Чтение онлайн

– Вам не выделить деньги на обувь? Вы так мало получаете? – поразилась Нина Георгиевна.

– Вы хотя бы примерно представляете, сколько обуви снашивает участковый терапевт? – устало спросила Ольга. – К сожалению, в правительстве и Государственной думе даже отдаленно не представляют расходы участковых терапевтов на одежду и обувь. Хотя бы обувь оплачивали…

– И на одежду?! – поразилась Нина Георгиевна.

Ольга усмехнулась. Врач каждый день ходит по лужам и гололеду, стаптывая обувь, купленную на свою зарплату, мокнет под дождем и снегом, портя одежду, ему угрожают сосульки, когда он пробирается к дверям подъездов по неубранным дворам. Если не повезло иметь большой участок, за свой счет ездит на общественном транспорте. А в царской России, о чем не так давно узнала Ольга, земским врачам выделялась и обувь, и одежда, и даже сумки. Все это оплачивало государство. Также у них был бесплатный проезд. В современной России врачам в этом плане не выделяется ничего.

Открыв дверь подъезда, Ольга услышала крики, доносившиеся сверху. Голос Екатерины Афанасьевны не узнать было невозможно, как и родного брата, но слышались и незнакомые голоса.

К большому удивлению Ольги, орали на третьем этаже, на площадке, где располагались две двери. То есть, конечно, не только на площадке – она бы не вместила всех собравшихся на митинг. Площадки в доме были небольшими – ведь на каждой, за исключением третьего этажа, имелось всего по одной двери. И изначально планировалось по одной двери, пусть и высокой, и двустворчатой. Старая резная, почерневшая от времени, сохранилась лишь на пятом, на всех остальных этажах стояли новые бронированные, со сложными замками. Хотя Владимир Викторович прекрасно справлялся на четвертом этаже без ключа… Наверное, и на других бы справился.

Среди собравшихся Ольга увидела незнакомую женщину с незнакомым мужчиной.

– Оль, я кол сегодня утром принес, – первым делом сообщил старший брат.

– Мы его у входной двери поставили, – тут же добавила Екатерина Афанасьевна. – То есть тот, что Святик принес, у черного хода, а тот, что Игорь, – у главного.

Незнакомые мужчина и женщина странно посмотрели на Ольгу, потом на Игоря Петровича, потом на Екатерину Афанасьевну.

– А зачем вам колы? – наконец поинтересовался мужчина.

– У нас тут вампиры завелись, – спокойно сообщила старушка-общественница, словно в этом не было ничего необычного. У кого – тараканы, у кого – мыши, а у них вот вампиры.

Мужчина с женщиной переглянулись.

– Оль, ты представляешь, это вторая жена опознанного трупа, которого в машине Станковича взорвали, – сообщила Екатерина Афанасьевна Ольге.

– Этот подонок сбежал со всеми деньгами, – кивнула женщина. – Не только вкладчиков обобрал, но и меня. На дочь ни копейки алиментов не заплатил ни разу. И еще половина квартиры была его, мы на двоих приватизировали. В результате мы с дочерью вылетели в комнату в коммуналке.

– Но как?.. – поразилась Ольга. – Ведь должны учитываться интересы ребенка.

– Да кого интересует ребенок вора?! У одной группы вкладчиков был толковый юрист. А из имущества у Пашки тут осталось пол-квартиры и машина. Мы с дочерью получили пинок под зад. Можно подумать, мы в роскоши купались, когда Пашка вкладчиков грабил!

– А деньги-то где? – спросила Ольга.

Женщина развела руками.

– Но неужели органы его не искали?!

– Искали. Мне всю душу вымотали. А я ничего не знала! Я с ребенком сидела. Когда этот гад сбежал, моей доченьке полтора годика было. Мы с ней в поликлинику пошли, вернулись – в квартире пусто. Папочка ноги сделал! А что потом началось, я вам передать не могу! Обманутые вкладчики перед нашим домом митинги устраивали. Меня соседи травить начали. А я-то при чем?! Врагу не пожелаешь пережить то, что я пережила. Но наконец и мне судьба улыбнулась. Вот, встретила хорошего человека.

Она с любовью посмотрела на сопровождавшего ее мужчину. Они были даже внешне похожи – оба полненькие, круглолицые, сероглазые и светло-русые. Одеты добротно, удобно и практично, хотя и немодно.

– Нам знакомые сообщили, что этот подонок наконец подох, – продолжала женщина. – Вот, выяснили адрес. Он здесь не жил?

Екатерина Афанасьевна, Игорь Петрович и Ольга покачали головами.

– Вы его похоронить хотите? – спросила Ольга.

– Еще не хватало! – сказали хором мужчина и женщина.

– Пусть в выгребную яму сбрасывают за счет государства, – добавила супруга, то есть вдова. Или не вдова?

Ольга получила ответ на этот вопрос. У второй жены, настрадавшейся от пирамидостроителя Павла Угрюмова было желание развестись с бросившим и обобравшим ее подонком. Но новый возлюбленный решил, что торопиться не стоит. Они вместе сходили в юридическую консультацию, и там законной жене тоже посоветовали с разводом не спешить и, если возможно, собрать все подтверждения своих лишений. Женщина пошла по бывшим соседям, всем плакалась о своей нелегкой судьбе и в результате получила письменные подтверждения проведения вкладчиками митингов под окнами ее бывшего дома, из которого ее по решению суда выселили. И копия решения суда у нее имелась. В общем, набралась целая папочка с подтверждениями лишений и страданий. Ну и по нашим законам половина совместно нажитого в браке принадлежит супруге. Брак расторгнут не был.

– Но вы же не проживаете совместно, – заметил Игорь Петрович.

– У нас уже есть договоренность с очень дорогим юристом, который готов работать за определенный процент, – улыбнулся мужчина. – Большой процент, но мы понимаем, что в данном случае деньги жалеть нельзя. Половина – наша, ну а вторую пусть обманутые вкладчики делят.

– Но это при самом худшем развитии событий. Не исключаем, что мы с дочерью сможем и оттуда кое-что унаследовать.

– У Павла Угрюмова еще есть дети? – спросила Екатерина Афанасьевна.

– А кто ж его знает-то? – воскликнула вторая жена. – От первой не было. А с кем он там после меня путался…

– Даже если он еще с кем-то зарегистрировал брак, этот брак будет незаконным, – сообщил мужчина. – Развода-то не было, а двоеженство у нас запрещено, даже если он ислам принял. В общем, будем бороться.

– А сюда вы зачем пришли? – спросила Ольга.

– Во-первых, с вами поговорили, – ответила женщина. – Выяснили, что мой подонок здесь не проживал. А во-вторых, я его первую жену видела.

– Где? – подалась вперед Екатерина Афанасьевна, у которой загорелись глаза.

– Заходила в этот подъезд, – сообщила вторая жена пирамидостроителя Угрюмова, убитого гранатой.

Жильцы коммуналки переглянулись.

– Она случайно не молдаванка? – уточнил Игорь Петрович.

– Нет, – удивленно ответила мадам Угрюмова. – Пашка вроде в Молдавии никогда не был.

– Девочки говорили, что никогда раньше в Петербург не ездили, – вставила Екатерина Афанасьевна. – Да и семьи у всех.