Универсальное оружие

– Хм-м... Чего-то я сомневаюсь...

Гийом Уллокрафт, ректор Высшей Школы Магии Шантони [1] , повертел в пальцах костяную фигурку пузатенького вамаясьца с зонтиком над головой и рыбешкой в кулаке, и с разочарованным видом поставил ее на стол. Глаза его при этом спрятались под опущенными ресницами, успев всё же предательски блеснуть.

Анимужичок - зонтик за спиной и рыбка подросла от забот Уллокрафта :)

– Не думается мне, Жюльен, что это - настоящий Нибируки Вруки, - грустно покачал он головой.
– Чистота линий оставляет желать лучшего. Улыбка кривая какая-то. Не по канону. Проработка деталей - откровенно паршивая. Посмотри на третью от бокового плавника чешуйку рыбы - годовых колец не видно вовсе, а на четвертой и пятой - едва-едва! Не-е-е-е... Не Нибируки это. Только не Нибируки. В лучшем случае - кто-то из его учеников. Жаль, что тебя обманули... Но по-дружески, чтобы компенсировать тебе хоть немного убытка... сколько ты, говоришь, за нее отдал?
– я возьму у тебя этого болванчика - исключительно из-за зонтика, с зонтиками у меня еще не было - за...

– Нибируки это настоящий, и не пытайся, старый лис, заморочить мне голову!
– сердито прервал его Жюльен Броше, сгребая со стола насупившуюся под критикой фигурку.
– Будто я какого-нибудь Ковыряки или Ломомото от Нибируки не отличу! Да анинэцкэ собирал еще мой дед, если ты позабыл! А они с Нибируки знакомы были!

– А я в детстве играл с мастером Мерсье на одной улице, но отличить его булочки от булочек его учеников не в состоянии!
– не удержался от ехидства Уллокрафт.

– Это доказывает лишний раз, что у тебя нет никакого вкуса!
– не остался в долгу Броше.

– Ах, так?!
– оскорбленно прищурился ректор.

– Да, так!
– воинственно выпятил нижнюю губу хозяин лавки магических товаров.

– Значит, не продашь?

– Даже за три цены! За четыре! За пять!!!

– А за семь?
– как бы между прочим уточнил старший маг ВыШиМыШи.

– И за десять!
– гордо вскинул голову мэтр Броше.
– Настоящий Нибируки не продается!

– А зачем тогда надо было мне его показывать?!
– горестно взвыл Уллокрафт.
– Ты же знал!!!..

– Именно потому, что знал, - ухмыльнулся маг с чувством превосходства высотой с Шоколадную гору.
– Вспоминай теперь, как ты шесть лет назад помахал перед моим носом девушкой с веслом!

– Но это был всего лишь Поясницу Ломомото!

– Но это была девушка с веслом!

– Да какая разница - с веслом, с мачтой или с куском фальшборта?! Причем тут это?! И зачем тебе толстяк? Ты ведь коллекционируешь только фигурки женщин!

– Вот-вот, - многозначительно закивал хозяин лавки.
– Их. Женщин. Фигурки. Коллекционирую.

– Ну хочешь, я тебе поменяю на него свою девушку с веслом?
– как утопающий за лунный свет, ухватился за призрачную возможность ректор.
– С доплатой!

– Поздно. Купил такую же в прошлом году. Ладно, старик. Забыли. Толстяк с зонтиком мой, а девушка - твоя, и весло тоже, в качестве бонуса, - самодовольно усмехаясь, мэтр Броше похлопал друга по плечу свободной рукой и поставил фигурку на середину стола, любуясь.

Вамаясец перехватил рыбу в правую руку, зонтик - в левую, и засиял в ответ, как восходящее солнышко. Ректор скрипнул зубами.

– Давай лучше выпьем чего-нибудь горячительного. Для успокоения, так сказать. На троих, - миролюбиво, как сытый крокодил, проговорил хозяин лавки.

– Ну уж нет!
– яростно дернул плечом Уллокрафт.
– Я с тобой буду пить, только обмывая приобретение этого типа с зонтом!

– Ну что ж, никогда так никогда, - улыбаясь под стать своей анинэцкэ, кивнул Броше.

– Ах, так?!.. Ну ты еще об этом пожалеешь!
– прорычал сквозь зубы Уллокрафт и метнулся к выходу. Жалобно брякнул колокольчик, отваливаясь, грохнула тяжелая дверь, шаги разъяренного друга детства загрохотали под окнами и стихли за поворотом.

– А вот не надо было дразнить меня той девчонкой!
– задиристо выкрикнул ему вслед Жюльен, шлепнув пухлой ладонью по столешнице так, что толстяк испуганно подпрыгнул и даже на секунду перестал улыбаться.
– Фанфарон!

– Вы меня звали?
– из подсобки в глубине лавки выглянула растрепанная голова Фарона - его ученика.

– Не звал, но... Колокольчик, вон, на место повесь.

Парень молча кинулся исполнять порученное: 'Неразворотливый ученик - чужой ученик', - с намеком любил приговаривать мэтр Броше.

– Пожалею...
– дивясь нелепости предположения, что старина Гийом мог как-то заставить его, уважаемого владельца самой большой лавки магических товаров в этой части города, пожалеть о чем-то, Жюльен хмыкнул и аккуратно поставил фигурку под хрустальный колпак среди сотни таких же - только женских - в шкаф со стеклянной витриной.
– Совсем выжил из ума старый пень.

Худощавый светловолосый юноша с таким же тощим мешком подмышкой остановился перед вывеской.

'Овощ... овощи... овоще... ствленная... магия... магистра... Броше', - прочитал он и нерешительно потянул ручку двери. Звякнул над головой колокольчик, и полумрак таинственной лавки, пропитанный странными тревожными запахами, принял его в свои объятья.

Прямо перед его носом с низкого потолка свисало чучело [2] какого-то небольшого, но крайне неприятного зверя. Все его восемь ног больше всего напоминали руки с нестриженными ногтями, из ноздрей курился дымок, а глаза из-под опущенных мохнатых век плотоядно сверлили вошедшего. Точно такое же чудище, только размером с теленка, покачивалось на шнурах чуть поодаль. Слева и справа, на полках, подставках, этажерках и в шкафах, расположились бесчисленные вещи и вещицы, назначение которых было то понятно с первого взгляда, то непонятно вообще, что в мире магии не говорило ровным счетом ни о чем. Трости и костыли беспорядочно соседствовали там с изысканным фарфором, кружевные и костяные веера - с фолиантами на грани дефолиации, морские раковины - с раковинами ушными самых разных существ, чугунные, аляповато раскрашенные бабочки - с не менее пестрыми корзинами, серебряные статуэтки - с медными тазами без дна, одежда и обувь всех размеров и фасонов - с поеденными молью сухофруктами и муляжами жареных кур, мячи - с мечами... И на всем этом причудливом изобилии лежал тонкий слой то ли пепла, то ли пыли, что наводило бы на мысли о лавке не волшебника, а ленивого старьевщика... если бы не замысловатый агрегат на подставке в глубине зала. Нечто ядовито-зеленое, пузыристое, с тихим бульканьем и шипением перетекало из колбы в колбу по невообразимому, как траектория полета пьяной мухи, и такому же бесконечному маршруту из трубочек.