В комплекте – двое
Шрифт:
– Нади, в ближайшем городе ты покинешь караван. Деньги за оставшиеся дни тебе вернут. Больше ты с нашим караваном путешествовать не будешь.
– Это все она! Эта ведьма! Вы сговорились! Да я…
Истерика продолжалась бы еще долго, если бы я не зажгла на руке сферу черного некромантского огня и не продемонстрировала Нади. Это произвело достаточное впечатление, чтобы она замолчала.
– Нэя, а почему ты не дала нам провести обыск? – спросил Вэн.
– Если бы вы провели обыск и нашли вещи, она могла заявить, что ей их подкинули, причем не исключено, что обвинила бы в этом меня. А вот сейчас сама показала, что знала не только о наличии чужих вещей в ее повозке, но и чьи они.
Лэссит и Вэн переглянулись, а Расхарт одобрительно кивнул. Более того, он оттеснил женщину в сторонку и что-то шепнул ей на ухо, отчего она побледнела и, бросив на меня затравленный взгляд, послушно закивала.
Остаток ночи прошел спокойно. А вот следующим вечером разозленная Нади решила поквитаться и попыталась меня отравить. Причем не придумала ничего лучше, как использовать трупный яд – средство самое распространенное и дешевое. Да только – сюрприз! – на некромантов он, как и большинство биологических ядов, не действует. А вот распознаем мы их сразу. Вообще, чем дальше, тем больше я радуюсь тому, что именно некромантия мне досталась. Будь я огневиком или воздушником – могла бы и умереть…
Подсыпать-то она подсыпала, но, обнаружив у себя в миске яд, и не только у себя (вдовушка решила за компанию со мной и наемников с Лэсситом на тот свет спровадить), я предотвратила массовое отравление. После полутора часов поисков яд мы нашли, но, увы, нашли в вещах той девушки, что ранее опрокинула на меня котел с кипятком. Расхарт порывался то ли казнить обеих на месте, то ли оставить их в лесу, и я даже была мысленно с ним согласна, но Лэссит отказался. Наемник, сверкая глазами, обвинил Лэссита в неуместном мягкосердечии.
– А если бы у нее получилось?! – горячился он. – Что молчишь? Ты вчера меня уже остановил, а сегодня она чуть не отравила Нэялин!
– Расхарт! Прекрати! – Лэссит недовольно поджал губы. – Ничего не случилось. А я не палач, чтобы обрекать человека на смерть…
– Давай я сделаю все сам, а ты отвернешься, и твоя совесть будет спокойна, – с вызовом предложил Расхарт.
– Нет! И чего ты так взвился, в конце концов?!
И как это понимать? Моя жизнь дешевле жизни этой твари? Но не только меня неуместная снисходительность караванщика привела в недоумение. Все, кто стал свидетелем этой перепалки, удивленно уставились на Лэссита, и тот, сообразив, что брякнул не то, начал оправдываться:
– Я имел в виду, что Нэя – некромант! Отравить ее практически невозможно. А за тобой, Рас, подобной эмоциональности раньше не замечалось. И хватит об этом.
Расхарт побледнел от злости и, процедив сквозь зубы что-то непечатное, пошел к своим людям. Лэссит велел связать злоумышленницам руки и приставить стражу. Почему девица помогала Нади, я так и не поняла. Телепатией не владею, а сама эта дурочка только и делала, что ревела, и расспросить ее не представлялось возможным.
Зато теперь вот уже целый день в караване тишина и покой.
– Сегодня заночуем в трактире, – сообщил, подъехав ко мне, Вэн.
– Отлично, хоть поспим в нормальной кровати!
– Ну… боюсь, что всем кроватей не хватит.
– В смысле?
– Хм… понимаешь, трактир там не очень большой, всего двадцать комнат, а нас, не считая наемников, больше сорока…
Я попыталась понять, что он хочет до меня донести:
– То есть кому-то придется ночевать в обозе?
– Возможно, – кивнул Вэн. – Обычно дядя больше семи подвод в обоз не берет, но в этот раз увеличил их количество. Скоро сезон дождей, так что ближайшие два месяца мы будем в простое.
– И вы не подумали о людях?
– Подумали… Обычно мест хватает. Если номера будут свободные. В любом случае готовься, придется делить с кем-нибудь комнату. Хотя наемники, скорее всего, в трактире ночевать не будут.
– А где тогда? – не поняла я.
– Ну-у… – Вэн вдруг покраснел. – Понимаешь, Нэя, они мужчины, и… найдут себе место…
– То есть в борделе? – уточнила я. В душе внезапно поднялось глухое раздражение.
– Да. – Он внимательно посмотрел мне в глаза. – Боги, Нэя, неужели ты его ревнуешь?
Я недоуменно вскинула брови:
– Что? Кого?
– Расхарта! Нэя, одумайся! Он полукровка, монстр, ему плевать на всех…
– Так, – я резко оборвала его, – стоп! Ни о чем таком я и не думала, ясно? И не надо мне мораль читать. Сама большая девочка, разберусь!
На этом разговор закончился. Вэн обиделся и ускакал вперед. Я не стала останавливать его, занятая мыслями о том, правда ли, что я взревновала, или причина негативных эмоций кроется в другом.
На закате мы въехали в небольшой городок, как мои спутники его называли, а по мне, так село селом. На центральной площади небольшой храм, чуть в отдалении от него начинались торговые ряды, упиравшиеся в двухэтажные домики с магазинами на первых этажах, трактир… От площади радиально расходилось шесть улочек с домами попроще, в которых были кузни, лавки и мастерские. За храмом был разбит небольшой парк, который пешком можно пройти насквозь минут за шесть. Позади парка располагались казарма, «веселый» дом, пивоварня, стеклодувная, к которым примыкали бедняцкие кварталы, откуда доносилось кудахтанье и блеянье домашней живности.
Трактир меня не особо порадовал – гораздо хуже того, где я ночевала в прошлый раз. Он был единственный в городе, а потому спросом пользовался всегда, и хозяин не напрягался поддержанием надлежащего уровня сервиса. Провонявший потом и какой-то кислятиной обеденный зал, чадящие свечи, от которых почернел потолок и стены, липкие полы и столы, мутные стекла. Довершали картину две служанки – эдакие бывалые пышногрудые разбитные девахи с пожелтевшими зубами. Завидев нашу компанию, они дружно заулыбались и приспустили лифы.
Свободных комнат оказалось пятнадцать, что было довольно неплохо, хотя, похоже, не отменяло того, что ночевать мне придется с кем-нибудь. Я мысленно перебирала варианты, которых, впрочем, было не так уж и много. Ночевать с кем-либо из шести путешествующих в одиночку женщин не хотелось. Мало ли! Еще было свежо воспоминание о веселой вдовушке и ее проказах. Семейные пары предпочитали ночевать все вместе, пусть даже кому-то приходилось спать на тюках на полу или переносных небольших кроватках, коих в трактире было с избытком. Итог моих изысканий был неутешителен: придется делить комнату либо с Вэном, либо с Лэсситом.