Чтение онлайн

— Я - Минцевич Агния, хозяйка. Будьте добры, пропустите!

— Пропуск, — как-то неуверенно говорит один охранник.

Второй пораженно смотрит на меня, потом на него и молчит. Краем глаз вижу, что Антон снова собирается вмешаться, но вновь говорю первой:

— Если не пропустите, именно вы будете первым, кого я уволю, когда займу кресло директора!

И он открывает! Беспрекословно пропускает и меня, и Антона! Правда, уже подходя к лифту, я вижу, что охранник, возражавший мне, хватается за телефон. "Звони-звони! Давай, оповести своего хозяина, что я сюда пришла! Я вам сейчас тут всем устрою!" — воинственно думаю я.

В лифте снова теряюсь, пытаясь вспомнить, на каком этаже у мамы юристы, но потом вдруг понимаю, что это не я к ним, а они ко мне приходить должны! Мама бы никогда не растерялась! Мама бы знала, что и кому говорить! Уверенно жму на третий! Потом только поднимаю глаза на Антона, желая понять, почему он молчит и не комментирует происходящего. А Антон смеется! Глаза искрятся от радости, губы растянуты в ухмылке. Надо мной? Хмурюсь — у меня вообще-то судьба сейчас решается! И, в какой-то степени, у него тоже! А ему смешно! Обиженно отворачиваюсь к выходу, и в эту секунду он обнимает сзади, утыкается лицом в распущенные волосы:

— Притворялась девочкой-скромницей, а сама — тигрица! Ты и без меня их всех на флажки порвешь! — смеется, щекоча горячим дыханием мое ухо. И мой страх, и волнение куда-то тут же исчезают! Я вдруг задыхаюсь от восторга — он мною восхищается! Это слышно в голосе, это безумно приятно! — Давай, детка! Никого не бойся! Если что, я подстрахую!

Из лифта я выхожу первой. Антон чуть позади, словно он — мой телохранитель! А с такой охраной совсем ничего страшно не должно быть! Иду, гордо выпрямившись, так, как всегда ходила мама, так, чтобы он, идущий следом, и дальше восхищался мной! И хоть очень хочется рассмотреть проходящих мимо людей, не размениваюсь — я их все равно не знаю — смотрю строго вперед! Минуя кабинет дяди Юры, мы проходим к маминому. Перед дверью девушка-секретарь работает в компьютере. Сдвинув на нос очки в тонкой металлической оправе, она спрашивает:

— Вы что-то хотели?

А вот ее я помню! Видела пару раз, когда приходила сюда при жизни мамы!

— Ангелина?

— Да… — неуверенно. — Агния Стефановна?

— Да, это я. Я могу попасть в мамин кабинет?

— Да-а… можете. Но сначала мне, наверное, нужно у Юрия Анатольевича разрешение спросить?

— Нет, Ангелина! У Юрия Анатольевича ничего спрашивать не нужно. Там заперто? — она кивает. — Открывайте дверь немедленно! Потом позовите мне маминого юриста.

— Кого именно?

— Того, кто занимался составлением завещания.

И когда она, ошеломленная, явно неготовая к моему появлению, впускает нас в кабинет и собирается выйти, я, говорю вдогонку, замечая, с каким трудом сдерживает смех Антон:

— И Ангелина… Когда он придет, принесете нам кофе!

Но первым приходит дядя Юра! Я только и успеваю, что сесть в мамино кресло. Антон останавливается у окна и, сложив руки на груди, поворачивается ко входу. И вместо того, чтобы смотреть на то, в каком настроении мой отчим, вместо того, чтобы как-то просканировать обстановку, я, глупая, любуюсь Антоном! Его мощным тренированным телом… Его красивым лицом… Как же ему идет белая рубашка… И встречаю своего отчима без страха, без смущения — а чего мне бояться, если у меня есть вот такой мужчина?

— Агния! Девочка моя! Я так переживал, когда ты пропала! Как же так? Зачем? Где ты была? — не обращая внимания на Антона, он несется ко мне, делая вид, что безумно рад моему появлению.

— Стоя-ять! — раздается со стороны Антона. И от этого рыка мои волосы встают дыбом, а Юрий Анатольевич хватается за сердце и судорожно подтягивает к себе стоящий сбоку от стола стул.

— Кто это, Агния? — спрашивает он, косясь в сторону Антона, а мне почему-то думается, что Юрий Анатольевич отлично знает, кто это! Ведь навел уже справки — это очевидно! Но ведет себя так, как вел со мной всегда — словно я — дурочка, словно я — тупая курица, совершенно ничего не смыслящая в жизни!

— А это, Юрий Анатольевич, Антон Радулов — будущий муж твоей падчерицы. И… чтоб ты понимал. Близко к ней не подходишь, иначе я за себя не отвечаю, — Антон говорит таким тоном, что даже мне немного страшно!

— Будущий муж? Агния! Ты в своем уме? Ты хочешь, чтобы он получил мамину компанию?

— Я хочу, чтобы Я получила мамину компанию! — спокойно возражаю я.

— Не-ет, девочка моя! Всё не так просто, как тебе кажется… Выслушай меня. Только спокойно. Хорошо? Я опишу тебе ситуацию, а ты просто подумай, так ли это или я в чем-то ошибаюсь. Ты сама пришла в дом этого человека. Более того, твоя подруга Вероника "совершенно случайно" нашла объявление с предложением о работе. Так?

— Так. И что?

— Слушай дальше. Слушай! Но помни, что на кону мамин концерн! А это, на секундочку, 150 миллионов только необоротных активов. Слушай дальше. Тебе буквально с первых дней в доме Радулова стали оказывать знаки внимания. Так? Можешь не отвечать. Я сам знаю, что это так. Мой человек следил. Причем, они изначально не могли определиться, кто конкретно произведёт на тебя впечатление — Антон или Захар. Ты вот на этого повелась. Глупая, маленькая девочка! А теперь он делает вид, что развестись с женой долго и проблемно, и быстро это не получится. Но через неделю-две окажется, что неожиданно получилось. И ничего не мешает вам оформить отношения. И только потом, после свадьбы, ты, моя хорошая, вдруг узнаешь, что в мамином завещании есть одна маленькая, но существенная оговорка. Все имущество, движимое и недвижимое, оно, конечно, должно стать твоим, и никто на него претендовать не сможет… Но вот если ты выйдешь замуж до 25 лет, то все твое наследство достанется твоему мужу!

Антон

— Очень интересно. Особенно интересен тот факт, что ты сам, "дядя Юра", хотел жениться на своей падчерице. В свете рассказанного тобой, тоже так себе картина вырисовывается, — выплевываю я со злостью.

И мне очень хочется дать ему по морде. За то, что пытается так нелепо обмануть Агнию и очернить меня. Единственное, что останавливает — испуганный и сомневающийся взгляд моей девочки! Она сомневается! Она слушает его и верит ему! А я понять не могу, разве это возможно? Разве можно вот так наивно верить каждому слову? Нет, ну что за девчонка такая глупая!

— А я не скрывал и не скрываю сейчас, что мне дорого детище моей жены! Я и сам вложил сюда немало! И меня очень обидела Галина, когда все подписала дочери! Я согласен, начальный капитал для покупки первой фабрики концерна принадлежал Стефану Минцевичу, твоему, Агния, отцу! Ты имеешь все права! И пусть бы пополам поделила Галина! Конечно, требовать свою часть и растаскивать на части компанию я бы не стал, но имел бы все права быть здесь одним из хозяев. Это, по меньшей мере, было бы справедливо! Ты согласна со мной?