Чтение онлайн

Под напором национально-освободительного движения английские колонизаторы были вынуждены постепенно отступать. В 1922 г. Египту была формально предоставлена независимость и он был провозглашен конституционной монархией. Однако, сдавая позиции, англичане всеми силами цеплялись за Суэцкий канал. 26 августа 1936 г. был подписан англо-египетский договор, согласно которому Египет обязывался предоставить Англии право оставить в зоне Суэцкого канала десятитысячную армию до тех пор, пока египетские вооруженные силы не смогут сами обеспечить безопасность канала; над зоной Суэцкого канала были разрешены полеты английских самолетов; английские офицеры формально отзывались из египетской армии, но создавалась английская военная миссия для обучения египетских военных.

Борьба за отмену договора 1936 г. стала стержневым моментом в национально-освободительной борьбе египетского народа после второй мировой войны. В зоне Суэцкого канала развернулось массовое партизанское движение, в котором приняли участие рабочие, крестьяне, учащаяся молодежь.

Однако Англия упорно отказывалась удовлетворить законные требования египетских патриотов. Да это и неудивительно. Суэцкий канал, как сказал премьер-министр Великобритании Дж. Макдональд, превратился в «основу, на которой строилась стратегия и оборона Британской империи». Даже на географические ориентиры английские колонизаторы смотрели сквозь призму своих имперских интересов: для них не существовало просто востока и запада, были лишь британские владения к востоку или к западу от Суэца. Лишь в результате египетской революции 1952 г. и вновь вспыхнувшей партизанской борьбы в зоне канала Англия была вынуждена подписать соглашение 1954 г. о зоне Суэцкого канала, которое предусматривало прекращение действия договора 1936 г. и вывод английских войск из Египта.

19 июля 1956 г. государственный секретарь США Дж. Ф. Даллес заявил египетскому послу в Вашингтоне Ахмеду Хусейну, что Соединенные Штаты пересмотрели данное ими ранее обещание финансировать строительство Асуанской плотины. Во врученной египетскому послу по этому поводу памятной записке высказывалось сомнение в способности египетской экономики осилить столь сложный и капиталоемкий проект. На те же аргументы сослались и представители Международного банка реконструкции и развития и правительство Великобритании, также отказавшиеся от взятых ими на себя обязательств по оказанию содействия Египту в строительстве Асуанской плотины. Однако в Каире понимали, что подлинные причины крылись не в сфере экономики. Это была политическая акция.

Насер узнал об ответе Даллеса по возвращении в Каир из Югославии, где на о-ве Бриони, в летней резиденции президента Тито, состоялась встреча трех видных деятелей созданного в 1955 г. в Бандунге движения неприсоединения: Насера, Неру и Тито. Выбор Даллесом времени недвусмысленно свидетельствовал о том, что оскорбительный шаг со стороны Соединенных Штатов был адресован не одному Египту, а всем тем развивающимся странам, которые осмелились избрать путь независимости.

Однако американский государственный секретарь явно забыл, в каком мире он живет. У Египта было к кому обратиться за помощью. В ответ на просьбу египетского правительства Советский Союз выразил готовность предоставить ему необходимую финансовую и техникоэкономическую помощь для сооружения Асуанской плотины. Тем самым всему миру были продемонстрированы широкие возможности упрочения политической и экономической независимости, которые открывает молодым освободившимся государствам их сотрудничество с мировой системой социализма.

