Узурпатор ниоткуда

…Многие африканские царьки чрезвычайно ревниво относятся к неприкосновенности своих владений. Не то чтобы они были так уж свирепы и чтобы они вообще отказывались пускать к себе путешественников, но за разрешение пересечь их территорию они требуют плату, и нередко довольно высокую.

Луи Буссенар, «Похитители бриллиантов»

Когда мы позволяем правительствам разваливаться, на их место приходят военные диктаторы, преступники, наркобароны или террористы.

Робин Кук, министр иностранных дел Великобритании

Все совпадения имен и фамилий действующих лиц с именами и фамилиями реальных людей совершенно случайны. Территории под названием «Контвигия» на карте нашего мира не существует, однако у нее имеется вполне реальный географический прототип. Название другой страны сегодня может считаться неактуальным, но автор полагает, что «Заир» и «заирцы» в контексте данной книги будут звучать более адекватно и благозвучно, чем «Демократическая Республика Конго» и «конголезцы».

— Взлетай! — Анатолий напряженно смотрел на фигуры людей в камуфляже, бегущие по кромке летного поля, поросшей бушем.

Ответ командира экипажа состоял сплошь из литовского пятиэтажия. Я понял, что первому пилоту стало по-настоящему страшно. Мне тоже было страшно. Несмотря на китайский «Калашников» образца сорок седьмого года, который я ощутил своей спиной.

— Verdammte Scheisse! У них гранатомет! — закричал штурман, заметивший зловещую трубу в руках у одного из негров. — Шарахнут — и всем капут! Надо остановить двигатели!

Время терять было нельзя.

— Дэйв, я пошел, — спокойно, но громко, чтобы перекричать шум двигателей, сказал я командиру. — Попробую их придержать. — Затем сорвал автомат с крючка, шагнул к двери и положил руку на рычаг.

— Остановись, Dummerbert! — попытался вразумить меня штурман.

— Только не говори потом, что это я тебя послал! — сказал командир.

Реплику находившегося за его спиной босса я уже не услышал, потому что распахнул дверь, и рев турбин сделал невозможным дальнейшую дискуссию. «Ан-26», наверняка уставший от бесчисленных стартов и приземлений, содрогался, словно страшась очередного подъема с грунтовой полосы, лишенной каких бы то ни было знаков. Впрочем, взлет все еще был под вопросом. Солдаты неизвестной нам армии или боевики не более известной бандитской группировки, похоже, готовились к тому, чтобы не дать самолету уйти.

Двигатели «Антонова» продолжали работать на малом газе. Я выпрыгнул на красно-коричневый грунт, и тут же отбежал в сторону, надеясь за камнями спрятаться от выстрелов. Трудно было не заметить выскочившего из самолета человека с автоматом. Но вооруженные люди пока никаких действий не предпринимали. Они ждали, очевидно, того, что пилоты, поняв, что уйти не удастся, остановят двигатели и сдадутся на милость боевиков… захватчиков? повстанцев?

Лежа за камнями, я думал о сидящем в самолете авантюристе, возомнившем себя самым умным бизнесменом по обе стороны экватора. Робертас Кеженис действительно вздумал сделать бизнес в Африке, полагая, что там еще есть где развернуться. Конечно, развернуться здесь можно, но если бы он взялся за что-нибудь другое… А ведь этот деятель вздумал поставить в ЮАР не что-нибудь, а марочные грузинские вина. Неужели не знал наш босс, что южноафриканские вина во всем мире ценятся настолько же выше грузинских, насколько американский пилот зарабатывает больше литовского? И что получилось? Чтобы избежать таможенных проблем, пришлось выгружать это вино чуть ли не в джунглях, а взамен возить головорезов и браконьерскую слоновую кость… Которую еще, чего доброго, придется самим перевозить дальше… И неужели ему не было известно, что экспорт слоновой кости в Европу запрещен, а попытка ее перепродажи — дело уголовно наказуемое? Знал, наверное. Но даже если и не так, его истинные цели так и остались для меня загадкой. И вот теперь, похоже, закономерный результат всех этих авантюр — захват воздушного судна… Хорошо, если мы потеряем только потенциальный жирный куш, а ну как если придется оставить в этой земле свои кости?

…Поскольку никаких изменений пока что не происходило, боевики решили действовать дальше. Человек с гранатометом, не очень-то и спеша, выбрался из кустов и стал приближаться к самолету. Зловещую трубу он перебросил за спину, наивно полагая, что сам находится в безопасности.

«Извинятся буду потом», — решил я, плавно нажимая спуск. Короткая очередь заставила негра взмахнуть руками и повалиться ничком на землю.

Впрочем, я был уверен, что промахнулся, потому что взял почти на полметра выше головы этого парня, а стрелять еще не разучился. Или, может быть, стоило бить в упор?..

Из зарослей буша послышались нечеловеческие вопли. Боевики, очевидно, имели приказ до поры до времени не стрелять по самолету, зато по камням, за которыми скрывался я, ударило несколько очередей. Каменное крошево посыпалось мне за шиворот.

Пора было действовать агрессивнее. Превозмогая страх, какого в жизни не испытывал, я на получетвереньках метнулся из-за гряды в сторону, подальше от самолета. Упав прямо на жесткую траву, которой густо порос край летного поля, я дал еще одну очередь поверх основной кучки моих противников. Я еще надеялся, что кто-нибудь из экипажа возьмет второй автомат и даст по этим мерзавцам как следует, пока я прижимаю их к земле.

Но со стороны самолета так никто и не начинал стрельбу. Зато пули боевиков взметнули несколько фонтанчиков пыли неподалеку от меня (хорошо, хоть эти типы стреляют как колхозники), а я тем временем дал третью очередь и, видимо, в кого-то попал, потому что двое, имевшие неосторожность высунуть свои словно начищенные ваксой физиономии из кустов, вмиг завопили дурными голосами и прекратили огонь. Вслед за этим я вознамерился вернуться на позицию за каменной грядой, но даже чуть приподняться теперь было невозможно — остальные боевики не на шутку рассвирепели, и пули начали свистеть уже, наверное, в сантиметре от моей головы.

Видно, боец я еще тот… Ладно. Подождав, когда зловещая музыка немного стихнет, я по-пластунски пополз к камням. И тут понял, что почти попался. Черные люди уже находились метрах в пятнадцати — они быстренько переместились ближе ко мне и теперь находились за большими деревянными ящиками, составленными около ближайшего сарая, по всем признакам, оборудованного под склад.

Я дал очередь по этим ящикам… Ничего не понимаю, неужели кроме меня, больше некому защищать самолет?! А у меня патроны вот-вот кончатся… Дождавшись, когда чья-то голова высунется из-за края ящика, я снова выстрелил.