Чтение онлайн

Ресторанчик оказался и вправду недурен, с открытой площадкой для танцев. Наверное, и кухня здесь была превосходна, но Джерри не смог толком ничего распробовать, поскольку Филдинг-третий жаждал танцевать до утра, и Джерри воленс-ноленс вынужден был поддерживать его в этом начинании.

Не успели они усесться и выпить по бокалу шампанского, как оркестр, состоявший из шести дюжих молодцов в белом, заиграл знойную мелодию — и удержать Филдинга на месте стало невозможно.

Начали они с классического танго. Джерри, как человек музыкальный, неплохо танцевал, но до сих пор, естественно, мужские партии. И потому можно сказать, что сегодня ночью у него был дебют: он впервые выступал в качестве партнерши.

Джерри старался изо всех сил, чтобы не сбиться на мужскую партию, но привычка оказалась сильнее, и потому время от времени он хватал Филдинга в охапку и начинал водить его как партнершу. Недоумевающий Филдинг, зажатый мощными руками Джерри, сначала молча терпел, а потом не выдерживал и робко поднимал глаза на Джерри.

— Дафна! — говорил он.

— Что? — недовольно смотрел сверху вниз Джерри.

— Вы опять ведете!

— Простите! — Джерри вздрагивал и падал в объятия партнера, проклиная в душе и Филдинга, и Джо, и яхты с Душечками.

Филдинг надоел ему до чертиков, и Джерри не понимал, почему он должен приносить себя на алтарь мужской дружбы и танцевать весь вечер с этой образиной, в то время как мерзавец Джо развлекается на яхте с Душечкой?!

Негодование, однако, придавало его танцу особую выразительность — не зря же танго называют «элегией обманутого мужа». Джерри же был обманутым другом, а это, может, еще хуже, чем таскать на голове парочку рогов!

Все его движения дышали скрытой страстью, а выражение лица не оставляло никаких сомнений в том, что этот танец для него — последний перед уходом в лучший мир. Рядом с такой Дафной Филдинг выглядел бледно, хотя и старался изо всех сил.

Закончив одно танго, они вернулись за столик, и Филдинг едва не плакал от счастья, глядя на Джерри влюбленными глазами: Дафна поразила его сердце сразу — и навсегда! Они опять выпили по бокалу вина, и только Филдинг собрался было высказать свои чувства, а Джерри — хоть чем-нибудь закусить, как оркестр снова заиграл — и опять танго. Не могут помолчать полчасика, злился на ребят из оркестра Джерри, которому пришлось положить кусок обратно на тарелку и вновь упасть в объятия миллионера.

На этот раз танго называлось «Мужчина, люблю тебя страстно, люблю горячо!» — и Джерри превзошел сам себя. Другие пары, танцевавшие на площадке, вскоре с позором удалились, устыдившись сравнения, и теперь весь ресторан с замиранием сердца следил за поединком двух сердец.

Пройдя в обнимку, щека к щеке, через всю площадку по диагонали, Дафна и Филдинг развернулись, и тут Филдинг, схватив Дафну за талию, опустил партнершу себе на колено, так что Джерри едва не рухнул на пол. Джерри лишь слегка выставил ногу, опасаясь, что Филдинг его уронит, но все обошлось благополучно. Не убившись на трудном па, они снова, щека к щеке, прошли из одного угла площадки в противоположный. И тут Джерри, не отдавая себе отчета в том, что делает, схватил Филдинга за талию и перекинул через руку так, что голова несчастного Осгуда почти коснулась пола. Филдинг было опешил, но публика неистово зааплодировала, и Джерри с Филдингом впору было начать раскланиваться.

Пытка эта продолжалась бесконечно. Постепенно пустел ресторан. Посетители, довольные и расслабленные, покидали зал, а Джерри продолжал танцевать, проклиная все на свете. Филдинг по-прежнему не позволял ему рассиживать за столом, и Джерри так устал, что теперь танцевал, почти не двигаясь.

Он вставал в центре площадки и, подняв руки на манер испанской или цыганской танцовщицы, двигал кистями, поворачивал голову и отставлял в сторону то одну, то другую ногу, а Осгуд ходил вокруг него, перепоясавшись пестрым платком, концы которого он, на манер вывернутых карманов, держал в руках. Танец их становился все более причудливым.

Но, когда оркестр заиграл очередное танго и певица хриплым голосом запела: «В поля и в леса! Соблазнять настоящих мужчин! В городах же любовь исчезает!» — Джерри пришлось поработать, и, зажав в зубах цветок, он со скорбным выражением лица, мерил огромными шагами опостылевшую площадку. При этом вид у него был такой, что Джерри украсил бы собою любые похороны, но для более веселых торжеств не годился.

И на лице Осгуда застыла печать великой серьезности и сосредоточенности. При каждом повороте он зубами же брал цветок у Джерри, и тогда уже танец вел Осгуд, держа цветок в зубах.

Под утро зал опустел, оркестр устал не меньше Джерри, но миллионер платил — и танго продолжалось бесконечно.

И лишь на рассвете, когда Джерри уже почти ничего не соображал и все движения выдавал чисто автоматически, Осгуд решил, что на сегодня достаточно, потому что и сам наконец утомился. А кроме того, шампанское, которое они пили в короткие промежутки между танцами, не успевая закусывать, сделало свое дело — славный наследник богатства семьи Филдингов был пьян. И от вина, и от любви.

Когда они вышли неверной походкой из ресторана, уже светало, и Осгуд тут же предложил Джерри составить счастье его жизни: выйти за него замуж и попасть таким образом в тот почетный реестр, который вела миссис Филдинг. Джерри попытался было свести все к шутке и кокетливо хихикал, ударяя Филдинга цветком по носу, но миллионер стоял на своем насмерть. И наконец, когда Джерри обещал ему «подумать», Осгуд достал из кармана футляр с этим злополучным браслетом — и Джерри превратился в невесту миллионера.

Расстались они очень нежно, хотя Джерри не позволил Филдингу ни обнять, ни поцеловать себя, повторяя, что мама не велела ему «целоваться с джентльменами до свадьбы». Осгуд пришел в восторг от такого целомудрия и, поцеловав Джерри «обе лапки», отбыл наконец восвояси на свою яхту, с цветком за ухом и слегка покачиваясь. У входа на пристань он едва не столкнулся с Джо и Душечкой, которые только что причалили на моторке и теперь в обнимку поднимались по лестнице. Потом, сильно качаясь, Филдинг залез в лодку и, дав полный газ, помчался к яхте.