Чтение онлайн

– Возможно, вы правы, – согласился Резо, – но теперь уже все равно поздно все это обсуждать. Все равно мы ее больше не увидим до отъезда. А если нам повезет, то мы быстро проведем завтра совещание. Хотя с Максудовым всегда трудно договариваться. Он увертливый, как змея, сумеет оговорить особые условия.

Послышалось блеяние. Очевидно, шли последние секунды жизни барана. Резо прислушался.

– Несчастный баран, – мрачно сказал он, – жил и радовался жизни, пока кто-то другой за него не решил, что он должен умереть. И сейчас Сарвар Максудов исполнит роль палача.

– Он часто так делает?

– Да. Он и у себя в Ташкенте устраивал подобные трюки. Мне вообще трудно смотреть, как режут несчастное животное. А он еще может освежевать мясо за неполные полчаса. В общем, из него получился бы прекрасный мясник, хотя как президент компании он тоже хорош.

Дронго вздрогнул. Как будто смерть черного барана могла стать прелюдией. Прелюдией к настоящей трагедии, когда жертвой убийцы должен был стать один из присутствующих.

Ночь прошла беспокойно. Он слышал, как в соседней комнате Самедов несколько раз выходил на балкон, кашлял, долго смотрел в сторону моря. Было слышно, как по коридору ходили Резо и Эка, очевидно, они захотели пить и вдвоем спустились на кухню. В шестом часу утра он услышал, как по лестнице снова кто-то спускается. Возможно, это была хозяйка дома. В девятом часу утра пришла Айтен, домработница, помогавшая по хозяйству и на кухне. Дронго всегда спал достаточно чутко. Это была привычка, оставшаяся еще с детства. Мать часто ему говорила, что он спит, как волк, просыпаясь при малейшем шуме, при малейшем движении.

К завтраку все спустились почти вовремя.

– Мы не спали всю ночь, – пожаловалась Эка, – все время пытались уснуть, но, когда засыпал один, второй его будил. Вот такая бессонная ночь. Наверно, вчерашний неожиданный отъезд Лены всех выбил из колеи.

– Я не думал, что вы были так к ней привязаны, – заметил удивленный Керим Агаевич.

– Это не привязанность. Просто неожиданность, которая всех вывела из состояния равновесия, – призналась Эка.

Прошел завтрак спокойно. Максудов позвонил своему компаньону. Николай подтвердил, что приедет через два часа. Врачи еще раз осмотрели ногу его сестры и подтвердили, что Лена должна остаться в отеле. Максудов распорядился, чтобы к полудню к ним приехал повар из местного ресторана, чтобы помочь им приготовить мясо. Гости разбрелись по всей вилле. Было жарко. Все телевизионные каналы Турции передавали сообщения о ходе парламентских выборов, которые проходили удивительно спокойно.

Дронго прошел к бассейну, где в шезлонге сидел Керим Самедов. Он задумчиво смотрел на водную гладь бассейна. Дронго уселся рядом.

– Как вы спали? – вежливо спросил он.

– Не очень, – ответил Самедов, – не знаю почему, но ваша вчерашняя прогулка меня взволновала. И вообще весь вчерашний день. Мы поехали на охоту, и в машине Резо поспорил с Сарваром Максудовым. Я бы даже сказал, что они разругались. Резо считает стратегию развития нашей компании не совсем правильной. Он вообще против нашего присутствия на Украине и в России, считая более переспективным южные рынки – азербайджанский, турецкий, иранский. А Сарвар думает иначе.

– Но ведь у Максудова контрольный пакет акций, и он может делать все, что захочет. Разве не так?

– В этом все и дело, – вздохнул Самедов, – Резо считает, что это неправильно. Нужно создать совет директоров, где ни у кого не будет права вето.

– И вы его поддерживаете, – понял Дронго.

– Отчасти, – кивнул Керим Агаевич, – я понимаю его опасения. Нужно, чтобы компания не зависела от капризов одного человека.

– Я бы не советовал вам проявлять активность в данном вопросе, – осторожно заметил Дронго.

– Почему?

– Они знают, что вы тайно скупаете акции у мелких вкладчиков и ваш пакет уже достиг цифры в пять или шесть процентов. Дальнейшее увеличение вашего пакета без согласования с основными партнерами может вызвать подозрение.

– Откуда они узнали? – встрепенулся Самедов.

– Я думаю, это секрет Полишинеля. Понятно, что рано или поздно они бы догадались. Тем более обратили бы внимание на вашу активность. И если теперь вы будете поддерживать Резо в его стремлении создать независимый совет директоров с правом голоса у каждого, это вызовет еще большие подозрения.

– Черт побери, – вырвалось у Самедова, – откуда они могли узнать. Каким образом? Такого не может быть.

– До вчерашнего дня я даже не подозревал о существовании компании «МСИ», – напомнил Дронго, – и если я вам это говорю, то только для того, чтобы предостеречь вас.

– Спасибо, что вы меня предупредили, – мрачно сказал Самедов, – теперь я понимаю, почему Сарвар и Николай так ко мне относятся. Я даже не думал, что им все известно. Кто вам сказал об этом?

– Какая разница. Я и так нарушаю некоторые этические нормы, когда сообщаю вам об этом. Просто хочу вас предупредить, чтобы вы были осторожнее. После вчерашнего спора Резо ушел в сторону и стрелял один?

– Да. Он сделал такой круг, уходя резко вправо, что я даже немного испугался. Он вполне мог подстрелить кого-то из нас. Или мы его. Сарвар даже крикнул ему, чтобы он вернулся на линию.

– Резо хорошо стреляет?

– Прекрасно. Если бы он так далеко не ушел от нас, то наверняка число его убитых птиц было бы гораздо больше, чем у Сарвара. Но мы стояли в самом озере, а он сместился в сторону, и все его птицы падали в болото. Или почти все.

– Это я уже понял. Вы слышали о том, как они едва не расстались со своей супругой?

– Вам и это уже успели сообщить, – покачал головой Самедов. – Наверно, Лена. Болтушка. У Резо действительно были некоторые проблемы со своей супругой. Они вообще люди непредсказуемые, я вам уже говорил. И сам Резо, и его жена. Она встретила своего давнего знакомого и решила уехать с ним. Резо дал указание их найти и задержать. Говорят, что любовника сильно избили, но Резо якобы об этом не знал. Я в такие «сказки» не верю. Как это не знал? Он сам приказал своим людям остановить эту парочку. И наверняка сам приказал разобраться с любовником своей жены. Офицеры разобрались с ним так, что тот попал в больницу. Потом он уехал из Грузии, но уже один. А Эка вернулась к мужу.