Чтение онлайн

Он снял веревки, с трудом поднялся на ноги, довольно нетвердо шагнул к девушке и небрежным движением взял из ее руки револьвер, затем очень мягко втолкнул ее в кресло и бросил револьвер на ее колени, а сам, ковыляя, вернулся на место.

— Не бойтесь, леди! — сказал он передернувшись от боли. — В данных обстоятельствах я никуда не двинусь. Кровообращение полностью нарушено. Не хотите ли взглянуть на мои ноги?

— Нет! — она кипела от гнева, виня себя за нерешительность.

— Сказать по правде, мне тоже не хочется этого делать... Ваша матушка еще жива?

— Моя матушка? — неожиданный вопрос выбил ее из колеи. — А почему это вас интересует?

— Я спросил об этом просто для поддержания разговора. Вы же знаете, как бывает трудно вести беседу, когда двое незнакомых людей впервые встречаются друг с другом. Ну, так как, жива ваша матушка или нет?

Марика коротко ответила:

— Да, но она не очень здорова...

— Догадываюсь...

— Почему вы так решили? И вообще, какое вам дело?

— Никакого. Я просто любопытен от природы.

— На какие красивые слова вы способны! — издевательский тон был вообще чужд ее натуре, но сейчас она превзошла себя. — Вот уж никак не ожидала этого от вас, мистер Дикин!

— Когда-то я преподавал в университете. А там было очень важно внушить студентам, что вы намного умнее их. Вот и пришлось научиться говорить красивые слова. Итак: матушка ваша нездорова. Иначе почему к коменданту форта решилась поехать его дочь, а не жена? Ведь последнее гораздо естественнее. Лично я подумал, что ваше место у постели больной матери и, мне кажется, очень странным, что вам разрешили отправиться в форт зная, что там холера и что индейцы настроены враждебно. А вам это не кажется странным, мисс Фэрчайлд? По всей вероятности, ваш отец очень настойчиво просил вас приехать к нему, хотя один бог знает по какой причине. Он просил вас об этом в письме.

— Не буду отвечать на ваши вопросы! — ответила она, хотя было видно, что они заставили ее задуматься.

— Помимо всех тех недостатков, о которых упоминал шериф, у меня имеется еще один: нахальная настойчивость. Итак, в письме или нет?

Конечно, нет! Он послал вам телеграмму, — внезапно он переменил тему разговора. — Вы, видимо, хорошо знакомы с полковником Клэрмонтом, с О'Брайеном, не говоря уже о вашем дядюшке...

— Ну, знаете! — Марика снова сжала губы. — Это уж слишком!

— Спасибо! — Дикин допил виски, сел и принялся связывать себе ноги.

Это все, что я хотел знать. — Он поднялся, протянул ей вторую веревку и повернулся, скрестив руки за спиной. — Будьте столь любезны... Только не так туго, как было.

— Почему это у вас ко мне такой интерес и все эти вопросы? Я полагала, вам хватает и собственных неприятностей...

— Хватает, крошка, хватает! Я просто стараюсь отвлечься, — он скосил глаза на веревку, обхватившую его воспаленные запястья, и протестующе заметил:

— Полегче, пожалуйста, полегче!

Марика ничего не ответила, затянула последний узел, помогла Дикину сначала сесть, а потом и лечь на пол и удалилась, не проронив ни словечка.

Вернувшись в свое пустое купе, она тихо закрыла дверь и долго еще в задумчивости сидела на койке.

Лицо машиниста Банлона, освещенное отблесками яркого красного пламени, тоже было задумчиво. Он вел состав и часто выглядывал из бокового окна, проверяя состояние пути и неба над головой. Кочегар Джексон был весь в поту: на таких крутых подъемах необходимо было поддерживать полный пар, и он обязан был непрерывно подбрасывать в топку дрова. Джексон захлопнул дверь топки и отер лоб грязным полотенцем. В этот момент послышался зловещий металлический скрежет.

— Что случилось? — уставился он на Банлона.

Тот ничего не ответил и быстро схватился за тормоз. На мгновение воцарилась тишина, потом скрежещущее громкое лязганье и поезд начал замедлять ход. Многие пассажиры были разбужены столь резким и неожиданным торможением.

— Опять этот проклятый парорегулятор! — бросил Банлон. — Наверное соскочила стопорная гайка. Звякните Дэвлину, пусть нажмет на тормоза!

Он снял с крючка тускло горевший фонарь и попытался рассмотреть провинившийся регулятор, затем выглянул в окно и посмотрел назад вдоль состава.

— А вот и наши пассажиры! Идут сюда.

Но один из спутников направился не в сторону локомотива. Он соскочил с подножки, быстро огляделся, соскользнул на обочину, спустился с насыпи и низко надвинув на лоб странного фасона шапку, бросился бежать сломя голову к концу состава.

А до локомотива первым добежал полковник Клэрмонт, несмотря на то, что сильно ушиб бедро при торможении поезда. С большим трудом он сумел забраться в кабину машиниста.

— Черт бы вас подрал, Банлон! Зачем надо было пугать нас таким образом?

— Прошу прощения, сэр! — Банлон держался подтянуто и корректно. Все сделано согласно правилам безопасности. Стопорная гайка в пароре...

— Можете не объяснять! — Клэрмонт потер ушибленное бедро. — Сколько времени вам понадобится, чтобы привести все в порядок? Ночи вам хватит?

Банлон позволил себе снисходительно усмехнуться, — Пять минут, не больше...

Пока он ликвидировал неисправность, человек в странной шапке достиг ближайшего телеграфного столба. Он осмотрелся по сторонам, выхватил из-за полы длинный пояс, обхватил им столб и себя самого и быстро полез наверх.

Добравшись до верхушки, он извлек из кармана кусачки и перерезал телеграфные провода, затем также быстро соскользнул на землю.

Между тем Банлон выпрямился, все еще держа в руке инструменты для ремонта.

— Готово? — буркнул Клэрмонт.

— Готово, — Банлон прикрыл рот рукой, чтобы скрыть зевок.

— Вы уверены, что продержитесь до утра?

— Сейчас все, что нам нужно — это горячее кофе. Но если бы вы могли дать нам завтра с Джексоном отгул...