Уругумская сталь [СИ]

Ночь клонилась к рассвету, звезды линяли вместе со светлеющий небом и уходили в дневное небытие, только Волчья звезда, вернее, то оранжевое, распухающее незаметно для глаза облако, в которое она превратилась, еще бросало свой зловещий свет на темную землю.

Этот оранжевый свет скользил по чуть волнующейся степи, нырял в тихую, темную воду неширокой реки, призрачной волной пробегал по некошеной траве широкого прибрежного луга и упирался в прямые, уносящиеся вверх, стволы вековых сосен, в густой подлесок опушки нехоженого леса. Он словно бы накрывал опрокинутый в сон мир, погружал его в подернутое оранжевым флером безмолвие… бездвижие!..

Час Неясыти вошел в полную силу, когда сквозь казавшиеся непроходимыми кусты подлеска просунулась острая волчья морда, и два поблескивающих зеленью глаза спокойно и внимательно обшарили взглядом прибрежный луг, спокойную гладь реки и заречную полосу открытой всем ветрам степи. Мир спал, но волк не торопился выбираться на открытое место, его звериное чутье подсказывало ему, что где-то недалеко обосновались враги!.. Изверги!! Запах их пота, перемешанный с запахом кострового дымка, мало тревожил матерого хищника, а вот едва заметный, кисловатый запах светлых клинков был опасен! Очень опасен!!

Однако волку просто необходимо было до рассвета переправиться на другой берег реки и раствориться в высокой степной траве! Конечно, можно было перекинуться птицей, тем же вороном, и перелететь реку, но среди спящих извергов вполне мог оказаться бодрствующий лучник, а у лучника могли найтись стрелы с наконечниками из светлого металла. Изверги научились ловко пользоваться этим, совсем недавно попавшим им в руки оружием, и многогранному встречаться с ним было смертельно опасно!

Около десяти минут волк стоял неподвижно, принюхиваясь, присматриваясь к окружающему Миру – и Мир ответил ему тишиной и неподвижностью. Ни один изверг не мог столь длительное время оставаться неподвижным, безгласным, бесшумным, а это значило, что все, кто находился на берегу реки, немного правее того места, откуда выходил волк, спали! И зверь медленно выскользнул на луговую траву, под призрачный оранжевый свет своей звезды. Его лапы уверенно и бесшумно опускались в некошеную траву, а чуткий нос был повернут в сторону вражеского лагеря. Однако когда до берега реки оставалось не более двух десятков метров, зверь, словно что-то услышав, вдруг остановился и припал к земле, стараясь слиться с травой, превратиться в одну из неприметных кочек, разбросанных по лугу. И сделал он это вовремя – на обрезе берега, там, где заканчивался луг и начинался песок, появились две тени. Они выросли, словно из-под земли, встали сгустками темноты на фоне сереющего неба и замерли в неподвижности.

Пару минут над прибрежным лугом висела совершенная тишина, а затем раздался едва слышный, немного хрипловатый со сна голос одного из извергов:

– Говорю ж, почудилось тебе…

– Тогда уж не почудилось, а примнилось!.. – Ответил ему острый, чуть осипший шепот. – Да только вряд ли, – тут же добавил он, – я этих перевертышей нутром чую!

Послышался тонкий, змеиный шорох, и кисловатый запах светлого клинка ударил волку в ноздри, заставив подняться шерсть на его загривке.

– Вот чем надо их встречать… – сипло зашептал второй изверг.

– Кого – их?.. – Недовольно переспросил первый, чуть повышая голос. Хрипотца из него исчезла, он окреп, видимо, его владелец окончательно проснулся. – Видишь же, пусто вокруг!..

– Пусто?.. – Переспросил шепот. – Прячется тварь где-то рядом!..

Изверги помолчали, вновь оглядывая луг, а затем первый изверг уже спокойнее проговорил:

– Знаешь что, Семен, давай-ка я тебя подменю! Устал ты слишком, чтобы дозор править, отдохни, а я посторожу остаток ночи. А то утром ты не сможешь дальше идти!

