Чтение онлайн

— Ой, Таня, да в нашей практике и не такое бывало! А то ты сама не знаешь, что на свете всяких идиотов хватает. А этот как раз не идиот. Может, он СПИДом боялся заразиться.

Короче, наши мнения кардинально разошлись. Я не могла поверить в то, что преступник в столь критический момент смог воспользоваться презервативом.

— Сан Саныч, вы, конечно, можете не прислушаться к моему мнению, но запросите УВД Центрального района. Там тоже встречались случаи шантажа. Не далее как вчера я беседовала с одной мамашкой. Она тоже получила такое письмо. А потом на ее дочь был совершен наезд. И водитель скрылся. А вы о почерке преступления мне прописные истины втолковываете! А старушку он замочил скорее всего по той причине, что она могла его каким-то образом вычислить. И вообще я лишь в одном пока вижу почерк.

— В чем же, если не секрет?

— В том, что в письмах запрашиваются очень маленькие суммы. Вот это интересно: идти на огромный риск из-за грошей. Думаю, что наш шантажист и убийца в одном лице не в себе. Что-то не в порядке у него с головой. Или же он самоутверждается таким образом. К примеру, малолетка какой-нибудь.

— Если ты о Кукушкине, то напрасно. Экспертиза не ошибается.

Дело в том, что после смерти Гавриловой был задержан некто Кукушкин. Танина мать утверждала, что девочка ушла вечером гулять именно с ним. А потом, после смерти Тани, на лице пацана были глубокие царапины.

Но экспертизой установлено, что образцы частичек кожи, извлеченных из-под ногтей убитой, не идентичны образцам частичек кожи, взятых на экспертизу у Кукушкина. А сам Кукушкин на допросе заявил, что не видел девочку в тот злополучный вечер. А поцарапала его соседская кошка.

Данный факт был проверен. Мальчишка был ни при чем.

Словом, я выудила из полковника Григорьева твердое обещание не трогать Турищева хотя бы до похорон тещи. Хорошо, конечно, что хоть до похорон Гусевой у меня будет время на поиски гада, а уж потом увольте, как он сказал, Татьяна Александровна. Потом все. Потом мой старый и вновь обретенный приятель Игорек загремит под фанфары.

Значит, вывод напрашивается сам собой: я должна срочно выйти на след преступника. И как можно быстрее его обезвредить. И желательно до похорон, как я уже изволила сказать, Елизаветы Ивановны. А значит, мне, бедненькому зайчику, ночь не спать, свои драгоценные клеточки серого вещества загружать до предела и думать, думать, думать… А еще носиться по городу и спрашивать, спрашивать. Ой как иногда это грустно. Особенно в те моменты, когда фортуна зловредная ну никак не хочет лицом поворачиваться, а все норовит лягнуть побольнее задней конечностью. Именно так в данном случае подлая фортуна себя и вела.

Скорее всего, такие серые и скучные мысли пришли мне в голову по той причине, что ас сыскной работы, полковник Григорьев, со мной кардинально не согласен. Обычно он в диком восторге от моей деятельности, а сегодня по кочкам разнес.

Хотя, Танька, нечего хандрить. Ты ведь и сама не уверена на сто пятьдесят процентов, что старушку не замочил ее зять, что все эти странные дела и события абсолютно точно связаны между собой. Полагаться же на интуицию стоит не всегда. Ведь не в средневековье, в конце концов, живем, и на ведьм у нас, слава богу, не охотятся.

Вот этим мы себя, родную, немного приунывшую, и утешим. Если мы не можем изменить обстоятельства, то изменить отношение к ним всегда в наших силах. Правда, косточки? И я вытряхнула из изрядно потрепанного замшевого мешочка на пассажирское сиденье свои магические двенадцатигранники. Уже, наверное, в тысячу первый раз за сегодняшний день.

2+18+27 — «Если вас ничто не тревожит, готовьтесь к скорым волнениям».

Вот спасибо, милые вы мои. Поддержали морально, называется. И главное, вовремя. Я убрала косточки в бардачок, выкурила сигарету и снова отправилась к Гавриловым.

На сей раз Вера Петровна открыла дверь сама. Эта худенькая невысокого роста женщина с гладко зачесанными назад длинными волосами и печальными серыми глазами внимательно изучала меня.

— Я по поводу вашей дочери Тани. Разрешите войти?

— Пожалуйста, — она посторонилась, пропуская меня в квартиру. Потом выглянула на площадку, осмотрелась и, наконец, закрыла дверь. — Вы из милиции? — поинтересовалась Вера Петровна, дожидаясь, пока я сниму туфли. — Сюда, в гостиную проходите. Могу предложить вам чаю, если хотите.

От чая я отказалась, сколько ж можно воду хлебать?

Я решила не темнить и рассказать правду о своей миссии.

— Вообще-то я частный детектив. Могу показать лицензию.

То, что ее дочерью заинтересовался частный детектив, поначалу нисколько не обрадовало женщину. Разумеется, ведь далеко не все частные детективы внушают доверие мирным обывателям Тарасова. Но когда она увидела мою лицензию, то ее недоверие развеялось в пух и прах.

Оказывается, Вера Петровна тоже была наслышана о частном детективе Ивановой.

— А мне советовали обратиться к вам, Татьяна Александровна. Но говорят, вы очень дорого берете за услуги, а в тот момент у меня не было денег. Сами понимаете: похороны и все такое. Да еще вымогателю пришлось заплатить. Если б я знала, что все так ужасно кончится, — всхлипнула она и вытерла повлажневшие разом глаза тыльной стороной ладони. — А от милиции толку мало. Я уж не верю, что убийца Тани будет когда-нибудь найден, ведь прошло уже довольно много времени. Если по горячим следам не нашли, то теперь и вовсе…

Женщина выдвинула ящик стенки, достала чистое полотенце и промокнула им глаза.

— Танечку теперь, конечно, не вернешь. Но я была бы хоть немного морально удовлетворена, если бы нашелся этот подлый насильник и убийца, который, выудив деньги, все-таки совершил свое черное дело.

— Я постараюсь вам помочь. А вы расскажите поподробнее, как все произошло. Что было до убийства, с кем обычно, кроме Наташи Сверчковой и Леши Кукушкина, общалась ваша дочь. Про Лешу Кукушкина кое-что я уже знаю, видела дело в милиции. Как выяснилось, мальчик ни при чем.