Чтение онлайн

Денис не возражал. Чем быстрее это кончится, тем лучше.

В джип кроме Артемьева уселись еще двое — зажали Дениса с двух сторон на заднем сиденье. Тоже профессионалы, усмехнулся про себя Денис, и эти обыскать не подумали. Было бы желание, расшвырял бы всех и ушел.

Привезли его к довольно обшарпанному длинному четырехэтажному зданию. На табличке у входа значилось, что это и есть областное управление внутренних дел. На вахте выдали пропуск и только тут попросили сдать оружие. Артемьев проводил Дениса на третий этаж, усадил на обитую дерматином скамейку рядом с кабинетом тридцать шестым и, пообещав, что сейчас его вызовут, удалился.

Прошло десять минут. Денис успел рассмотреть всю немногочисленную наглядную агитацию, развешенную по стенам, изучить графики неуклонного роста преступности и столь же стремительного увеличения процента раскрываемости преступлений, а его все не вызывали и не вызывали. Он попробовал войти без приглашения, но дверь оказалась заперта. Постучал — никакого ответа. А вот это уже наглость!

Нет, у нас по-прежнему все так работают. Особенно менты. Промурыжить человека часа три-пять-пятнадцать в очереди — это святое дело. Но не сегодня же, черт возьми, когда каждая минута на счету.

Он отыскал туалет, сполоснул лицо холодной водой, покурил, вернулся к кабинету. Там все еще было заперто. Просто уйти, к сожалению, не получится: надо, во-первых, отметить пропуск, а во-вторых, вернуть документы и пистолет, Денис заглянул в соседний кабинет и поинтересовался, где обитатели тридцать шестого, однако его бесцеремонно попросили закрыть дверь с той стороны.

Нужно было сесть и, поскольку есть время, обо всем спокойно подумать. Он ведь по-прежнему тыкался из стороны в сторону как слепой котенок. То есть нет, не совсем — тыкался он теперь не бесцельно. Он, как и котенок, шел на едва уловимый запах. Вина Кравцова была очевидна. Но не в убийстве. Олега Кравцов не убивал, и в этом Денис после разговора с Боксером был совершенно уверен. Кравцов просто жалкий карьерист. Ему вдруг, как снег на голову, свалилась вожделенная должность. И он так боялся ее потерять, что, даже несмотря на изрядную трусость, рискнул выкрасть пистолет, а потом спровоцировать перестрелку с чеченцами. А чеченцы, конечно, не грабили Шуйского…

Чтобы окончательно сложить перемешанную головоломку, необходимо съездить еще раз в «Огненный дракон». Или послать туда Щербака. Но оставлять Лилию одну Николаю нельзя и с ней ехать тоже нельзя. Значит, надо тупо ждать, пока тут все закончится.

Макс не звонит, значит, файлы еще не открыл, но Денис на всякий случай сам набрал номер «Глории».

— Часа три еще, если пароль везде один и тот же или если у него простая система паролей, — объяснил Макс,

Денис чуть не заснул. В какой-то момент он перестал нервничать и с буддистским спокойствием взирал на часы. Он торчал в коридоре уже больше часа.

Чинуша из тридцать шестого — постная прилизанная морда — по фамилии Валяев появился через час сорок пять. Причем он, оказывается, все это время находился внутри, сидел, запершись, и нагло игнорировал стук в дверь. Более того, в кабинете он был не один: в уголке в кресле под искусственным фикусом удобненько устроился сам начальник областного OJIPP — Герман… как его там по отчеству, Малинин (Денис сразу же его опознал — видел фотографию на сайте «Сатурна»), Малинин делал вид, что он тут так себе — предмет мебели, и внимание на него можно не обращать. А Валяев, наоборот, был преисполнен собственной значимости и, снисходительно предложив Денису присаживаться, заявил:

— Из-за многочисленных жалоб на ваше опасное поведение и применение вами недозволенных методов, действие вашей лицензии на территории Снежинска и области приостановлено.

Денис даже не нашелся сперва, что ответить.

— Может, вы объявите меня персоной нон грата и отконвоируете за пределы области? — справился он.

— Разумеется, нет, — осклабился Валяев, — мы действуем строго в рамках закона. В отличие от ваших московских властей мы не нарушаем конституцию, вы имеете право находиться в Снежинске, сколько вам заблагорассудится. Но ради вашей же безопасности вплоть до вашего отъезда ваше оружие конфискуется, и вам выделяется постоянная охрана из трех человек. Заметьте, ваша лицензия не аннулируется, но приостановить ее действие на вверенной нам территории мы имеем полное право.

Малинин поверх газеты исподтишка наблюдал за реакцией Дениса, видимо, ждал грандиозного скандала как повода, например, провести задержание. Денис скандал устраивать не стал, но поинтересовался:

— А вы, господин Малинин, ничего не добавите к сказанному? Не назовете реальные причины приостановления моей деятельности? — Не зря же, в самом деле, диктофон в кармане пылится, надо и этот голосок зафиксировать для истории.

Малинин, усмехнувшись, отмахнулся:

— Капитан Валяев знает свое дело. Не вижу причин вмешиваться.

— Кстати, — продолжал Валяев, — действие лицензии господина Щербака также приостановлено. В ваших интересах обеспечить его немедленную явку сюда для сдачи оружия.

Денис разыграл полнейшее недоумение:

— Понятия не имею, где его искать.

— Повторяю, это в ваших же интересах.

— Я бы с дорогой душой! Но…

Валяев покосился на шефа и не стал настаивать, даже не потребовал номер мобильного телефона Щербака. Тут врать о незнании было бы гораздо сложнее.

— Подождите, пожалуйста, в коридоре, — с подчеркнутой вежливостью попросил Валяев, — я отмечу ваш пропуск и распоряжусь, чтобы вам вернули документы.

Отмечал пропуск он со скоростью одна буква в пять минут, а распоряжался и того медленнее, просидеть пришлось еще минут двадцать. Но, имея на хвосте трех ментов, спешить все равно было некуда. Денис терпеливо дождался, пока ему принесут паспорт и права, расписался в какой-то ведомости на предмет изъятия пистолета и на собственной машине, но под конвоем, добрался до гостиницы.

Вечер того же дня

Один соглядатай расположился на стоянке и караулил джип, второй торчал в холле гостиницы, а третий уселся в коридоре прямо под дверью номера. Денис заказал в номер бутерброды и кофе и, пока обедал, прикидывал, как быть дальше. До установленного похитителями срока оставалось все меньше и меньше времени. Надо выбираться из-под наблюдения, но он пока не представлял как, а значит, в данный момент в его распоряжении есть только телефон и раненый Щербак.