Чтение онлайн

Кровь перекачивается сердцем и разносится по всем уголкам организма. Даже при том, что древние не имели ни малейшего понятия о кровообращении, они знали, что кровь есть в каждой точке тела и что сердце бьется не переставая всю жизнь, а затихает только со смертью. Они знали также, что смерть наступает и в том случае, если организм потеряет слишком много крови.

Наука не оспаривает той важнейшей роли, которую дыхание и кровь играют в жизни людей и животных. Однако никоим образом нельзя считать, будто жизнь – это весьма простой феномен, сводящийся к двум упомянутым характеристикам. Каждая из них вносит свой вклад в куда более сложное целое. Наука прослеживает феномен жизни до молекулярного уровня, и там обнаруживается, что в основе его лежат очень сложные молекулы, находящиеся между собой в очень сложных взаимосвязях.

Растения, как может показаться, вовсе не дышат, в них не струится кровь, именно поэтому библейские авторы с легким сердцем отказывали им в праве быть живыми организмами и считали растения просто продуктом почвы. На самом деле растительные организмы тоже дышат, но делают это более незаметно, чем животные. А если у них и нет крови, то в тканях растений циркулирует сок, который выполняет определенные жизненные функции и в этом плане служит аналогом крови.

262. Это первый божественный запрет, наложенный после того, как Адаму было приказано не есть плодов с дерева познания. Отныне убийство под запретом. Логическое обоснование этого таково: кровь (жизнь) – это дар бога, и, следовательно, только бог вправе ее отнять.

Если человек (или, уж если на то пошло, зверь – предыдущий стих предусматривает и этот вариант) «прольет кровь человеческую», он совершит богохульство, потому что посягнет на дар божий. Убийца, совершив свое черное дело, должен будет поплатиться собственным даром божьим, и его можно безнаказанно убить: убийство убийцы не считается богохульством.

Подобные ситуации мы встречаем во многих дописьменных обществах, где не было твердых писаных законов. Если убит человек, члены группы, к которой он принадлежал, считают, что они вправе, даже обязаны выравнять счет, убив убийцу или кого-либо из группы, к которой принадлежит убийца. Как мы помним, именно этого боялся Каин (Быт. 4:14). Если племя убийцы полагает, что счет опять стал неравным, оно ищет возможности восстановить равновесие – так рождается «кровная месть», которая может привести к десяткам трупов.

Неубедительность кровной мести очевидна, поэтому даже в дописьменных обществах делались попытки взять ее под контроль. В развитом обществе, где существует писаный кодекс законов, дело об убийстве рассматривает суд: в соответствии с определенными юридическими нормами судья определяет меру наказания (при этом обязательно оценивается тяжесть преступления) – и наказание венчает все дело.

Вовсе не обязательно, что под наказанием всегда понимается смертный приговор: бывает непреднамеренное убийство, убийство в состоянии аффекта, убийство при самообороне и так далее. В библейском стихе о градациях нет и речи, и это также свидетельствует об очень примитивной стадии, на которой находилось человеческое общество.

Этот стих часто использовали для оправдания смертной казни; из него также можно сделать вывод, что убийство не так уж и плохо (по меньшей мере, искупимо), если при этом не проливается кровь. Так, Одо, епископ Байе, единокровный брат Вильгельма Завоевателя, шел на бой, вооружившись только булавой. Сотрясение мозга как метод убийства казалось ему более богоугодным делом, чем употребление мечей, копий и стрел, то есть оружия, созданного для кровопролития.

263. В «Яхвисте» решимость бога не уничтожать вторично дело рук своих – результат молчаливого размышления (Быт. 8:21). Здесь же, в «Жреческом кодексе», бог сообщает о своем решении непосредственно Ною и его сыновьям. «Жреческий кодекс» стремится обставить дело законным образом, поэтому между богом и Ноем заключается нечто вроде соглашения (завет).

264. В каком-то смысле запрет на поедание плодов с дерева познания тоже был соглашением. Адам пообещал не есть плоды, а бог взамен сделал так, чтобы в мир не вошла смерть. Отведав плод, Адам нарушил соглашение.

Теперь соглашение формулируется заново в более позитивном смысле. Ной и его сыновья должны соблюдать запрет на убийство и употребление в пищу крови, а бог за это обещает не разрушать мир и не покушаться на жизнь.

265. Здесь фраза составлена так, будто бог соглашается сохранить каждый вид, и действительно, люди в прошлом считали, что все виды не только существовали от века, но будут продолжать существовать до самого конца мира. Однако ныне мы знаем, что множество видов уже вымерло и много видов вымирает ежегодно – как правило, в результате деятельности человека.

266. Поскольку совершенно очевидно, что люди, вообще говоря, никогда не подчинялись запретам на убийство и употребление в пищу крови, мы можем предположить следующее: начиная с Ноевых времен, бог стал удовлетворяться только лишь наказанием грешника и отказался от мысли насылать кару на «всякую плоть», как было раньше. Более того, бог отверг потоп как средство казни, хотя, видимо, все остальные методы остались в его распоряжении.

267. С научной точки зрения, обещание не насылать потоп имеет под собой все основания, потому что в Ноевы времена на Земле не было – да и поныне нет! – такого количества воды, чтобы обеспечить потоп.