Обращение Насера к Советскому Союзу уже само по себе было достойным ответом США. Однако Насер не был бы Насером, если бы остановился только на этом. Уже 21 июля, через два дня после демарша Даллеса, египетский президент отдал приказ о подготовке операции по полному и окончательному восстановлению египетского суверенитета над Суэцким каналом. Она проходила в обстановке полной секретности. В курсе планов Насера был только директор Египетской нефтяной компании Махмуд Юнис, бывший офицер инженерных войск египетской армии, человек смелый и решительный. По приказу Насера он создал несколько боевых групп, в состав которых входили солдаты, инженеры и представители египетской администрации Суэцкого капала. Они были приведены в состояние готовности по получении приказа захватить штаб-квартиру Всеобщей морской компании Суэцкого канала в Исмаилии, а также резиденций компании в Порт-Саиде и Порт-Тауфике. На случай необходимости были подготовлены и войсковые соединения. Условным сигналом, по которому этим группам надлежало начать действовать, было упоминание Фердинанда де Лессепса в речи Насера, намеченной на вечер 26 июля в Александрии. Все руководители боевых групп получили запечатанные конверты с точными инструкциями; конверты должны были быть вскрыты по условному сигналу Насера.

В 19 часов 40 минут Насер начал свою речь с балкона здания на площади Тахрир в Александрии, где собралось около 250 тыс. человек. Как только Насер упомянул имя Лессепса, боевые группы Махмуда Юниса приступили к действиям. Прочитав декрет о национализации Всеобщей морской компании Суэцкого канала, Насер сказал: «В этот момент ваши братья, сыновья Египта, берут в свои руки египетскую Компанию Суэцкого канала и начинают руководить ею. Мы приняли это решение для того, чтобы защитить наше национальное достоинство и честь».

Удар, нанесенный Насером по интересам империализма, был хорошо рассчитан. Даже на Западе многие признавали, что с юридической точки зрения акт национализации Всеобщей морской компании Суэцкого канала был абсолютно правомерным.

Хемфри Тревельян, видный английский дипломат, занимавший в этот период пост посла Великобритании в Каире, в своих воспоминаниях также признает, что решение Насера о национализации Всеобщей морской компании Суэцкого канала было вполне законным.

В своих депешах в Лондон Тревельян рекомендовал осторожно подходить к начинавшемуся кризису. В этом его точка зрения совпала с настроениями значительной части английской общественности. Уже 13 августа так называемый «теневой кабинет» лейбористов решил, что национализация Суэцкого канала не дает основания для применения силы в отношении Египта. Однако находившееся у власти правительство консерваторов во главе с Иденом не прислушалось к голосу здравого смысла.

Правительство Идена выступило в качестве зачинщика и организатора империалистической агрессии против Египта. Британские консерваторы не без основания опасались, что национализация Суэцкого канала ускорит начавшийся после второй мировой войны процесс распада английской колониальной империи. Одна мысль о том, что Великобритания может утратить контроль над важнейшей имперской коммуникацией, лишала их способности трезво оценить ситуацию, толкала на безрассудные, истеричные действия.

Кроме того, здесь были замешаны деньги, и немалые. Правящие круги Великобритании с давних пор были тесно связаны с нефтяными монополиями, банками, страховыми компаниями, действовавшими на Ближнем Востоке.

Антиегипетская политика Великобритании нашла полную поддержку у правосоциалистического правительства Франции во главе с Ги Молле. Однако в правящих кругах Англии и Франции не было единодушия. Оппонентом Ги Молле был лидер группировки социалистов-радикалов Мендес Франс, выступавший, как и лидер английских лейбористов Гейтскел, за более сдержанную позицию в отношении Египта.

А как же реагировали на начинающийся Суэцкий кризис Соединенные Штаты, сами, образно выражаясь, выпустившие джинна из бутылки?

Линия поведения США в этот чреватый опасностью для всеобщего мира период не отличалась последовательностью. С одной стороны, интересы крупного американского капитала, активизировавшего в послевоенный период свое проникновение в египетскую экономику, требовали вытеснения английских и французских конкурентов, с другой — Соединенные Штаты были заинтересованы в сохранении контроля Запада над Суэцким каналом. Ведь уже в первые послевоенные годы объем американских транзитных перевозок через Суэцкий канал возрос в 20 раз по сравнению с довоенными.