Укушенная
Шрифт:
Впившись зубами в плоть, мой рот наполнился теплой сладковато-горькой кровью. Перед глазами промелькнула вся её жизнь от рождения до смерти. Я знал, с чего всё началось, и чем закончился её земной путь.
Оторвавшись от шеи, достал из кармана брюк нож и разрезал себе запястье. Из раны заструилась тёмная, густая, словно мёд, кровь. Приложив запястье к ране на шее, прошептал ей на ухо.
— Отныне мы связаны с тобой. Ничто не сможет разорвать связь нашей крови. Я твой хозяин и у тебя нет иного пути.
Пока не затянулась рана, приложил её к губам девушки. Сем больших капель упали ей на губы, скользнув в рот. Запечатав на её губах поцелуй и уложив, выбрался на поверхность. С рассветом в её теле начнутся изменения, и продолжаться до сумерек. Тогда решиться, кем она стала. Посмотрев на надгробие, я, опустившись на колени, произнёс:
— Прости милая.
Загребая землю в дыру, я торопился. До восхода оставалось совсем чуть-чуть. Дождь немного поутих, но тяжёлые тучи предвещали ещё. Поставив плиту на место, сделал все так, как было, поднялся на ноги. Весь испачканный в крови и грязи, чувствуя себя разбитым, устремился прочь. Завтра я встречу ее, какой бы она не стала.
Глава 8
«Новая жизнь»
Пора просыпаться!
Мне ужасно хотелось крикнуть Софи, чтобы она заткнула рот моему будильнику, так как я не могла и рукой пошевелить. Такое чувство, что сверху на тебе лежит тонна плит. В голове продолжало настырно звенеть. Куда все подевались? Разве никто не слышит этот ужасный звон?
Попытавшись вдохнуть, мне в рот и нос набилось что-то мокрое и скверно пахнущее. Ужасная догадка нагнала меня, как брошенный камень в спину. Я хотела резко спохватиться, сбросить с себя всё то, что лежало на мне. Этого я не могла сделать, меня охватила паника. Открыв глаза, так и не смогла ничего толком рассмотреть. Разумеется, кроме кромешной темноты.
Куда на этот раз меня запихнули? В прошлые разы, я просыпалась закрытая в кладовке в обнимку со щетками и вёдрами. Весь университет насмехался надо мной ещё целый месяц.
Пошевелив с трудом рукой, почувствовала только землю. Мне стало по-настоящему страшно и жутко. Я старалась изгнать из головы плохие мысли. Мне плохо это удавалось. Чем больше я двигалась, тем больше в рот набивалась земля.
«Так Карла без паники!» — мысленно повторяла эти слова, как мантру.
Безрезультатно. Я страшно желала выбраться наружу, подальше из этого жуткого места.
Пошевелив сначала одной рукой, а затем второй, ногами… Радовало одно, — что всё при мне. Расстраивало только моё плачевное состояние — я не знала, где нахожусь, и что со мной происходит.
Не хотелось думать, что похоронена заживо. Всё подтверждало мои догадки. Тогда почему я живая и лежу с набитым землёй ртом? Самое странное то, что я не слышу собственного сердцебиения. Неужели я умерла?..
Нет, я не могла умереть. Из-за чего? Неужели меня убили? Такая мысль напугала. Главное — я догадывалась, кто мог так поступить. Вспомнилось красивое лицо Энди. Как только я подумала о нем, тело пронзила резкая боль внизу живота. В голове, словно взрывы и блики праздничных фейерверков, ко мне возвращались воспоминания, переходя от приятных, до ужасно болезненных.
Понимание того, что тебя убивают, скажу вам, не очень приятное ощущение. Ведь убивают знакомые люди, не маньяк-убийца с маской на лице. Самое ужасное — они продолжают жить, в то время, как ты уходишь в небытие. У них родятся дети, затем внуки. Никто так и не узнает, что где-то под землёй лежит мертвец, убитый руками их родителей…
Я не хотела умирать. Моё время в мире мёртвых ещё не наступило. Я хотела выйти замуж, родить здорового малыша. Состариться, и только затем покинуть этот бренный мир. С гордостью и без сожаления. Эти мысли вселили в меня силу, подталкивая к действию. Я могла лежать в земле вечно. Нет, я должна жить, коль мне дана такая возможность.
Сжав кулак, я выпрямила руку. Мне это удалось без лишних усилий. Оказалось, что меня хорошенько присыпали землёй. Как только в покрове образовалась дыра, на меня полилась вода. Холодная и колючая. Тело покалывало сотнями маленьких иголочек. Это доказывало, что не умерла, что живая…
Всё пространство вокруг меня наполнилось водой. Продолжать лежать здесь бессмысленно. Так и захлебнуться недолго.
Я села. Небольшие куски мокрой земли сползли с моей кожи. Макушкой головы я коснулась слоя земли, возвышавшегося надо мной. Мне стало страшно, стены давили на меня.
Протерев глаза, я огляделась вокруг. Кроме пугающей темноты вокруг ничего не было видно. Где здесь можно искать выход? Не понимаю.
В теле чувствовались изменения. Я отчетливо слышала, как с моего тела стекала вода. Может, я всё-таки умерла? Сейчас нахожусь в аду и должна расплатиться за содеянные грехи? Но если я и правда погибла, то почему я не чувствую себя мёртвой?
Вдохнув и выдохнув, я кое-как убедилась в том, что жива. Оставалось только найти выход. Проблема в том, что я не видела его. Нужно искать. Как то же я сюда попала? Не хотелось думать о самом худшем. Но приходилось.
Ощупав вокруг себя воду, смешанную с кусками земли, моя рука коснулась чего-то гладкого. И это что-то напоминало…
Не хотела даже предполагать, что это. И всё же я понимала, что моя рука касалась человеческого черепа.
Дико закричав, я отползла прочь от этой штуковины. Потеряв в детстве родителей, я не задумывалась над тем, что они могут превратиться в груду костей, лежащую под землёй. Кто-то возьмет и осквернит их память.
Заткнувшись, я мысленно досчитала до пяти. Немного успокоившись, мысленно попросила прощения за вторжение у того, кто лежал в этой могиле.
Отпустило. Я снова была готова приняться за поиски выхода. Моей кожи коснулся воздух. Сев прямо, я прислушалась. По правую сторону шел непрерывный поток воздуха. Беспрерывно капала вода.
Повернувшись на звук, я подползла ближе. Нет никаких сомнений — выход там. Только куда? Могла же случиться так, что я за пределами города.
Какая разница. Главное, что выберусь из этого кошмара. Я ужасно хотелось есть.
Выставив перед собой руки, я ощупала стенку. Моя рука коснулась пустого пространства, а пальцы лизнул прохладный ночной воздух. Почему-то я отчетливо осознавала, что наверху глубокая ночь. Улыбнувшись, подползла ближе, пытаясь нащупать, насколько велик размер отверстия, чтобы убедиться, смогу ли я проскользнуть в неё.