Чтение онлайн

— Кто позволил этой… отвратительной… человеческой… тварисюда войти? Где наш хозяин? Это нейтральная территория!

— Он дал нам клятву. Он нас подвел!

Не могу не усмехнуться. Если Риодан выживет в той разрухе, он будет очень-очень зол. Я только что устроила то самое, чего он пытался избежать, «нанимая» меня. Подмочила его репутацию. Весь клуб теперь знает, что Риодан не может гарантировать безопасность в Честерсе. Через час новость разлетится по всему Дублину. А еще я могу сделать специальный выпуск «Дэни дейли», посвященный этому событию. Отлично. Чем меньше народу будет ходить в Честерс, тем меньше будет смертей.

Я оглядываюсь на того чувака, который показался мне принцем Невидимых. Когда он заговорил, я расслабилась. Теперь, снова замедлившись, я вижу разницу.

Я чуть не убила человека. Ну, человека в процессе трансформации в нечто другое. Если бы он не заговорил, я бы еще сомневалась, но я никогда раньше не слышала, чтобы Феи называли кого-то «милая». Не думаю, что они смогут это выговорить, даже если притворятся кем-то другим.

Это шотландец, который испортил вечеринку на водонапорной башне в ту ночь, когда туда явился Риодан.

Они тогда столкнулись друг с другом, излучая враждебность, что дало мне время сбежать. Казалось, он был там либо для того, чтобы помочь мне, либо для того, чтобы пободаться с Риоданом. Без разницы — мне подходило.

Проблемы у него размером с мои, а то и побольше. Я размышляю о нем. Он не любит Риодана. И обладает вполне серьезной силой. Я чувствую, как вокруг него дрожит воздух. Он может стать неплохим козырем в моей игре. Если ему можно доверять.

— Ты МакКелтар, верно?

— Кристиан, — говорит он.

— А твои дядюшки вроде как чернокнижники? Они помогали охотиться на Синсар Дабх.

— Друиды, милая. Не чернокнижники.

— Ты умеешь драться?

Он насмешливо смотрит на меня.

— Мне не нужно. Я могу вывести тебя отсюда, не шевельнув и пальцем.

Хвастается. Но я дам ему попробовать.

Он подходит сбоку, и мы направляемся к двери. Учитывая его вид и мой меч, все до единого посетители Честерса пятятся от нас по пути. Я не могу сдержаться и слегка выделываюсь.

Нас провожают шипением, насмешками, угрозами.

Но никто даже не шевелится в нашу сторону.

К такому можно и привыкнуть. Кому нужна ТЛ? Теперь рядом со мной тот, кто выглядит как принц Невидимых, а никто — даже Невидимые — не смеет задираться с принцами. О да, этот парень станет главным плюсом моей колонки. Я искоса смотрю на него.

Если бы только смириться с тем, что он выглядит как самый жуткий из всех Невидимых.

За его спиной — зеркало, в котором я мельком вижу свое отражение. С учетом синяков, заплывших глаз, порезов и крови всех оттенков я сама выгляжу совсем не круто.

Не опуская меч, я щурю опухшие глаза и запоминаю лица, мимо которых прохожу.

На улицах, в гуще битвы, иногда приходится принимать тяжелые решения. Порой просто невозможно спасти всех.

Люди, которые посещают Честерс, никогда не окажутся в верхних строчках моего списка.

Меня к ней тянет.

Ей четырнадцать. И меня к ней тянет.

Я на восемь лет ее старше. На одиннадцать, если считать три года, которые я провел, пытаясь вырваться из плена Зеркал. Восемь или одиннадцать — какая разница? Эта тяга все равно означает, что я серьезно сдвинутый горец.

Или кто я там теперь.

Она в буквальном смысле кровавое месиво. Покрыта обрывками кишок и слизью от убийств, на носу корка запекшейся крови, она вся в синяках, и еще до заката у нее появятся два огромных фингала. Слишком поздно прикладывать лед: такую опухоль уже не убрать.

И она вся горит.

Ее тонкое избитое лицо светится изнутри, яркие зеленые глаза просто сияют. У нее кудрявые рыжие волосы, спадающие до середины спины. Все в ней ярко и как-то по-особенному сильно выражено. Она настороже и вкладывается в этот мир так, как большинству взрослых никогда не вложиться. Я знаю. Я сам таким был. Давно, когда считал, что способность слышать правду во всеобщем вранье — самая большая моя проблема. Она все делает на сто десять процентов, от всего сердца.

Это меня и цепляет.

Влечение не всегда связано с сексом. Иногда оно касается вещей куда более тонких и куда более важных.

Я наблюдаю за ее боем.

И просыпается то, что я давно считал мертвым.

Нет, не член. Он-то работает отлично. Лучше, чем когда-либо. Всегда готов, всегда на страже.

А то, что проснулось, похоже на мягкий дождь летним днем. Тепло. Нежность. То, каким я был. С моим кланом. С моими племянницами и племянниками.

Она напоминает мне о горах, в которые мне никогда не вернуться.

Я отлично знаю, какой она станет со временем. Сногсшибательной.

Ее. Стоит. Ждать.

Жаль, что меня тогда уже не будет.

Возьми ее сейчас.

— Четырнадцать, — рычу я. Натренировался спорить с голосом в моей голове. Практики было достаточно. Принц Невидимых ни на миг не задумался бы о ее возрасте. Он заметил бы только, что у нее есть нужные части тела и трудный характер. А чем крепче драка, тем слаще пир.

— Какого фига все это повторяют, словно какое-то оскорбление? Решили, что я вдруг об этом забыла? — раздраженно произносит она. — Боже! Никогда столько народу так не цеплялось к моему возрасту!