Чтение онлайн

После уроков Йон еще раз завернул в учительскую, в надежде встретить Юлию. Она стояла в коридоре и разговаривала с кем-то из учеников, еще издали он увидел ее красные сапожки.

– У вас найдется для меня минутка, фрау Швертфегер?

– Разумеется, – ответила она и обратилась к мальчику: – Давай поговорим об этом завтра. В принципе идея кажется мне удачной. – Она подождала, пока школьник отойдет подальше, после чего повернулась к Йону. – Как дела? Как прошел день?

– Сегодня все ученики кроткие как овечки. А у тебя как?

– Все нормально. Вот только сейчас меня ждет Пер Штрунц. Мы договорились с ним о встрече.

В конце коридора показался Ковальски в неряшливом тренировочном костюме серого цвета, на шее болтались секундомер и свисток. Лицо покраснело и блестело.

– Можно я позвоню тебе сегодня? Ты будешь дома?

– Я пока не знаю, сколько еще проторчу здесь, – ответила она. – Лучше я сама дам о себе знать. – Она скрылась в учительской, прежде чем Ковальски поравнялся с ними.

Йон напрасно пытался сбежать. С громким сопением физкультурник преследовал его до самой парковки, уговаривая принять участие в учительском междусобойчике. В начале своей работы в гимназии Йон сам был одним из тех, кто заложил традицию таких междусобойчиков, но в последние годы почти отказался от них; теперь в них, как правило, участвовали лишь Мейер-биолог, Вильде и, разумеется, Ковальски. На сей раз Йон сослался на траур по жене.

Вернувшись домой, он съел яблоко и выбросил мясную запеканку, которую навязала ему два дня назад Верена Глиссман. Потом сделал свой привычный круг по Ниндорфскому парку, принял душ и сел за письменный стол – готовиться к урокам.

Без двадцати пять явился Роберт; Йон как раз закончил работу.

– Рано ты сегодня, – сказал он.

– Я взял такси. – Роберт стянул с себя плащ. Его костюм выглядел так, будто он в нем выспался. – Дорога заняла меньше времени, чем я ожидал. Ни одной пробки.

– Что, твой «бенц» барахлит?

– Стучит на втором такте. На следующей неделе отгоню его в мастерскую. Как у тебя дела? – Он обвел взглядом прихожую, задержав его у подножия лестницы.

– Какие у меня могут быть дела? – вздохнул Йон. – Выпьешь кофе?

Роберт прошел за ним на кухню.

– У тебя не найдется какого-нибудь соку? Чего-нибудь витаминного? Вчера я поздновато вернулся домой. Впрочем, ты тоже. – Он наклонился над раковиной и промыл глаза водой.

– С чего ты взял? – Йон открыл холодильник, где всегда стояла бутылка с концентрированным витамином С для Эмины.

– Потому что тебя не было дома, – ответил Роберт. – Я проезжал мимо около девяти.

Услышав, что открылась дверца холодильника, в кухню вошел Колумбус и потерся о ноги Йона.

– Ты что, звонил в дверь? – попробовал отшутиться Йон.

Роберт бросил на него быстрый взгляд:

– Да. Звонил. Мадам Глиссман сообщила, что ты отбыл час назад, начистив перышки. Весь из себя.

– Что она называет «весь из себя»? – Вот ведь чертова сплетница! Прячется день и ночь за своими гардинами и шпионит! Надо как можно скорей переезжать отсюда. – Я немножко поколесил по окрестностям, – сказал он. – На душе было тоскливо. – Он приготовил стакан витаминного напитка и протянул его Роберту.

– Где же ты был?

– Всюду и нигде конкретно. Просто ездил по улицам.

– Так долго? В последний раз я звонил тебе в половине двенадцатого.

Йон почувствовал, как в нем закипает злость.

– Ты что, не веришь? Что означают эти твои расспросы?

Роберт залпом осушил полстакана. И только потом ответил:

– Просто я удивился. Ведь ты сказал, что хочешь домой. Чтобы побыть одному.

– Ну да, так оно и было. А потом я не выдержал, понял, что не могу тут находиться. Что, инквизиция удовлетворена?

– А что это ты сегодня такой обидчивый?

– Вовсе нет. Но с какой стати я должен оправдываться? Перед тобой. Или перед этой сплетницей, Вереной Глиссман. – Йон достал из шкафчика сухой корм и насыпал в кошачью мисочку. Пакет заканчивался, надо срочно купить новый.

– Как это «оправдываться»? – Роберт пожал плечами. – Твои слова звучат так, словно у тебя совесть нечиста.

– Хватит, Роберт, а? – В другую мисочку он подлил воды.

– Прости, – вздохнул Роберт. – Похоже, у нас обоих нервы уже на пределе. Займусь-ка я лучше бумагами, мне не хватает еще одного страхового полиса. Подпиши заявление о принятии наследства.

И Роберт снова уселся в гостиной за секретер Шарлотты. В это время зазвонил телефон. Йон снял трубку и назвал свое имя.

– Ты один?

Как и всякий раз, когда он слышал ее голос, по всему его телу, с ног до головы, растекалась волна блаженства.

– В данный момент нет, – ответил он и прошел с трубкой в прихожую. Нарочито медленно, под подозрительным взглядом друга.

– Позвонить поздней?

– Нет-нет. Все нормально. Секундочку. – Как только он удалился из поля зрения Роберта, ноги сами понесли его наверх. Он вошел в свой кабинет и закрыл дверь. – Ну вот. Замечательно, что ты позвонила. Ты сейчас дома? – Он говорил, понизив голос, хотя Роберт никак не мог его слышать.

– Только-только вошла. До посинения искала, где поставить машину.

– Мы увидимся сегодня?

– Нет, Йон. Я хочу пораньше лечь спать.

– Похвальное намерение. Но я с удовольствием пригласил бы тебя где-нибудь поужинать.

– Поужинать, – простонала она. – Я не успела ничего купить. Холодильник пуст. Кроме сэндвича в полдень, я ничего больше не ела.

– Тем лучше. Тогда я заеду за тобой в восемь часов. Чего бы тебе хотелось? Что ты любишь?

– Итальянскую кухню, – ответила она. – Пиццу, спагетти, ризотто… Боже, вообще-то, мне нельзя даже думать об этом.

– Я закажу столик где-нибудь неподалеку от тебя. Чтобы ты могла быстро вернуться домой. Согласна?

– Уговорил, – ответила она. – Только приготовься к тому, что я готова съесть тебя.

– Ну, это не так-то просто.

– Самонадеянный! – Она засмеялась и положила трубку.

Он позвонил в итальянский ресторан «Мамма Леоне» на Эппендорфер-Вег. Ему повезло: там оставался один-единственный столик.

Роберт все еще возился внизу со страховыми полисами. Йон принес ему туда витаминный напиток и стакан.