Чтение онлайн

— Это Денис, — облегченно сказал Петр Семенович, повернувшись к ней, — начальник Игоря. Игорь о нем рассказывал.

— Здравствуйте, Денис! — еще раз поздоровалась мать. — Пойдемте, я накормлю вас обедом… Пойдем, Петь… А лучше давайте я вам сюда вынесу, погода хорошая…

Денис остался один. Прошелся по двору. Он был ухожен, за домом стояли четыре улья, гнулись под ветром несколько стареньких низкорослых яблонь с отпиленными под самый ствол, тщательно замазанными специальным варом сучьями. Здесь же располагались удобства.

— Денис! — окликнул его с крыльца Петр Семенович, — пойдемте руки мыть.

Они вошли в дом. Обстановка была простенькой, только новый немецкий холодильник, уходивший под самый потолок (наверняка подарок Олега), бросался в глаза и еще странный агрегат с хромированным рукомойником, на манер поездного.

— Это Петр Семенович сам соорудил, — с гордостью сообщила Светлана Сергеевна, у нас и душ есть горячий. Подведут газ — совсем хорошо будет, а так, с баллонами, немного накладно.

— Ой, мать! — неожиданно разозлился Петр Семенович, — ты тут такое скажешь! Пятнадцать лет на соседнюю улицу нитку тянут. До нас в следующем веке очередь дойдет!

Вода была обжигающе горячей. Как сделать похолоднее, Денис не разобрался, Петр Семенович, стоявший наготове у него за плечом, хотел, похоже, подсказать, но, смутившись, промолчал и поскорее протянул полотенце.

— Вы сказали, Игорь собирался меня пригласить, — напомнил Денис. — Давно он у вас был?

— Давайте за стол! — перебила его Светлана Сергеевна.

Она стала поочередно протягивать мужу зелень, стопку тарелок, ложки, хлебную доску, квашеную капусту, а тот безропотно все это принимал, рискуя уронить на пол. Денис подхватил чашки, банку с медом, накрытый салфеткой поднос с домашним печеньем и вслед за Петром Семеновичем выскользнул на улицу. Не успели они сгрузить свою поклажу, как появилась Светлана Сергеевна, пряча нечто за спиной.

— Денис! — произнесла она торжественно. — Я хочу вам кое-что показать… — и извлекла из-за спины альбом с фотографиями.

— Мать!.. — попытался воспротивиться Петр Семенович, но она, пустив слезу, повысила голос:

— Помолчи!.. Вот, смотрите Денис. — Начинался альбом с фотографии в траурной рамке, она была прикреплена прямо к обложке. Денис до сего момента не видел Олега ни в живую, ни на фотографии. Серьезное скуластое лицо, густые сросшиеся брови сдвинуты, глубоко посаженные глаза смотрят прямо в объектив, губы сжаты, на чисто выбритых щеках залегли тени, как будто он крепко стиснул зубы, прическа — волосок к волоску — явно только из парикмахерской, темный костюм, темный галстук. Снимок, скорее всего, был сделан на документ, а потом родители за неимением лучшего заказали с него траурный портрет. Светлана Сергеевна, проглотив комок в горле, перевернула страницу. — Это вот Олег в два с половиной года. А это, видите, Авачинская бухта, там дальше порт: мы тогда в Петропавловске жили. Это Петр Семенович с Олегом у бабушки… А вот! Горы видите?! Это Петра Семеновича перевели в Душанбе, здесь Олегу пять лет. Это в семь лет на море, как раз перед тем, как Игорь родился, смотрите, какой серьезный был, настоящий мужчина…

Она вынула из альбома и протянула Денису старую цветную фотографию с золотой надписью «Алупгга-74». Из-за презрительно-независимого взгляда лицо Олега действительно выглядело совершенно взрослым. Злился он, несомненно, на мать. За то, что затеяла постыдную младенческую процедуру с фотографированием, и еще, как пить дать, сюсюкала, стоя позади фотографа: «Олежек, не щурься, сейчас вылетит птичка…»

— Это Олег на первом звонке, — продолжала Светлана Сергеевна, — а это они с Игорем на елке в Снежинске, Игорю три года… или четыре… Помнишь, Петь, когда у тебя в мукомольном цехе был пожар?

— В семьдесят восьмом, — не задумываясь, ответил Петр Семенович.

— Это вам, наверное, неинтересно… вот Олег перед десятым классом с соседкой Оленькой, такая невеста у нас была — первая красавица в Ясных Водах…

Олег восседал на спортивном мотоцикле с коротким сиденьем, она прижималась сзади, обхватив его под руки.

— Необычная машина, — Денис повернул альбом к отцу, — первый раз такую вижу.

Петр Семенович на мгновение окаменел, потом пригляделся и виновато качнул головой:

— Японский, наверное, я не очень разбираюсь. Олег в мотоклубе занимался…

— Борщ закипел, — выдавила из себя Светлана Сергеевна и поспешила в дом.

Денис незамедлительно воспользовался моментом:

— Так когда вы, Петр Семенович, последний раз виделись с Игорем?

— В субботу, первого числа.

— Он собирался возвращаться в Москву?

— Нет, вроде бы. Он же, понимаете, с нами не очень делился. Мать жалел… Не знаю, почему он решил, что Олег не по случайности разбился. Жаловался, что никому ни до чего нет дела. А как же вы с ним разминулись?

— Сам не понимаю, — улыбнулся Денис, не желая преждевременно волновать родителей. — Из гостиницы он выехал, адреса не оставил.

Петр Семенович согласно кивнул:

— Это на него похоже. Еще до армии, когда подрабатывал, скажем, на лесосплаве, пообещает на выходные домой быть, нет его и нет: то забыл, то дела поинтересней нашлись. Я, честно скажу, каждый раз переживал, а мать говорит: «Что ты себя накручиваешь, настоящую беду сердце само почует!» Вот и когда с Олегом это случилось, она мне все утро: «Петь, что-то тяжело мне, неуютно, как будто что-то давит внутри», я врача уже вызывать хотел, а потом сосед приехал и сказал, что… — Он вдруг нахмурился. — А может, Игорь у Лилии?

— Лилии? Кто это, Лилия

— Лилия — она и есть Лилия.

— Петр Семенович! Вы же понимаете, мне необходимо, — Денис повторил для верности: — необходимо знать все подробности. Я бы вас не тревожил, но поскольку мы с Игорем не встретились…

— Простите, — потупился Петр Семенович, как провинившийся школьник, — не сердитесь. Олег с женой два года как рассорился. Может, и больше, но не признавался же! Какое-то время ради сына они еще терпели друг друга, но уже год, как он совсем от нее ушел, когда с Лилей познакомился. Мы Витюшку — внука — с тех пор не видели. Жанна к нам ездить перестала, а сына она одного с Олегом не отпускает. Он какую-то квартиру полгода снимал, а потом к Лиле переселился. Привозил ее несколько раз… Не то чтобы мы не сошлись характерами, но у нее такой темперамент… горячий сильно, и человек она жесткий — чеченка наполовину. Не подумайте, Денис, что я расист, просто мы люди тихие, жизнь у нас размеренная…