Чтение онлайн

Каждый солдат должен знать свой маневр. Пусть они сдавленно матерятся на тренировках и громко поносят меня в таверне, когда я далеко. Зато сейчас десяток просто выполнил свою задачу, не потеряв никого. Зачистка происходила под тихие вскрики раненых, переводимых в разряд убитых, под хеканье и матерки напавших. На десяток бойцов противника пришлось сорок стрел с бронебойными наконечниками. Спасибо горящим кострам, все, кто был на ногах получили минимум по паре стрел. Те, кто вскакивал, тоже. Один сильно тормознутый или оцепеневший от ужаса не поднялся до самого конца, от страха он даже закричать не смог, так и умер лёжа.

По моей команде трое побежали вокруг палисада, отыскивая потенциальных звездочетов и сирунов, двое метнулись за брошенными луками. Остальные избавили трупы от уже ненужной им экипировке. Я приказал забрать всё оружие и щиты, даже полное гов… некачественные образцы. Всё ценное они и сами догадаются взять, выучка позволяет. Десять минут, и мы выходим из временного укрепления в сторону ворот. На всякий случай у троих помимо меня руки заняты только щитами и мечами, мы боевое охранение мародерки. В таком порядке доходим до ворот.

Отстукиваю условленный сигнал, отвечаю не неминуемый вопрос: «Кто там?» Чуть не ляпнул сакраментальное: «Это я почтальон Печкин, принес газету про вашего мальчика», это меня отпускать начало. А рановато, мы еще не всё сделали. Пока мой отряд относит в кордегардию хабар, наблюдаю, как гонцы выводят через калитку своих лошадок. Им теперь пешочком топать, ведя транспорт в поводу, пока не рассветет. Вспомнил, как в детстве также в поводу вел по грязи велосипед. Да, лошадь удобнее, грязь на колеса не налипает. Помню, тогда они вообще перестали крутиться, волоком пёр. Однозначно, лошадь удобнее.

Из темноты вынырнул отец:

— Как прошло, Дорд?

— Как по писаному, без потерь и лишнего шума. Так что всё по плану. Один нюанс — грязновато там, дай нам побольше времени, минут сорок, а потом начинай.

— Хорошо. Сильно там не рискуй.

— Где я, и где риск? Ты ж знаешь, я ежели испугаюсь чего, так вообще не полезу.

— И правильно. Лучше умный и живой, чем мёртвый и дурак. Вот еще, я сейчас на стене стоял, требушиты чуток видно, так что не совсем вслепую бабахать буду.

— Пушку осматривал, не проржавела?

— Обижаешь, я свою лапочку чуть не самолично после каждой стрельбы маслом смазываю. Уже Анна ревновать начала. Тебе еще не рассказывал, мы с девочками порой такие маневры устраиваем! Они отличными бабахерами стали.

— Кем?

— Ну этими, которые бабахают! Порой даже орудийную прислугу заменяют, вроде вертихвостки, а с оружием бой-бабы! А всё ты, Дорд! Превратил сестер в воительниц.

— Я рад за них, лучше уметь защищаться и никогда не попасть в переделку, чем не уметь и нарваться. Всё, мы пошли!

И мы пошли. По договоренности с отцом нашей задачей было нападение на лошадей, если их бросят охранять. Я был в дичайшей уверенности, что умные люди вспомнят подробности нашей прошлой военной компании и будут ждать меня и моих диверсантов. Будут ждать ночь, вторую… на третью в лагере начнется смертоубийство и разгром. Что сделает боевое охренение? Охренеет и бросится ловить меня среди разрушаемых осадных машин? Я бы так и сделал. А эти? Или поступят также, или никуда не сорвутся без команды, которая не поступит ввиду сильной занятости командира… так что ясно, что ничего не ясно.

А ведь у нас был план «Б», по которому мы без героизма доползаем до табуна и просто закидываем его стрелами. Когда я его озвучивал, не только благородные, даже мой десяток отворачивал глаза и морщился. Что примечательно, никто ничего не сказал. Ни одной фразы, позволяющей понять, что об этом думают бывалые вояки. А думали они примерно одно и тоже: «Из какой бездны тебя сюда принесло?», это было видно по кончикам подрагивающих хвостов, по выпущенным из подушечек пальцев когтей, по красным огонькам в прищуренных глазах. Во всяком случае мне все эти детали привиделись чуть не наяву. Да чего вы на меня так смотрите, твари!? Пожечь всю технику противника в лагере, взорвать самолёты на аэродромах, корабли в порту потопить — это классика боевых действий! Так то техника, а то лошадки. «То бензин, а то дети!» в этом мире жизнь коня зачастую ценится выше, чем человеческая. А еще кони красивые…

Вот такой я урод, мне мои соратники, бойцы мои и отцовы ближе и дороже самой породистой кобылы. Так что план «Б» у нас есть. Забрали сильно влево и подошли к стану врага сбоку с той самой стороны, где замечена коновязь, там же и загон должен находиться. Расходимся вокруг лагеря парами, вернее три пары бойцов разбегаются перед лагерем. Их задача найти секреты противника, не выдав себя. Старательно вдалбливал — если не найдете ничего подозрительного, всё равно к загону не подходить! Задача — вернуться ко мне и доложить, что ничего не нашли. А если найдут — тем более вернуться и доложить. В случае обнаружения дать звуковой сигнал и бежать к замку без героизма, мы тогда все к замку побежим.

Все три группы вернулись тихо. Две доложили, что противника не обнаружили, зато впереди услышали лошадей в большом количестве. А вот третья группа порадовала — почувствовали запах дыма, не поленились сползать, на самом деле ходили скрючившись, ползать в этом мире никто не умеет кроме меня. По словам бойцов в небольшой ложбинке сидит человек пятнадцать и чего-то ждут. Как раз понятно, чего они ждут. Я даже могу себе представить, что где-то неподалеку от табуна сидит в кустах и вояка, который должен поднять тревогу, только мои бойцы его не заметили. А он их, так что всё не так уж плохо. Пробираемся через сжатое поле к этому овражку и замираем. Ага, ветерок в нашу сторону, огня не видно, а вот запах выдаёт. Это они еще не курят, нет такой моды. Картофель уже выращивают, а курить еще не начали, во всяком случае в Мерсалии и Иманте.

Стоило нам занять самые козырные места, как… ничего не началось. Сидели и скучали еще минут десять, а потом до нас донесся звучный громкий раскат. Баааахххх! Звук, приглушенный расстоянием в несколько сотен метров, не бил по ушам как кнутом, а был слегка похож на одиночный выстрел из АКМ, того который в калибре 7,62. Но если сравнивать с чем-то местным и тутошним, то более всего он походил на резкий удар молотком по нашим воротам. Очень большим молотком, очень резкий удар. Да, доносился звук как раз от замка. Мои аж на месте подпрыгнули. Они, конечно, слышали звук парового ружья, но с папиной пушкой тот бах не сравнить. Калибр в два пальца это вам не один, тут совсем другая моща из ствола рвется, преодолевая звуковой барьер.