Шрифт:
Эстетика духа.
Пассаж.
Р.С.
Ветер. Планетный ветер.
Вихрь золотых цикад.
Нет, не на этом свете
Рай существует и Ад.
Только лишь ветер-агностик
Кружит на круги своя.
На перекинутый мостик
Тень не легла твоя.
Словно бы в вечном покое
Миловать – освобождать,
Веется что-то земное –
Веры твоей благодать.
Метелица.
Все дороги замело, в окне метелица
И сегодня у меня твоя соперница,
Завьюжила, закружила и заохала,
Прибежала, и кастрюлями загрохала.
Ах, метелица, метелица, метелица,
По лесам, полям, болотам мягко стелется,
Одевает в платье белое дубравушки
И снежком кидает для игры – забавушки.
За окном моим метет бела метелица
И в любовь так хорошо под небом верится.
Обнимаю горячо свою любимушку
И не знаю, почему, люблю я зимушку!
День рождение Нового года.
Снегом белым пурга заметает поля,
Снегом белым засыпало мир.
И последний денёк отрывает листок,
В день рождения устроил он пир.
Новый год, Новый год,
С днём рожденье тебя,
Новый год, Новый год,
Новый год!
Дед Мороз старичок и под ручку внучок –
Это Нового года семья,
И Снегурочку к нам занесло по делам,
И собрались на ужин друзья.
Я сегодня тебе напою о судьбе,
С годом Новым тебя я открыл,
Радость сердца пою, потому что люблю,
Что в душе я тебе подарил.
Новый год, Новый год,
С днём рожденье тебя,
Новый год, Новый год,
Новый год!
Рисунок
Свет вечерней звезды.
Народившийся месяц –
Эльфа серпик. Звезда.
Крылья стареньких мельниц
Родового гнезда.
То скрипят под напором,
То ревниво молчат.
Мать моя под забором
Не увидит внучат.
Так же всё, как и прежде –
Освященье воды –
Ключ к любви и надежде,
Свет вечерней звезды.
Цветочник.
Цветы полевые, цветы полевые,
Их кистью художник поставил в букет.
И вот они клонятся, точно живые,
А в поле их встретишь: Привет, да привет.
Зимы холода, да январские снеги
Собрали девчонок в домашний уют.
А им бы текучие летние реки,
И им бы по маю от молний салют!
Цветочник скучает под зимнюю вьюгу,
Да слушает песню цветов полевых.
А сердце откроет лишь старому другу,
О том, что не знает букетов других.
Цветы полевые, цветы полевые,
Их жизнь бесконечна, как жизнь по любви,
И только цветочнику будут иные,
И летом из поля его не зови!
***
В печи гуляет жаркий пламень,
Цветы мороза на окне.
Сидит напротив пьяный парень
И изливает душу мне.
Живём, какие наши годы,
Как городские тополя.
Смотри: какие небосводы!
Смотри: как радостна земля!
Как в молоке земля купалась,
На улице белым-бело,
И струнка сердца завязалась,
И на душе моей светло.
А он мне наливает стопку,
И говорит: «Познай себя!»
И я стихи кидаю в топку,
О том нисколько не скорбя.
И лишь наутро, протрезвея,
Слеза катилась по лицу,
Я вспоминал, благоговея,
За строчкой строчку,
Жизнь мою.
Осока, змея и лягушка.
Зима и зимние снега,
А у меня, не зная срока,
В пустой квартире из окна
Шумит зелёная осока.
Уж выпал снег, и ветер стих,
И ждёт полуденного солнца,
А в строчке новой под триптих
Змея свивает свои кольца.
И день такой, и год такой,
И сны мои хранит подушка,
И провожая на покой,
Сквозь сон заквакала лягушка.
Пироги с брусникой.
В какой-то глухой деревне,
Где печь раскалив докрасна,
В угли превратились поленья,
Замешивал тесто кума.
Начинкой лесная брусника,
И тесто уже поднялось,
Вдохнув аромат земляники,
Судьбою моей занялось.
Кума по старинным рецептам
Добавил немного медка,
И важничал, будто бы с лета
Подвыпил немного хмелька.
– Закваска Небесного Царства, –
Сказал мне на ухо кума, -
– Превыше любого богатства,
И в сердце хранится она.
Когда, наконец, загорелась
Под небом вечерним звезда,
Кума, ой, кума, как хотелось
Поесть твоего пирога!
Хранитель.