Mein Gott! Мы поспели вовремя.

Это господин Шифт, собственной персоной, в совершенно здравом уме.

Трех переживших удивительнейшее приключение сажают в лодку. И после продолжительных приветствий объясняют им, как произошло это чудесное спасение.

Профессор Шифт отдан был на попечение выдающегося врача, присланного губернатором Конго, и в скором времени совершенно излечился. Он обстоятельно рассказал после этого о странном приключении с экспедицией и сообщил, что с лодки, на которой он бежал, он видел, как захватывают в плен двух его коллег. Немедленно же по телеграфному приказу из Европы стала организовываться спасательная экспедиция. И после нескольких недель утомительного странствования по болоту ей удалось достигнуть наконец этих мест. Издали в бинокль администратор Райнар заметил островок и направился к нему со всем отрядом.

— В течение последних двух дней нашего плавания, — заметил он, — мы пошли быстро, подгоняемые каким-то течением.

Леон Беран и оба его спутника переглянулись: они понимали, в чем дело.

— А теперь, — закончил администратор, — так как мы достаточно сильны, мы хотели бы взглянуть на этих знаменитых пещерных людей, на этих антропопитеков, как называет их доктор Шифт. Мне очень интересно ознакомиться с этими новыми людьми, которыми я должен управлять. Ведь их территория входит в состав моего округа.

— Их территории больше нет. Течение, которое вас несло сюда, вызвано было устремлением воды, покрывающей теперь то место, где меньше недели тому назад расположен был доисторический остров.

И, в свою очередь, Леон Беран рассказал об их жизни в пещерах, об их бегстве, о взрыве и катаклизме и печально закончил:

— Для этих людей отдаленных эпох наше присутствие оказалось гибельным. Они умирают в конечном итоге от тех неведомых им сил, с которыми выступает наша цивилизация. И теперь, в недосягаемой глубине болота, навеки скрылась отдаленнейшая эпоха со следами прошлых тысячелетий жизни нашей планеты.