Чтение онлайн

Антон устроился поудобнее на кресле качалке и нажал на кнопку "плей". Киносеанс начался. Он по привычке пощупал свой карман, тот, где всегда лежал телефон. Но… рука проскользила по гладкой поверхности штанов и не обнаружила его на месте.

– Чёрт! – Выругался парень и стал вспоминать, где он мог оставить свой смартфон.

После недолгих раздумий Антона осенило. Он понял, что оставил его в той комнате, где сегодня ужинал. Из-за ссоры с отцом он перенервничал и забыл взять его с собой. Хотел было он подняться с кресла, чтобы поставить "Шрека" на паузу и отправиться за телефоном, но…

В тот момент, когда зелёный огр распахнул сортир и заиграла всем известная музыка, в комнату Антона ворвались.

Не успел парень среагировать, как его голову пронзила пуля.

В тёмной комнате, на большом деревянном столе без конца загорался экран смартфона. С неизвестного номера на него приходили предостерегающие смс-ки. "Антон, срочно уходи из дома", "Ты в большой опасности".

Но было уже слишком поздно.

Монотонные разговоры начались ещё давно, но на меня они не производили никакого эффекта, кроме ещё большего усыпления. Когда затихла барабанная дробь дождя, тоже, впрочем, успокаивающая, в ушные коридоры начало проникать что-то неприятное. Что-то непрестанно гудело. Нет, точнее будет сказать – зудело.

Лишь спустя некоторое время до меня дошло, что это лампа. Помимо раздражающего звучания, она также излучала хоть и довольно тусклый, но какой-то кислотный, почти разъедающий предметы вокруг – свет.

Дрёма окончательно сдала свой пост, и я очнулся.

Первое, что до меня дошло – я голый.

Вот такой вот незавидный и обескураживающий факт. Кто-то, судя по всему, те люди, голоса которых я слышал, зачем-то меня раздели. И хоть трусы на себе ощущал, отсутствие всей остальной одежды пугало.

Попытался вспомнить, что это за люди, и где я вообще нахожусь, но мозг словно был переполнен чужеродными воспоминаниями. Трудность состояла в том, чтобы понять, какие из них принадлежат мне, а какие… а кому, собственно, принадлежат другие?

Создавалось впечатление, что Бог небрежно выхватил сознание одного человека, вылил его в шейкер, туда же добавил сознание второго, соединил стаканы и яростно, как мускулистый мексиканец с маракасами, всё это дело встряхивал в течение шести дней. И лишь на седьмой он, решив, наконец, отдохнуть, вылил получившуюся жижу в мою голову.

"И кому это пить?" – Подумалось вдруг.

Когда в дальнем углу помещения услышал яростные глотки, а потом смачную мужскую отрыжку, стало слегка не по себе. Стал надеяться, что вся эта история с голым мной и беспардонным мужиком не будет иметь никакого нетрадиционного исхода.

Склонившееся надо мной женское личико сначала испугало, но в целом – успокоило. Незнакомка не произносила ни слова, а лишь тщательно рассматривала меня. Будто ребёнок, в жаркий летний день, жадно облизывала взглядом моё лицо-мороженое.

Её взор закончил с моим лицом и соскользнул ниже. Будто споткнувшись о что-то неприличное, вернулся обратно и заставил порозоветь щёки. Мои, как бы проявляя солидарность к её щекам, сделали тоже самое.

Неловкая ситуация хоть и пощекотала нутро, но заставила прогреться, нагнать крови по всему телу. Я осознал, что наконец могу шевелиться. Первое, что сделал – съёжился, чуть повернулся вбок. Для того, чтобы хоть как-то закрыться от чужих глаз.

– Тебе, наверное, холодно? – Неверно истрактовала мои движения девушка. Но я не стал спорить и кивнул головой. – Сейчас. – Попросила подождать.

– Пап, – обращалась она, видимо, к тому, кто так отвязно рыгал минуту назад, – потрогай одежду. Она уже высохла?

Спустя три секунды донеслось:

– Не…

– Блин, может я тогда до дома сбегаю, хоть какие-то вещи принесу, что ли… – Размышляла она. – А здесь точно ничего нет?

– Всё что могу предложить – дырявую фанеру, жестяной лист, или ещё более мокрую, чем его одежда, половую тряпку. В гараже выбор небольшой… – Хоть это и было произнесено грубым мужским голосом, в его звучании не улавливалось и нотки хамства или раздражения.

До меня дошло, что не из-за чего сейчас возникает небольшая проблемка, поэтому решил вмешаться. Я не без затруднений развернулся в сторону, свесил ноги, уткнувши их в пол, и полуприсел на лавке, на которой всё это время лежал.

– Не надо. Мне совсем не холодно… – Произнёс я юношеским голосом, который показался совершенно мне не свойственным. Хотя я и не помнил, какой он должен быть на самом деле.

– Хе-хе-хе, храбрится, пацан! – Выбросил мужик и я машинально посмотрел на него. С короткими волосами, чернющими, как уголь, усами, и в неброской сероватой робе он сидел на стуле рядом со столиком и перебирал какие-то инструменты. – Не холодно ему, хе-хе-хе. Да меня самого, если честно, потряхивает. – Он скрестил на груди руки и почесал плечи, как бы изображая зябкость своего положения. – Так что не ври!

Девушка, что стояла в метре от меня, еле слышно усмехнулась.

Хотя… какая она девушка, ещё совсем молоденькая ведь. Можно сказать, девочка. На вид ей не больше семнадцати.

– Чес слово! – Не задумываясь ответил я, и как бы дёрнул этим самым за верёвку, которая всё это время связывала одну из частей моих воспоминаний. Дошло, что такую фразу очень часто использовала моя мама. И я, попав в подходящую ситуацию, смог воспроизвести её.

Как собирающиеся паззлы, моё сознание начало складываться в определённую картину. Пока что вырисовывались лишь общие места, но и это было неплохо.

– Точно? – Поинтересовалась девушка, состроив недоверчивую гримасу.

– Да. – Ответствовал я.

– Хорошо! – Подхватил мужик. – Тогда потерпи ещё часок другой, а то нехило так промокли твои шмотки, – он положил руку на одежду, которая свисала с тоненькой батареи, – и можешь одеваться. Забились?

– Забились. – Подтвердил я.

Вдруг пришло ещё одно озарение. Я вспомнил, кто эти люди, и что происходило совсем недавно. Я очнулся на улице, лежал под дождём, потом пришла девушка, звонила в скорую, её послали, потом подошёл этот мужик и меня дотащили до гаража.