Чтение онлайн

— Да, проиграли. Но им удалось взять в плен нескольких наших воинов, когда они бежали с поля с боя.

Сорча громко выругалась, и незнакомец посмотрел на нее с удивлением.

— Как ты думаешь, здесь еще есть раненые? — спросила девушка.

— Может, и есть немного, но они долго не протянут, — ответил рыцарь. — То, что не докончили англичане, сделают эти грязные воры, рыскающие среди трупов. Они всех убьют — и англичан, и шотландцев.

— Может, я пойду посмотрю? Возможно, тут еще есть живые, — пробормотала Маргарет.

— Что ж, кузина, посмотри, если хочешь, — ответила Сорча. Тут рыцарь наконец выпустил ее руку, и она вздохнула с облегчением.

— Да, я, пожалуй, посмотрю… — сказала Маргарет. — Раз мы нашли одного живого, то могут быть и другие.

— Но будь осторожна. И лучше оставь лошадь мне.

— Но как я помогу раненым, если не смогу увезти их отсюда?

— Мы поговорим об этом, когда ты найдешь кого-нибудь, — ответила Сорча. Отвязав кошелек незнакомца и бросив его в корзину, она добавила: — Если найдешь раненого, сначала попробуй его как-то спрятать. А я пока подумаю, что нам делать с этим. — Маргарет тихо пробормотала какое-то ругательство, и Сорча едва заметно улыбнулась. — Только не забудь про осторожность, кузина.

Когда Маргарет ушла, Сорча снова повернулась к раненому рыцарю.

— Как тебя зовут? — спросила она.

— Сэр Руари Керр, лэрд Гартмора. Я сражался вместе с кланом Дугласов.

— И Дугласы отблагодарили тебя, оставив тут гнить. Но почему же англичане не забрали тебя с собой как заложника?

— Меня ранили уже в последний момент, когда англичане бежали. А наши понеслись за ними по пятам, поэтому не успели мне помочь. — Руари со вздохом прикрыл глаза. — Когда эти британские собаки остановятся и переведут дух, они начнут требовать выкуп за тех, кого забрали с собой.

Сорча в ужасе содрогнулась. Ведь битва произошла на английской стороне Чевиотских холмов, и, следовательно, противникам не придется бежать далеко, чтобы оказаться в безопасном месте, где они смогут подсчитать свои потери. Да, шотландцы на сей раз победили, но это не означало, что для нее, Сорчи, неприятности закончились. Было ясно, что англичане непременно потребуют выкуп за Дугала — иначе зачем же им брать в плен высокородных воинов? Увы, они не знали, что за этого воина им не удастся ничего получить. Ее брат был лэрдом и носил такую же богатую одежду, как и сам глава клана Дугласов, но в карманах у него совершенно ничего не было. «И выходит, что Дугал теперь обречен», — со вздохом подумала Сорча.

Она снова посмотрела на раненого. Почти всем было известно, что сэр Руари Керр — по-настоящему богатый человек, и, следовательно… Сорча невольно содрогнулась, ибо в голову ей пришла ужасная мысль; она подумала о том, что могла бы взять в заложники сэра Руари, чтобы получить за него выкуп. «Нет-нет, не думай об этом», — сказала себе девушка. И все же было очевидно: только так она могла бы добыть деньги, необходимые для того, чтобы вернуть Дугал а домой.

— Я слышала, что шотландцы захватили самого Готспера, — заметила Сорча.

— Да, это так, — сказал рыцарь, приоткрывая глаза.

— А может быть, пленных шотландцев обменяют на него?

— Да, возможно. Обменяют на тех, за кого попросят Дугласы, захватившие Перси. И если твоего брата хорошо знают в этом клане…

— Нет, он им не знаком, — пробормотала Сорча.

— Тогда скорее всего тебе придется самой его выкупить.

— А раз англичане проиграли сражение, то, без сомнения, они потребуют много денег за пленных, чтобы хоть как-то утешиться, верно?

— Да, конечно, — подтвердил раненый.

— Кузина, я нашла еще одного живого, — прошептала Маргарет, приблизившись. — Он совсем молодой — скорее юноша, чем мужчина.

— Где он сейчас? — спросила Сорча.

— Вон там, где деревья. В дальнем конце поля, в зарослях кустарника.

— Да, кусты я вижу. Значит, он там?

— Да, сейчас там. Он переполз туда, а я ему помогала, скрывая от чужих глаз юбкой и накидкой. Ты уже решила, как нам вынести отсюда обоих?

— А юноша богато одет? — спросила Сорча.

— Не так богато, как этот рыцарь. К тому же его одежда вся порвана и в грязи.

— Тогда мы скажем, что он наш родственник и что мы забираем его домой.

— Да, наверное, — кивнула Маргарет. — Но с этим рыцарем такая хитрость не пройдет. Никто не поверит, что мы, имея такого богатого родственника, вынуждены обирать мертвых.

— Да, ты права, — со вздохом пробормотала Сорча. — С этим рыцарем мародеры нас отсюда не выпустят. — Она ненадолго задумалась, потом вдруг криво усмехнулась — придуманная ею история оказалась на удивлением близка к правде. — Вот что, Маргарет… Мы скажем, что хотим отдать его тело родным, потому что такой богато одетый воин должен быть очень значительным человеком. И скажем, что надеемся на хорошее вознаграждение за то, что нашли его. Конечно же, оба наших раненых должны будут притвориться мертвыми, — добавила Сорча, заглянув в зеленые глаза сэра Руари.

— Но мы не сможем положить их обоих на Бансит, — заметила Маргарет. — Ведь Бансит — всего лишь малышка пони.

— Правильно, не сможем. Значит, надо сделать носилки. И ты, Маргарет, должна принести все, что для этого требуется. Потому что я боюсь оставлять без присмотра нашего рыцаря.

— Сорча, а почему ты не перевяжешь его раны?

— Кузина, неужели не поняла? Мы же делаем вид, что он мертвый. Никто не ухаживает за ранами мертвого человека. Мы займемся его ранами, когда уберемся подальше от этих стервятников, понятно?

Маргарет кивнула, и Сорча стала ей объяснять, что потребуется для изготовления носилок.

Руари искоса поглядывал на девушек, от которых теперь зависела его жизнь. Маргарет была пухленькой светловолосой красавицей с большими голубыми глазами и прелестными ямочками на щеках, о которых мечтает каждый мужчина. Однако его внимание больше привлекала ее кузина по имени Сорча, и это было весьма странно — ведь обычно ему нравились именно такие женщины, как Маргарет. Огромные карие глаза Сорчи, украшенные длинными ресницами, казались необыкновенно привлекательными, хотя в бездонных глубинах этих глаз он видел силу, острый ум и решительность — качества, которые ему не очень-то нравились в женщинах. К тому же Руари был абсолютно уверен: если пухлые чувственные губы этой девушки вдруг растянутся в улыбке, на щеках у нее не появятся столь любимые им ямочки. И все же она очень ему нравилась — в этом не могло быть сомнений.