Чтение онлайн

Поэтому, как только я заметил наблюдателя, то тут же решил во что бы-то ни стало поговорить с ним. Не о погоде и экономической ситуации в Венесуэле, а о вполне житейских и обыденных вещах. Кто такой, чего хочет? Бежать до него было далековато. Поэтому я решил применить недавно приобретенное заклинание.

Руки сделали небольшой круг, потом вытянулись по швам, пальцы растопырились и картинка сменилась. Это было похоже на короткое головокружение. Такое случается, если резко встаешь с дивана – на мгновение все перед глазами плывет. И у меня было подобное. Вот только, когда картинка вернулась, я понял, что нахожусь уже в другом месте. Как раз возле того самого дома, в нескольких шагах от наблюдателя.

Навык Мистицизма повышен до пятого уровня.

Было только одно весомое «но». Мои ноги оказались погребены под толщей снега и коркой льда сверху. Дело в том, что когда я представлял площадку для перемещения, то искренне думал об асфальте вдоль дома. Не полагал, что его тоже засыпало снегом – через заваленный сугробами палисадник ничего не было видно. И вот теперь ноги намертво сковано в ледяном плену, а испуганный Ищущий рванул прочь.

Навык Мистицизма повышен до пятого уровня.

На этот раз вышло лучше, но ненамного. Теперь я приземлился на снег, попросту провалившись в него по щиколотку. Пока выбирался, «дружище» уже дал деру. Ладно!

Навык Мистицизма повышен до пятого уровня.

Наконец-то получилось все более, чем замечательно. Я переместился на дорогу, в метрах семи от Ищущего. Мы стояли лицом к лицу. Если ему и отступать теперь, то только назад. А побегать я был очень даже непротив.

Однако Игрок меня удивил. Он присел, упершись одной ногой о стену дома и прыгнул… Точнее, создалось ощущение, что им выстрелили, как из пушки. Потому что Ищущий отскочил метров на тридцать. Приземлился, как ни в чем не бывало, и помчался прочь. Преследовать его смысла я не видел.

Хотя и успел кое-что узнать о наблюдавшем. Благодаря Проницательности и Наблюдательности. Первое умение мне подсказало, что направление Ищущего Прыгун (важная новость для капитана-очевидности). А второе дало более интересную информацию для размышления. В момент поражающего акробатического этюда, запястье Ищущего на мгновение обнажилось и я увидел перечеркнутый крест-накрест серебрянкой круг. Знак того самого возрожденного и таинственного Ордена, к которому имел отношение Охотник. Все чудесатее и чудесатее. Чего могло от меня понадобиться наставнику? Он бы мог все спросить напрямую.

На всякий случай набрал Охотника, но телефон ожидаемо оказался «вне зоны действия сети». Странно это все. Добрел до своей домофонной двери и поднялся к себе. Еще в подъезде почувствовал запах курицы, которую готовят в духовке. Такой ни с чем не спутаешь. И не ошибся. Кашеварили у меня. Разделся и решил блеснуть перед Лаптем во всей красе.

Навык Мистицизма повышен до шестого уровня.

Переместился на кухню под оглушительный грохот упавшей табуретки. Заодно ударился коленом.

Навык Мистицизма повышен до шестого уровня.

В этот раз все получилось почти блестяще. Я появился посреди кухни, в десяти сантиметрах от выставленного табурета. Да еще с понтом дела возвел руки к лампочке. Мол, глядите, явление Сережи народу. Однако Лапоть новое заклинание не оценил.

– Ну и чего в обуви на кухню заперся? Наследил только. Давай обратно прыгай, в прихожую.

Легко сказать. Заклинание сжирало двести очков маны. Учитывая, что это было второе перемещение за последние пять минут, на следующее у меня уже не хватало. Совсем немного, благодаря вновь приобретенной шапке, но итог оставался неизменным. Поэтому я аккуратно снял сапоги и отнес их в прихожую. Когда вернулся, пол был уже чистый, а домовой резал курицу.

– Лапоть, ты чего такой хмурый?

– Предчувствие у меня нехорошее.

– И что за предчувствие? – стал я жадно поглощать нежную птицу, обжигаясь стекающим горячим жиром.

– Что грядет нечто. Что пропадешь ты.

– В смысле?

– Уйдешь и не вернешься больше. Вот чего.

– Скажешь тоже. Я вроде никуда не собираюсь.

– Человек предполагает, а Господь располагает, – угрюмо ответил домовой.

Странно, не наблюдал раньше за ним какой-то сильной набожности. Хотел развеселить, но на все мои подколки и шуточки Лапоть не реагировал. Лишь спросил, мол, есть что серьезное еще. Если нет, то он пойдет. После чего забрался на антресоль и оттуда уже долго и грозно шуршал.

Позвонила Юля, явно напрашиваясь на чай с вытекающими последствиями. Однако я сослался на усталость и завтрашнюю работу. Причем, действительно не соврал. Вымотался так, что сил просто никаких нет. Помылся и завалился спать. Задремал сразу, но вместо нормального сна в голову лезла какая-то муть – малоразборчивые образы, надвигающиеся огромные фигуры, крики о помощи.

Сон сковал меня крепко – глаза я открыл лишь под утро. Однако облегчения никакого он не принес. Создалось ощущение, что я не то, что не отдохнул, а наоборот, больше напрягся. Прям как в том анекдоте, где мужику приходилось всю ночь толкать телегу до Калуги.

Лапоть заглянул в комнату, кивнул и ушел готовить завтрак. А я потопал в душ. Смывать остатки ночных недокошмаров. Привел себя в относительно божеский вид, оделся и даже поел. Точнее вяло поковырял приготовленное суфле – аппетита не было. Да еще и Лапоть, обычно заглядывающий в рот и ловящий каждое слово, ушел в комнату. И оттуда теперь грозно гремел шкафами – убирался.

Погода полностью гармонировала с моим настроением. Небо затянуло серыми тяжелыми тучами, которые бывают только зимой. Еще недавно выпавший снег казался грязным. А в воздухе пахло чем-то химическим и неприятным.

Я поглядел по сторонам, потом на угол дома – никого. И решил применить аппарацию. А что? Чем больше используешь, тем скорее прокачаешься. Однако вышло все скверно. Я мало того, что не повысил Мистицизм, так еще и почти столкнулся с профессором.

– Ой, Сергей, ты откуда взялся? – чуть не упал Петр Сергеевич.

Выглядел тот не испуганным, скорее удивленным. Я немного подумал и решил не откатывать время. Чего направление зря гонять? Вдруг пригодится. А тут вроде ничего страшного. Пораскинул, чем мог, и ответил честно. Ведь всем известно, что правдивые ответы, которые звучат как выдумка, не воспринимают всерьез.