Чтение онлайн

– Что будем делать? – задал вопрос Доксвель, не отрывая глаз от дороги.

Тайгер пожал плечами:

– По-моему, мы можем делать что угодно, но только не в Окленде.

– По-моему тоже, – Доксвель посмотрел на часы. – В пять утра идет паром. Мы вполне на него успеваем. Кстати, эта машина, наверное, слишком шикарная для нас, – он покрутился на сиденье. – Меня так и тянет спустить ее с обрыва.

– Ты хочешь пройтись?

– Нет! Я обещал хозяину автомастерской забрать свою колымагу поздно вечером. Так что самое время отправится за ней. А эту мы ему подарим, вместо платы за ремонт.

– Думаешь, возьмет? – с сомнением спросил Тайгер.

– Должен, – сказал Энди. – Его ребята за ночь разволокут ее по винтикам. Кроме того, у меня все равно нечем платить. Все деньги остались в доме. А на тебе одни трусы.

Утра они дождались в районе порта, глядя как поверхность моря из черно-синего постепенно принимает цвет серого жемчуга. За «феррари» они выручили совсем немного. Хозяина мастерской не было на месте, а его зам наотрез отказался брать машину. Его с трудом уломали взять машину в счет ремонта, кроме того, удалось выжать немного денег на бензин и на карманные расходы.

Полпятого утра Доксвель шумно потянулся и завел мотор. Машина выскользнула из небольшого переулка и тихо покатилась в сторону причала.

Стоя на корме парома, они смотрели на светящийся тусклыми утренними огнями Окленд. В предрассветных сумерках на воде был виден пенистый след от винта.

– Мне кажется, – произнес Доксвель, – что нам не только в Окленде, но и вообще в Новой Зеландии делать нечего.

– Может быть, – согласился Тайгер, – но средств для более дальнего передвижения у нас нет.

– Это точно, – согласился Доксвель.

– Как ты думаешь, что нужно было от нас этим подонкам? – спросил Тайгер.

– Тогда, в доме Барноу, когда мы с ними столкнулись, они что-то искали. Такую небольшую штучку, может быть пленку или еще что-то в этом роде. Кажется, мы с тобой попали между чьими-то интересами. Я думаю, они подозревали, что вещь, которая их интересовала, попала к нам в руки. У меня перевернули весь дом. А в перерыве между каждым ударом по физиономии я слышал один и тот же вопрос: «Куда вы ее дели?»

Едва я успевал спросить: «Что вы имеете в виду?» – как получал следующий удар.

Доксвель осторожно притронулся к своему лицу:

– Как думаешь, за пару недель сойдет?

– Вряд ли! – покачал головой Тайгер и спросил в свою очередь: – Как ты умудрился вытащить меня из дома?

– Когда я услышал возню на кухне, я сразу понял, что с тобою неладно. А потом оттуда кто-то вышел, топая ногами, как слон. Что это не ты, я догадался сразу, ну и хватил его два раза трубой по голове. В темноте это было нетрудно. Вот с тобой пришлось повозиться. Сначала я затянул тебя на стул, со стула на стол, со стола на подоконник. И вот тут мне в голову пришла отличная мысль, – Доксвель хитро улыбнулся. – Когда я чувствую, что пахнет жареным, я становлюсь удивительно сообразительным.

– Я это заметил! – произнес Тайгер.

– Ну так вот, – продолжал Доксвель. – От окна до земли футов пять от силы. Я принес веревки и ремни, которые остались в туалете. И связал вас обоих – тебя и типа, что лежал на полу, оставив промежуток веревки между вами футов шесть. Затем столкнул тебя за окно. Ты, естественно, повис на веревках. Я стал рывками поднимать тело, что лежало на полу. Здесь особых усилий не требовалось. Ты благополучно достиг земли, а тот тип, что лежал на полу, подоконника.

Вечер незаметно вползал в город, укладываясь на широкие теплые стрелы улиц. Толпа постепенно редела. Поток машин, наоборот, становился более плотным, хотя и он через каких-нибудь полчаса должен был сойти на нет.

Они сидели в центре города в дешевом открытом кафе-закусочной и, безучастно глядя на толпу, слушали джаз, глотали орандж с кубиками льда и выхлопной газ, сизой пленкой стоящий в воздухе. Тайгер был в длинных шортах и рубашке защитного цвета. Повязку с головы он снял только два дня назад и выглядел неважно. У Доксвеля с лица еще не сошла желтизна после побоев.

– Так что я еще понаблюдаю сегодня вечером, и, пожалуй, можно будет приступать, – говорил Доксвель.

– Понаблюдаем вместе, – сказал Тайгер.

– Как хочешь. Вдвоем труднее спрятаться.

– Зато четыре глаза!

– Не доверяешь? – обиделся Доксвель.

Тайгер промолчал, потом спросил:

– Слушай, Энди, а ты уверен, что в этом доме есть чем разжиться? – Сказав это, он вдруг подумал, что превращается в заурядного воришку. И даже речь его начинает пестрить такими словечками, как «разжиться».

Доксвель принял оскорбленный вид.

– Ты что, до сих пор не понял, с кем имеешь дело? У меня все толстосумы Новой Зеландии занесены в список.

– И где же он?

– Вот здесь! – Доксвель постучал пальцем по своей голове и поморщился. – Черт, живого места нет.

– Кто он такой? – спросил Тайгер, имея в виду владельца дома.

– Четыре самых дорогих отеля в городе принадлежат ему.

– Так почему же мы идем не к нему, а к его дочери?

Доксвель снисходительно улыбнулся:

– Во-первых, детки богатеев зачастую имеют больше дорогих вещичек, чем их состоятельные родители. Богач, как правило, скупясь для себя, любимому чаду отказать не в силах. Да и прислугу детки почти никогда не держат. Не из скупости, конечно. Молодые живут весело, а прислуга порой только мешает. Вот песик там имеется. Она его в доме держит. Но это же для нас не проблема. Единственный минус – беспорядочный образ жизни. Тут хоть неделю наблюдай, систему не составишь. Вдобавок всегда могут нагрянуть гости, – Доксвель вздохнул и с отвращением посмотрел на улицу. – Истинный ад, жара, толчея, – он махнул рукой и едва не опрокинул стакан с оранджем.