– Смогу, не бойся!.. – Упрямо возразил шепот, но первый изверг не сдавался:

– И не спорь! Завтра тяжелый переход – до самого Края дотопать надо, да еще, может быть, и в бой сразу же идти, а ты не отдохнул совсем! Решено, я тебя меняю, мне и днем можно будет покемарить, а тебе отряд вести! Пошли к костру… Пошли…

Одна из теней медленно растворилась в ночи, а вторая еще немного помедлила, а затем последовала за первой.

Волк перевел дыхание, но даже не подумал пошевелиться. Несколько минут он продолжал неподвижно лежать, а затем медленно пополз в направлении реки, забирая левее. Вот, наконец, под его лапами тихо зашуршал песок, а в ноздри пахнуло близкой водой…

И в этот момент рядом с ним выросла высокая широкоплечая фигура, сжимавшая в правой руке светлый клинок!

Волк, словно подброшенный пружиной прыгнул назад и чуть влево. Изверг с хриплым рыком бросился за ним, но зверь тут же повторил свой прыжок, уже вправо. Изверг, поскользнувшись на траве, не успел развернуться достаточно быстро и снова зарычал, на этот раз от разочарования – казавшаяся такой близкой добыча уходила! Но волк и не думал бежать, его следующий прыжок был точно рассчитан, и когда изверг повернулся в сторону своего противника, тяжелое темно-серое тело рухнуло ему на грудь, вонзая клыки в незащищенное горло. Изверг захрипел и, уже умирая, успел взмахнуть клинком, но непослушная рука разжала пальцы, и оружие бессильно упало в траву, так и не коснувшись оборотня.

Однако предсмертный хрип разбудил лагерь, справа, от самого берега послышались заполошные крики и звон оружия. Волк бросился к обрезу воды, и в этот момент над его стелющимся в беге телом просвистела стрела, обдав беглеца кисловатым запахом смерти. В следующий момент зверь одним длинным прыжком достиг воды и… растворился в ней, словно брошенный песчаный ком. Только заполошная волна плеснула в берег нервной дрожью. А спустя пару секунд, к тому месту, где оборотень ушел под воду, подбежали двое извергов с луками в руках. На тетивах уже лежали длинные, тщательно оперенные стрелы, посверкивая серебряными наконечниками, но цель, для которой они предназначались, исчезла! Один из лучников плюнул в воду и выругался, а второй, посмотрев на своего товарища с насмешкой, проговорил:

– Ловкий перевертыш оказался!.. Автода загрыз и о нас ушел, да в самый омут ушел!!!

– А ты что, восхищаешься им?.. – Зло прохрипел первый лучник. – То-то я замечаю, стрелы твои частенько мимо цели летят!!

– Не тебе говорить! – С высокомерной насмешкой ответил второй. – Это ж ты только что в оборотня не попал! А ведь волчара-то совсем рядом был!.. Или ты это специально сделал?!

Первый лучник снова выругался, а затем, быстро развернувшись, направился в сторону шумевшего лагеря.

Второй лучник задумчиво посмотрел на темную, уже успокоившуюся воду и пробормотало себе под нос:

– Ловкий… зараза… Знать бы, куда это ты направляешься?!

Волк, оказавшись в глубине омута, неуклюже перекувырнулся через голову и… исчез. Вместо него в воде оказалось некое подобие рыбы, выглядевшее весьма несообразно – большая голова венчала коротенькое, резко суживающееся к хвосту тело, обтянутое странное, морщинистой кожей. Чешуя покрывала только хвостовую часть этого тела, на месте спинного плавника торчал какой-то корявый костяной гребень, а боковые плавники заменялись кожистыми складками, мало помогавшими в плавании. И, тем не менее, этот уродец, извиваясь всем своим толстым телом, смог выплыть из омута в коренное русло реки и двинулся по течению, быстро удаляясь от растревоженного лагеря извергов. Река несла его сама, так что он перестал шевелиться, и стал похож на какой-то отброс, ошметок порванной плоти.