Чтение онлайн

Девушка с островов снова сжала пальцы Николая. Уверенность тонким ручейком стала перетекать к нему. Это не техника рэй-ки, о которой они имели небольшое представление. Это было чем-то большим, странным, хрупким.

Так и должно быть сегодня.

Алекс собрал их в последний раз.

– Николай, если ты не хочешь говорить, сядь поодаль, мы продолжим беседу, – в третий раз Алекс проявил настойчивость.

– Напротив, хочу, – произнёс Николай, – Сегодня я видел сон.

Медиум терпеливо кивнул и присел рядом. Оскар и Лея придвинулись ближе.

– Сегодня многие видели сны. И в этом нет ничего странного. Мы все переживаем из-за того, каким будет завтра. Многие расстанутся навсегда. Тебе и Касумико не нужно объяснять, насколько это нелегко.

Медиум сказал последние слова как можно бесстрастнее. Японка всхлипнула и отвернулась.

– О чём сон?

– Алекс, это странный сон. В нём было много огня и тьмы. Так, будто в северной земле горы превратились в желоба, по которым текли реки расплавленного железа. Как в кузнице. Понимаете?

Слушатели терпеливо промолчали. Им стало интересно, что же дальше.

– По узким избитым дорогам шли люди. Они кутались в лохмотья, и было их совсем немного. Они спешили уйти подальше от текущих с гор огненных рек. А в небе над ними растекались серым чадом холодные тучи, сыпали на землю чёрно-белый пепел. Белый пепел падал очень давно, и его насыпалось много-много. Он остывал и был ледяной на ощупь, ногам путников становилось холодно.

Алекс нахмурился. Он лично не видел, но слышал. То, что описал Николай, называлось снегом. Переселенцы из России жили в Союзе Юга на протяжении трёх поколений. Николай родился в этом государстве и никогда не видел снега.

– Было что-то ещё? – спросил Медиум.

– Да, вначале, перед тем как эта картинка возникла у меня в подсознании, прозвучал голос. «Мы много раз представляли, что это будет, но никто не знал, что будет именно так. Пришельцы из космоса превратили мир в хаос».

Алекс закусил губу и глубоко вздохнул.

– Я правду говорю! – воскликнул Николай.

Медиум потёр лицо ладонями и обратился к Лее.

– Лея.

Девушка не дала ему договорить. Рассмеялась и постучала себя по карману на поясной сумке.

– Мистер Медиум, он просто пересмотрел кучу записей по мультику. Ну, знаете, старьё всякое. Я накачала перед отлётом. «День независимости» там, «Икс-файлз», весь это сай-фай со времён до Утра Смерти. Он такой впечатлительный, – девушка осеклась, ей стало стыдно за вспышку сарказма, – Николай не виноват, просто это подсознание. Знаете, как тут говорил кое-кто? Американцы сговорились с пришельцами, а потом разругались. Вот пришельцы и обозлились. Утро Смерти – их рук дело. Бам, бабах, а досталось всем.

Оскар остановил Лею жестом, проговорил:

– Лея, ты же не хуже меня знаешь – это нелепые выдумки. Даже расследование проводили. А потом с орбиты фотографировали. Я понимаю, всё хотели свалить на твоих соотечественников. Извини, что перебил.

Девушка из Лунной колонии не ответила. Популярная гипотеза имела один большой изъян. В те времена Лунная колония была штатом Америки. Как она избежала участи других штатов Большого мира?

– Я просто высказала предположение, – примирительно сказала Лея, – Мне тоже сны по фильмам снятся. Иногда.

– Ты смотрел эти фильмы, да? – переспросил Алекс.

– Конечно, – сознался Николай, – Мы все смотрели. Лея нам показывала по мультику.

Медиум медленно выдохнул, собрался с мыслями. Но он недолго искал, чего сказать, ответ лежал на поверхности.

– В другое время и в другом месте я и те, кто со мной рядом, могли бы счесть литературу и фильмы тех времён неприемлемыми. Тем более, с таким содержанием. Назвать ересью, если угодно. Но как вы уже поняли, учение Медиумов Союза Юга это не религия. Поэтому мы не имеем права запрещать или ограничивать доступ к информации. Мы можем научить думать. И оценивать. Понимать, что в истоках подсознания могут быть истина и ложь, эмоции и рассудок, отголоски прошлого и, как знать, может быть – будущего.

Медиум промолчал, дал им осознать его слова.

– Поэтому я просто не знаю, что это. Может, будущее, может прошлое, может отблеск чего-то другого. Пока мы можем только гадать. Оставь воспоминания и ощущения, ведь их ни у кого больше нет. Было бы неплохо сохранить их свежесть и цвет, такие, какие ты сумел передать нам в словах. Я знаю, Николай, как тяжело тебе было, но ты справился, рассказал. А теперь, – Алекс посмотрел куда-то над головами слушателей.

Из-за холма донёсся рокот, и белый след прочертил синее небо.

– Вот и всё. Мои уроки окончены. Пора в путь. Касумико, ты проводишь нас до порта?

Девушка кивнула. Она не выпускала руки Николая. А он только хмурился и сдержанно утешал её.

– Ну я никогда не забуду про тебя, никогда, понимаешь? Даже там, на Марсе.

Лея переглянулась с Оскаром. Австралиец очень хорошо помнил, как встретил сочувствие японки после рассказа о погибшем псе по кличке Райт. И за это был бесконечно благодарен Касумико. Они кивнули друг другу и получили одобрение во взгляде Алекса.

– Касумио… Ты… Ты была отличной подругой мне и всем нам другом, – Лея хотела сказать, что Николаю даже больше чем другом, но, разумеется, сдержалась, – У нас с Николаем не всегда ладится в отношениях, но он отличный парень и всегда будет помнить о тебе. Мы с Оскаром приготовили для вас два подарка. Большего мы всё равно не сможем сделать.

Девушка с Луны протянула Николаю и Касумико раскрытую ладонь. В ней лежали два стеклянных шарика. Красный и голубой.

– Касумико, тебе красный, чтобы помнить о Марсе, где будет жить Николай, а тебе, – Лея дождалась, когда японка возьмёт шарик рукой, мокрой от слёз, – Тебе, Николай, голубой. Чтобы ты помнил о ней и о Земле.