Чтение онлайн

Никите стало не по себе. Уж больно странные были эти взгляды. Он пересилил себя, оставил трап и подошел к ближайшей группе пленников. К его удивлению, те вовсе не были связаны. При отсутствии какой бы то ни было охраны со стороны бандитов это выглядело как минимум самонадеянно. В одном из пленников Никита узнал своего бывшего соседа по рейсовику – того, что был похож на баскетболиста.

– Здравствуйте, – тихо произнес Никита. – Как вы?

Никита согласился бы, если б ему сказали, что вопрос он задал дурацкий. Тем не менее даже на этот вопрос можно было хоть как-то отреагировать. Чего и не подумал сделать «баскетболист». Так же, как и кто-либо еще из сидящих на шпангоутах людей. Они продолжали молча и не мигая смотреть на него, отчего вдоль позвоночника пробежали холодные мурашки.

– Эй, вы чего? – чуть громче сказал Никита. – Я могу помочь вам освободиться…

Никакой реакции. Только из глубины трюма послышался знакомый смех.

Никита оставил свои попытки растрясти неразговорчивых пассажиров и направился в сторону места своего недавнего заточения. Под ногами все так же хлюпала отвратительная жижа, и на Никиту наваливалось неприятное ощущение боязни замкнутого пространства. Наконец, он добрался до дощатых каморок с массивными дверями и припал к двери по соседству со своей бывшей «камерой».

– Эй, Копатель, как вы? – спросил Никита.

– Ты не ищешь разнообразия в своих вопросах, – хмыкнули за дверью. – Зачем ты вернулся? Соскучился по приличному обществу?

– Есть немного, – признался Никита. – А что это с нашими пассажирами? Почему он молчат? Им запретили говорить?

– Если бы. Просто они давно уже не пассажиры. И даже не люди. Они – жмых.

– Что?!

– Отработанный материал, то, что осталось от человеков после сублимации… А что такое человек с отжатой из него душой? Жмых…

– Ничего не понимаю, – пробормотал Никита. – Но они же вроде живые. Дышат. Сидят ровно. Смотрели вот на меня…

– Ну, считай, что это роботы. Со стертой программой. Готов поклясться, что в их сознании бесполезно искать пусть даже самые затрапезные Вселенные…

– Душа – это и есть внутренняя Вселенная?

– Видимо, это как-то связано. Не знаю. Пока мне доводилось довольствоваться слухами и данными мозговой разведки. А данных этих немного…

– Но… Но зачем извлекают этот… экстракт? У людей вынимают душу?

– Ох, не знаю. Душа – слишком тонкая материя. Даже для интеллектуальной разведки. Но я подозреваю, что души пиратам не нужны. К тому же их техника слишком грубо обращается с душами, чтобы извлечь их хм… неповрежденными… Им нужно другое. Энергия человеческих вселенных…

– Энергия? Ну да… Звезды, галактики… И… Что же они с ней делают, с этой энергией?

– Тебя не удивило, как почти средневековый пират вольготно чувствует себя в мире высоких технологий? Как он легко адаптировался и как ловко справляется со своими куда более умными врагами?

– Конечно, удивляет. Только о том и думаю.

– Вот тебе и первое применение экстракта. Он закачивается в кристалл, который потом проецирует эту энергию в мозг своего обладателя…

– А… Этот прозрачный кубик? Кэп прикладывал его к виску перед боем…

– Перед боем?

– Ну да. Мы недавно в клочья разнесли патрульный корабль Безопасности…

– «Мы», – хохотнул Копатель. – Начинаешь сочувствовать негодяям? Типичный стокгольмский синдром. Ну да. Я тоже видел этот куб. Это устройство многократно усиливает интеллект. Правда, ненадолго. Проклятый прибор требует постоянной подпитки. Человеческими душами, если угодно…

– Мрак… – пробормотал Никита. – Но неужели только ради этого…

– Конечно, нет! Главное свойство экстракта, а точнее, приборов, на нем работающих, – это способность перемещаться по внутренним мирам людей.

– Но ведь мы тоже можем! Безо всякого экстракта…

– Да? И можем протащить в свой мир парусник восемнадцатого века с командой головорезов из чьей-то головы?

– Что?!

– Да, да, друг мой. Такой вот кристалл может привести в наш мир вполне материальную армию из чьего-нибудь бредового воображения. Надо только накопить достаточно сырья для сублимации.

– Людей…

– Вот именно.

– Но как до всего этого смог додуматься какой-то морской бродяга?

– Кэп? Да, никак! Это сейчас он освоился в новом мире и почувствовал вкус с экстракту. А заварил кашу, надо полагать, Доктор. Не знаю зачем. Может, из жажды власти или славы, может, из чисто научного интереса. Впрочем, некоторые нацисты когда-то тоже слыли любознательными учеными. Теперь ты понимаешь, почему я говорил о смехотворности нашего первоначального конфликта из-за передела интеллектуальной собственности?

– Ну, тут я все равно не согласен…

– Тьфу ты! Ну, ради бога. Это твое личное мнение. А вот для себя я поставил задачу разобраться в происходящем и найти пути выхода из довольно неприятной ситуации.

– Для этого я пришел. У меня есть топор, нож… Я хочу освободить вас. Поодиночке мы ничего не сможем сделать. Но вдвоем – совсем другое дело…

Копатель тихо засмеялся. Раздался скрежет, какие-то щелчки, и дверь «сарая» со скрипом отвалилась на одной петле. Из темноты торчала нога в «джинсе» и грязном ботинке.

– Неужели ты думал, что я не могу отсюда выбраться? – усмехнулся из темноты Копатель. – Только какой смысл выбираться наружу, если путь с корабля закрыт?

– Ну, вы даете! – с легкой досадой сказал Никита. – А я думал, что так рискую, пробираясь сюда, чтобы вас вытащить…

– Нет, я не собираюсь уходить, пока не пойму, как могу повлиять на ситуацию…

– А как вы собираетесь влиять на ситуацию, сидя в этой сырой камере?

– Есть способы, друг мой, – произнес Копатель, и из темноты вынырнула ладонь со знакомым уже кристаллом.