В джазе только девушки
Шрифт:
— Ну что ты взъелся, Джо? — затараторил Джерри. — Что я такого особенного сказал? — Джо хмыкнул и несколько ослабил хватку. — Уж и пошутить нельзя! — Хватка опять стала крепче, и Джерри окончательно — выбросил белый флаг безоговорочной капитуляции — он погладил Джо по мокрому плечу, снимая пену, и предложил: — Давай я тебе костюмчик поглажу…
Джо отпустил приятеля и хмуро взглянул на него: костюмчик для начала требовалось высушить.
Стащив парик и подхватив полотенце, Джерри отправился в ванную, когда в номере зазвонил телефон.
— Эй, — высунулся Джерри из ванной, — возьми трубку!
Джо тоже стянул парик и нехотя подошел к телефону.
— Але! — пробасил он, утирая лицо париком, но тут же опомнился и заговорил привычным фальцетом Джозефины. — Да, это четыреста тринадцатый. Откуда звонят? Хорошо, я жду…
Через мгновение в трубке зашелестело и Джо услышал в самое ухо:
— Хэлло, Дафна! — Брови у Джо поднялись, а трубка продолжала. — Это я, тот самый шалунишка Осгуд Филдинг-третий. Вы еще дали мне пощечину в лифте! — При этом воспоминании трубка дико захохотала.
На лице Джо было написано полнейшее недоумение. Тупо глядя на трубку, он не знал, что ответить.
— Але! — закричали на другом конце провода. — Кто говорит? — вопрошал Филдинг-третий, обеспокоенный долгим молчанием.
— Кто говорит? — переспросил Джо. — Ее соседка по комнате. Дафна занята. — Джо стал сама любезность. — У вас что-нибудь срочное?
— Для меня — безусловно! — заявила трубка. — Будьте добры, передайте ей, что я умоляю ее поужинать сегодня вечером вместе со мной на яхте. Ну, разумеется, после концерта! — и Филдинг опять зашелся в приступе неудержимого смеха.
— Так, так, — торопливо соображал Джо, — значит, поужинать с вами на яхте?.. — Это Судьба! — У вас своя яхта? — еще не веря своей удаче, переспросил Джо.
— Да! — захохотал Филдинг. — У меня яхта «Новая Каледония». Потому что у меня была другая «Каледония», но она пошла ко дну. — Трубка затряслась от хохота. — Мы все как-то перепились, — продолжал Филдинг-третий, — и наскочили на риф! — Джо пришлось подождать, пока Филдинг отсмеется. — Но пусть Дафна не беспокоится! — вдруг посерьезнел «шалунишка». — Сегодня все будет чинно и благородно! — едва удерживаясь от смеха, продолжал он. — Только мы вдвоем! — И новый приступ хохота сотряс Филдинга.
Но самому Джо было не до смеха — голова его лихорадочно соображала, решая старую, как мир, задачу, всегда интересующую любого индивидуума: а что я лично могу поиметь в этой ситуации? И Джо продолжил расспросы тоном дуэньи, бдительно стоящей на страже интересов и нравственности своей подопечной.
— Только вы вдвоем? — переспросил он. — Разве у вас нет команды?
— Команду я отпустил на берег! — весело сообщил Филдинг. — Зачем нам посторонние, правда? — Не дожидаясь ответа, Филдинг опять захохотал, потом продолжил: — Ужин будет скромный — холодный фазан и шампанское. А ночь будет лунная — я навел справки на метеостанции. Да, — вдруг заговорил он серьезно, — скажите Дафне, что у меня масса пластинок Рудольфо Валентино. Богатейшая коллекция! — И снова зашелся в неудержимом смехе.
— О, — чирикал Джо, все просчитав, — Дафна будет очень рада! Очень! Она просто помешана на Валентино!
Из ванной высунулась мокрая голова Джерри.
— На ком я помешан? — заволновался он. — Что ты мелешь?!
— Т-с-с! — отмахнулся от него Джо. — Да, мистер Филдинг. Ах, вы будете ждать ее у причала в своей моторке? Чудесно! До свидания! Конечно! Что вы сказали? — Голос Джо медом лился на трубку. — О-о-о, что она — прелесть? Чудесно! Я ей так и передам! — На другом конце провода послышался прощальный взрыв хохота, и трубка замолкла.
— Какая моторка? — не унимался Джерри, словно чувствуя, что его опять втягивают куда-то, куда бы ему совсем не хотелось быть втянутым. — Что ты мне передашь?
Джо опустил трубку и задумчиво уставился на Джерри.
— Передам приглашение, малютка. Мистер Филдинг, — торжественно продолжал Джо, — желает сегодня с тобой поужинать!
— Какая наглость! — взорвался Джерри, размахивая полотенцем.
— И что вас будет трое на этой огромной посудине: ты, он и Рудольфо Валентино. — Джо откровенно веселился и выглядел странно довольным, полностью игнорируя ту бурю возмущения, что охватила Джерри.
— Благодарю за честь! — орал Джерри. — Сейчас же позвони ему и скажи, что я не поеду.
— Ну, конечно, не поедешь, — неожиданно согласился Джо, и Джерри сразу насторожился. И не зря. — Я поеду, — закончил Джо.
— Ты?! — Такого поворота событий Джерри не ожидал. Джо не мог пройти мимо Душечки — и это нормально, иначе это был бы не Джо. Но чтобы Филдинг! — Ты собираешься провести вечер с этой образиной? — удивленно спросил Джерри. Как говорится, факт, не имеющий прецедента…
— Нет, — спокойно ответил Джо, стряхивая остатки мыльной пены с клубного пиджака, — я собираюсь провести вечер с Душечкой.
— А он куда денется? — Все становилось ужасно интересным!
— А он будет на берегу, — спокойно ответил Джо. — С тобой.
Все! Теперь Джерри стало все ясно. Джо, как всегда, просто использует его для своих гнусных целей.
— Со мной?! — пошел в атаку Джерри.
— Так точно! — Вид Джо убедительно говорил о том, что спорить не стоит — себе дороже. Но Джерри еще немного потрепыхался.
— Ну уж нет! Дудки! — восклицал он. — Ты меня толкаешь на панель! Однако Джо, думая о чем-то своем, больше не обращал на него внимания. Заманчивые перспективы, открывшиеся перед ним после звонка Осгуда Филдинга-третьего, будоражили его воображение. На яхте он и Душечка… и никого больше, кроме луны и шампанского… Ну, может быть, Рудольфо Валентино — но это неважно… и судьба Джерри была решена.
Джерри «гонит обаяние»
За всеми этими бурными событиями друзья как-то подзабыли, что они отнюдь не миллионеры и приехали сюда не отдыхать с Душечкой под пальмами, а работать с Красоткой Сью в оркестре.
Однако наступил вечер, и все встало на свои места — Осгуд Филдинг-третий сидел за отдельным столиком в зале ресторана, а Джо и Джерри со своими инструментами — на сцене, где расположился и весь оркестр, призванный развлечь жующих и танцующих посетителей.
Филдинг-третий в белом смокинге, с цветком в петлице и пробором в жидких волосах, весь вечер не сводил с Дафны влюбленных глаз, всем своим видом показывая, каких трудов ему стоит дождаться, когда они наконец окажутся на яхте вдвоем. Джерри в ответ кисло улыбался и старался смотреть только на свой простреленный контрабас, хотя раньше Джерри всегда любил улыбаться публике…