Чтение онлайн

Ничего путного из этого покорения пока не вышло. В мире ощущалась явная нехватка миллионеров, но зато чувствовался переизбыток саксофонистов, ничего не способных дать девушке, кроме тех же трущоб, из которых она так безоглядно бежала и возвращаться в которые никак не желала… «Ты на ферме не удержишь тех, кто повидал Париж…»

Неудачные опыты все множились, миллионера на горизонте по-прежнему не было видно, и Дана Ковальчик, теперь уже прозванная за свою хорошенькую мордашку и легкий нрав Душечкой, потихоньку начинала отчаиваться. Конечно, девушки не пьют и общество подобное поведение осуждает. Но выпьешь потихоньку глоточек — и все мрачные мысли уходят куда-то прочь. И уже не так волнует, что тебе двадцать пять, а миллионера все нет и нет, и Американская Мечта, похоже, вообще решила обойти тебя стороной, и что очередной саксофонист-неудачник запустил в тебя селедкой, и что Красотка Сью придирается безбожно… Увы, Душечка, похоже, нашла панацею от всех своих бед…

— Хлебните глоточек! — протянула она бутылочку новеньким.

— О, — кокетливо замахала руками брюнетка Джозефина, — я пью только виски.

Но Джо врал. Пил он все, что пить можно было, но, следует признать, всегда умеренно. Сухой закон его волновал постольку-поскольку. Вот если бы объявили сухой закон на девушек — Джо был бы категорически против!

Душечка вдруг смутилась — новенькие пьянство осуждали. А так как застали они ее в самый неподходящий момент — за выпивкой в гордом одиночестве, — Душечка почувствовала, что следует развеять то неверное представление, которое могло сложиться о ней у этих чопорных консерваторок.

— Не думайте, что я пьянчуга! — прижимая бутылку к груди, горячо заговорила Душечка. — Захочу — могу бросить в любую минуту! — Душечка зря волновалась: приятели и не думали порицать пьющих девушек, особенно таких хорошеньких, как эта блондинка. — Но я не хочу! — воскликнула блондинка. — Меня это подбадривает. Да и все остальные в оркестре — они тоже пьют. И еще как! Только не попадаются… — грустно закончила она.

И здесь Душечка говорила святую правду. В те времена среди молодых девушек, которые сами зарабатывали себе на жизнь, была в большой моде роль этакой «новой женщины» — не чуждой выпивки, сигарет и свободной морали. Волосы — коротко стрижены, юбка — выше колен, ногти и губы — ярко накрашены, и поведение самое раскованное. Конечно, многие девушки лишь делали вид, что мораль для них — пережиток прошлого, но, как правило, держали свою старомодность при себе. Казалось, еще немного — и «идеальная девушка, ждущая идеального мужа» окончательно исчезнет в прошлом, а ее место займет «новая женщина», бросающаяся на мужчину и предлагающая ему руку и сердце…

Душечка вздохнула.

— А вот я невезучая. Всегда влипаю! — Она подняла кончик юбки и снова засунула бутылочку за резинку. Обе «консерваторки» смотрели на нее, не в силах отвести взгляд. Душечка одернула платье и повернулась к ним спиной.

— У меня шов прямой?

— Как стрела! — восторженно пробормотал Джерри. Джо не мог вымолвить ни слова.

Это зрелище уже заставило их однажды остановиться и забыть обо всем на свете — стройненькие ножки Душечки в черных шелковых чулочках с прямым, «как стрела», швом посередине, когда обладательница этих ножек торопливо шла по перрону Центрального вокзала Чикаго. И вот опять…

— Ну, пока, девочки! — Душечка помахала ручкой и выпорхнула из туалета.

— Пока, Душечка, — пропел фальцетом Джо, не в силах оторвать глаз от ее ножек. Но толчок Джерри вывел его из приятной прострации, напомнив о цели их визита в дамский туалет — нужно было срочно что-то делать со съехавшей набок грудью Дафны.

Экспресс «Флорида» на всех парах мчался к заветной цели — благословенному Майами, где тепло, и море плещет, и все купаются и загорают… Дальше, дальше от страшного Чикаго с его Чарли Зубочистками и Коломбо в белых гетрах! Может, напялив на себя дамские тряпки и удрав так далеко, им и удастся спастись от неумолимых преследователей и их бьющих без промаха пулеметов…

Временами Джерри казалось, что он свихнулся, что все это происходило в каком-то страшном сне, а не наяву, но стоило ему вспомнить, как выглядит дуло пулемета, наставленное на его живот, как он готов был до конца дней своих оставаться Дафной!

Дело шло к ночи, и пассажиры спальных вагонов поезда укладывались спать. Но только не девочки Красотки Сью: салон-вагон, казалось, трясло от звуков джаза — оркестр репетировал.

Винсток, как всегда, сидел где-то в углу, что-то выискивая в толстой тетради, а Красотка Сью, стоя в проходе салон-вагона в домашнем халатике, дирижировала оркестром.

Когда в дамском туалете Душечка пренебрежительно назвала оркестр Красотки «джазиком не первый сорт», она была не так уж и неправа, ибо играли девочки весьма посредственно. Да и как, скажите на милость, можно составить хороший женский джаз, если то саксофонистка забеременеет, то контрабасистка с проповедником сбежит? Нет, в таком оркестре лишняя репетиция не помешает.

Красотке Сью едва за сорок, она и сама начинала когда-то в маленьком оркестре, играя на тромбоне, но за те десять лет, что она руководит своим оркестром, она успела нажить язву и безвозвратно испортить характер на этой собачьей работе.

Вот и сейчас лицо Красотки кривилось так, словно она хватила уксусу и лимончиком закусила. Новенькие, похоже, то еще приобретение… Засыпают они обе, что ли? Ни в такт, ни в лад… Одна не играет, а просто дергает за струны контрабаса, другая же выдувает нечто невообразимое из саксофона…

— Эй, вы, консерваторки! — не выдержала наконец Красотка. Оркестр разом смолк. — Вы где раньше работали? В танцклассах?

— Нет, на похоронах, — с достоинством ответил Джо. Работать в танцклассах было ужасно непрестижно, и любые оркестры спешили объявить себя джазами, а для репутации музыканта лучше было играть на похоронах, чем на танцах.

— Будьте добры, воскресните из мертвых, — настолько сладко, насколько позволял ее кислый голос, попросила Красотка.

Джо недоуменно пожал плечами.

— Пожалуйста, — обиженно поджал он губы. Он и сам был уже на взводе. Челка парика, доходившая ему до бровей, раздражала его неимоверно, губы от помады казались липкими, а уж если посмотреть вниз — можно вообще свихнуться: голые коленки, бритые ноги, высокие каблуки… Жуть! А тут еще эта стерва пристает со своими комментариями под насмешливыми взглядами других девиц. Нет, только бы добраться до Флориды, а там сразу весь этот маскарад к черту, а тряпки — в море!

Пока Джо кипятился и негодовал, Красотка принялась за Джерри.

— Эй, что у вас с контрабасом? — Джерри испуганно посмотрел на инструмент, но ничего страшного не увидел. — Какие-то дыры… — продолжала Красотка. Джерри опять уставился на контрабас.

— Ах, эти! — Он провел пальцем по «визитной карточке» Коломбо — шести дырочкам от пуль его пулемета, — Не знаю… Мыши, наверное… — брякнул он первое, что пришло в голову.

Брови у Красотки полезли вверх, в оркестре захихикали — о контрабасах, съеденных мышами, еще не слышали…