Чтение онлайн

Для того чтобы понять такой сложный феномен, как удовольствие, мы приглашаем вас заглянуть в прекрасные сады эпикурейской школы.

Здесь средь фиников и пальм, в тени невесомых беседок расположились ученики, приехавшие в школу со всех уголков Древней Греции.

В центре сам учитель, сын воина, рожденный на Самосее, почтенный гражданин Афин философ Эпикур. Он говорит, что удовольствие – это высшее благо, но почему-то хмурится, как будто предчувствует, что его слова извратят потомки. Хотя нет, это просто Солнце слепит, философ прячет глаза в тени и продолжает лекцию с улыбкой на устах.

Идет 307 год до нашей эры, Эпикуру не так давно исполнилось 35, и его мечта наконец-то сбылась – он открыл свою школу.

Сегодня он нашел время, чтобы доделать и повесить на ворота в школу большую вывеску с надписью: «Странник, тебе будет здесь хорошо: здесь удовольствие – высшее благо».

Вышло очень прилично, никто и не догадается, что она сделана руками философа, а не профессионального плотника.

К сожалению, скрытые таланты – не единственное, о чем не смогли догадаться потомки. Истинная суть учения философа осталась также для многих непонятой. Пуританские критики извратили ее, узрев в добропорядочном греке похотливого развратника, предававшегося культу наслаждений. Эпикура причислили к гедонистам, приравняв слово «эпикуреец» к «скотинушке», погрязшей в разврате и потакании своим низменным потребностям.

Эпиктет, проповедавший идеи стоицизма, обращался к Эпикуру: «Вот жизнь, которую ты сам объявляешь стоящей: есть, пить, спариваться, испражняться и храпеть» [3] .

Что понимал Эпикур под удовольствием? Для Эпикура удовольствие – это высшее благо, добро. Каждый человек стремится избегать страданий и искать удовольствия. «Поэтому мы и объявляем наслаждение началом и целью блаженной жизни» [4] , – говорил он. По мнению Эпикура, все благое приносит удовольствие, но не все, что приносит удовольствие, есть благое.

Величайшим благом Эпикур считал благоразумие, а главным в удовольствиях – умеренность. Наивысшей же формой блаженства, по Эпикуру, было состояние душевного покоя, невозмутимости – атараксия. Духовное наслаждение, считал Эпикур, заключается в невозмутимом покое мудреца, в чувстве внутреннего достоинства и возвышении над ударами судьбы: «Лучше быть несчастным с разумом, чем счастливым без разума». «Живи незаметно и воздерживайся от излишеств» – вот к чему призывал Эпикур. Он говорил: «Я ликую от радости телесной, питаясь хлебом с водою, я плюю на дорогие удовольствия, – не за них самих, но за неприятные последствия их».

Становится понятно, почему Эпикур не смог вынести необоснованного извращения своих идей и покончил жизнь самоубийством. Хотя, по другой версии, он умер от болезни почек, однако все же неверная трактовка его учения принесла ему не мало неприятностей.

Подобной несправедливости подвергались, к сожалению, многие мудрецы, образ жизни которых, как известно, отличался от жизни «рядового человека».

Из 300 до нас дошли всего три письма Эпикура: Геродоту, Пифоклу и Менекею. Всего три письма, но имя Эпикура звучит сквозь тысячелетия, и до сих пор невозможно начать разговор об удовольствии, не упомянув об этом философе.

Во II веке до нашей эры во время Ламийской войны афинский полководец Леосфен направил войска на взятие македонского города Ламии.

Захватчик планировал взять крепость штурмом за одну ночь. На его стороне было многократное численное превосходство. Но, несмотря на всю мощь, Леосфен раз за разом терпел неудачу. Тогда ему ничего не оставалось, как осадить крепость, лишив македонцев провизии, и дожидаться, пока те сдадутся сами. Леосфен был раздосадован, ведь он предвкушал войти в историю как доблестный завоеватель, сломивший оборону противника штурмом. В осаде же мало чести.

Во время осады полководец предложил македонцам сдаться и позвал их представителя на переговоры, после которых, к всеобщему удивлению, произошло обратное – осада была снята.

Что же произошло на встрече и как неизвестный солдат, защитник крепости, смог сломить захватнический дух бывалого воина?

Когда Леосфен предложил македонцу капитулировать, тот, не произнеся ни слова, поднес руку к факелу. Комнату заполнил запах жженного мяса. Македонец не убирал руку. Леосфен, не в силах смотреть на происходящее, отвел глаза.

Македонец же убрал руку только тогда, когда его кисть сгорела. Все поняли, что взять осадой крепость, защищаемую такими воинами, просто невозможно.

Так появилось выражение «стоически выдержал».

Эпикурейцы и стоики жили и творили практически в одно и то же время. Зенон, основатель стоицизма, был финикийцем. Он родился в Китиуме на Кипре во второй половине IV века до нашей эры. Стоики отвергали не только удовольствие и наслаждения, но и многие другие потребности, считая высшим и практически единственным благом добродетель. Если человек подвержен лишениям, то это даже хорошо, считали они, так как они служат его проверкой на стойкость в отношении добродетели, которая является для стоиков высшей целью. Стоики осуждают всякие страсти, призывая к безразличию и спокойствию духа.

Добродетель, говорят они, – это воля, находящаяся в согласии с природой.

Дурные люди, по мнению стоиков, даже если и подчиняются законам природы и Бога, делают это насильственно, как собака, привязанная к тележке, вынуждена идти туда, куда едет телега.

Одним из самых известных стоиков был Хрисипп (280–207 гг. до н. э.), утверждавший, что хороший человек всегда счастлив, а плохой несчастлив, и счастье хорошего человека ничем не отличается от счастья Бога. Известно, что стоики были весьма неприхотливыми в быту и обходились минимумом. Плащ служил им и палаткой, и матрасом, и одеянием.

Апогея стоическое учение достигло в работах римских философов Сенеки, Эпиктета и Марка Аврелия. Сенека (3 г. до н. э. – 65 г. н. э.), будучи по происхождению испанцем, родился и жил в Риме. Его отец был образованным человеком. Учеником Сенеки был император Нерон, и в этом, как остроумно подчеркнул британский философ Бертран Рассел, ему повезло меньше, чем Аристотелю. Хотя Сенека презирал богатство, он жил в роскоши. Впав в немилость к императору Нерону, философ был обвинен в заговоре и осужден на смерть. Принимая во внимание его заслуги, ему великодушно разрешили покончить жизнь самоубийством.