Чтение онлайн

Транспортеры «гатлингов» шли впереди пехоты, задержавшись лишь перед самым дворцом. Гвардейский полк держал героическую оборону, но остановить американские пули тонкие стальные кирасы не могли. Атакующие хлынули в дворцовые ворота; обороняющиеся внутри самого дворца задержали их лишь на минуту. Губительный огонь «гатлингов» сокрушил окна нижнего этажа, сея смерть направо и налево, и начал взбираться все выше, отыскивая защитников, засевших на верхних этажах. И с громовым «Ура!» пехота ворвалась во дворец.

Когда генерал Шерман со своим штабом минут через пять въехал на дворцовый двор, битва уж подошла к концу. Мощенная булыжником площадь была завалена трупами. Тут и там санитары оказывали медицинскую помощь немногочисленным защитникам дворца, оставшимся в живых. Двое американских солдат, закинув винтовки за плечи, вышли через парадное крыльцо, ведя между собой элегантно одетого человека с белой тряпкой в руках.

– Вышел прямиком на нас, генерал, размахивая этой вот скатеркой, – доложил капрал. – И заявил, что оченно хочет поговорить с начальством.

– Кто вы? – холодно осведомился Шерман.

– Конюший Ее Величества королевы Виктории.

– Отлично. Отведите меня к ней.

Тот подтянулся, стараясь совладать со своими трясущимися конечностями, стоя лицом к лицу с вооруженным врагом.

– Сие невозможно. Ее здесь нет. Пожалуйста, прекратите штурм и бессмысленные убийства.

– Где она?

Конюший окостенел, поджав губы. Шерман хотел было начать допрос, но раздумал и обернулся к начальнику штаба.

– Допустим на время, что он говорит правду. Обыщите дворец, поговорите со слугами, выясните, куда отправилась королева. А покамест я размещу свой штаб здесь.

– Смотрите, генерал, вон туда! – крикнул один из офицеров, указывая на крышу Букингемского дворца. Все услышавшие обернулись в указанном направлении.

Выбравшийся на крышу американский солдат спускал развевавшееся там знамя. Полотнище порхнуло вниз вдоль фасада и смятой тряпкой легло на камни. А его место занял звездно-полосатый флаг. Из глоток видевших это солдат вырвались оглушительные вопли ликования, и даже Шерман с улыбкой кивнул.

– Великий миг, великий день, сэр! – воскликнул начальник штаба.

– Действительно, Энди, воистину так.

Из своего окна, выходящего на Уайтхолл, бригадный генерал Соммервилл видел битву за Лондон как на ладони. Известив о надвигающейся угрозе гвардейскую кавалерию и пехоту, все войска, обороняющие город, он утратил контроль над дальнейшим развитием событий. Со стороны набережной постоянно долетал треск выстрелов, от площади Парламента слышалась канонада. Он проводил взглядом лихих кавалеристов, рысью проехавших мимо, сверкая шлемами и кирасами. Уже во второй раз он видел кавалерийскую атаку на врага; из первой волны не вернулся никто.

Теперь Соммервилл смотрел на жалкие остатки войска, возвращающиеся из боя. Зрелище жуткое, но он не мог отвести глаз. Уж если перед врагом не могут устоять наилучшие солдаты страны – есть ли вообще хоть какая-нибудь надежда? Он узрел кровавую катастрофу, погибель и разрушение. Это конец. Из этих мрачных раздумий его вырвал стук в дверь. Обернувшись, он увидел, как вошедший старший сержант Браун вытянулся и отдал честь.

– Что такое, сержант? – собственный голос донесся до Соммервилла будто издалека; рассудок его был все еще подавлен только что увиденными ужасами.

– Разрешите присоединиться к обороняющимся, сэр.

– Нет. Вы понадобитесь мне, – Соммервилл произносил слова механически. С трудом взяв себя в руки, он начал думать о том, как быть дальше. В Лондоне ему делать больше нечего. Однако – да-да – он еще может принести пользу в этой войне, в обороне страны. Смутное представление о том, что надлежит сделать, уже возникло – пока лишенное конкретных деталей, но сулящее надежду. Главное, ясно, что следует сделать для начала: бежать. Тут до него дошло, что сержант все еще стоит навытяжку, дожидаясь окончания реплики.

– Вольно! Нам с вами надо выбраться из города и присоединиться к войскам Ее Величества, где мы можем принести больше пользы. – Тут его взгляд упал на алый китель бравого вояки с целым иконостасом медалей. В таком виде покидать надежные стены здания нельзя. – Вы тут не держите какого-нибудь другого платья?

Вопрос огорошил солдата, но он все-таки кивнул в ответ.

– Да кой-чего из штатского, сэр. Одеваюсь в него, когда не на службе.

– Тогда надевайте его и возвращайтесь, – бригадный генерал оглядел собственный мундир. – Мне тоже понадобится какое-нибудь платье. – Вытащив из кармана несколько фунтов, протянул их сержанту. – Мне нужны брюки, сюртук, плащ. Поищите что-нибудь моего размера у клерков. И обязательно заплатите им за одежду. А после принесите мне.

Старший сержант Браун козырнул, напустив на себя молодцеватый вид. Соммервилл автоматически ответил на приветствие, но тут же окликнул Брауна:

– Покамест покончим с воинскими приветствиями. Мы станем рядовыми обывателями. Не забывайте об этом.

Отдав Брауну деньги, он понял, что в бумажнике их осталось всего ничего. А ведь деньги понадобятся, чтобы организовать побег из города, – небось еще и немалые. Ну, это дело легко поправимое. Пройдя по коридору и поднявшись на один лестничный пролет, он вошел в кабинет главного казначея.

В коридорах и кабинетах царило запустение; все либо глазели из окон, либо бежали от греха подальше. Поставив на место опрокинутый стул, он через всю комнату прошел к большому сейфу. Ключ от сейфа, привешенный к кольцу, лежал в кармане; генерал без труда отпер и распахнул дверцу. Лучше всего золотые гинеи – монеты, встречающие радушный прием повсюду. Он взял тяжелый мешочек, глухо звякнувший, когда Соммервилл бросил его на стол. Нужно еще что-нибудь, чтобы нести деньги. Распахнув гардероб, обнаружил там за зонтиками саквояж. Лучше не придумаешь. Бросил в него два мешочка с монетами, закрыл было – но тут же открыл снова, чтобы взять из одного мешочка пригоршню монет и сунуть в карман.