Чтение онлайн

– Курьезное дело, - заметил Уоррен, - казалось бы, чегонибудь подобного следует ждать где-нибудь в инопланетных джунглях - ан нет, эта штука поджидает здесь. Это из-за туземцев - они гуманоиды, и устроены вроде нас с тобой. Так что вирус развил способность нападать на гуманоидные организмы, а мы для него - отличный свежий материал.

– Но дикарей-то он вроде как не трогает, - возразил Буян.

– Да, похоже, им вирус не страшен. Одно из двух: или они нашли лекарство, или у них развился естественный иммунитет.

– Ежели они нашли лекарство, то можно вытряхнуть из них рецепт.

– А если нет, если дело лишь в адаптации - то мы как пить дать покойники.

– Что ж, начнем их обрабатывать. Они нас ненавидят и с радостью поглядят, как мы квакнемся, но мы что-нибудь придумаем, чтобы заполучить у них лекарство.

– Нас ненавидят все и повсюду. Почему бы это, Буян? Мы ради них из кожи вон лезем, а они - куда бы ни ступила нога че-ловека, на какую бы планету мы не прилетели - всякий раз встречают нас ненавистью. Мы стараемся сделать их похожими на нас, мы делаем для них все, что в наших силах - а они отвергают нашу помощь и уклоняются от нашей дружбы. Или принимают нас за ораву сопляков - так что в конце концов терпение у нас лопается, и мы обхаживаем их лопатой.

– А это, - с ханжеским смирением добавил Буян, - только подливает масла в огонь.

– Что меня беспокоит, так это настроения людей. Когда они узнают о вакцине...

– Им нельзя говорить. Нельзя, чтоб они прознали. Разумеется, они все равно проведают рано или поздно, но все ж таки не сразу.

– Об этом известно одному Моргану, но он балаболка, и рта ему не заткнешь. К утру об этом узнают все до последнего человека.

Брэди тяжеловесно встал и потянулся к бутылке, возвышаясь над Уорреном, как скала.

– К Моргану я на обратной дороге заскочу и улажу все так, что трепать языком он не станет, - Буян сделал большой глоток и поставил бутылку на стол.
– Я просто намекну ему, что будет, ежели он не удержится.

Уоррен с облегчением откинулся на спинку стула. "Вечно на взводе, - подумал он, глядя Буяну Брэди вослед, - зато всегда есть на кого положиться".

Не прошло и трех минут, как Брэди вернулся. Хмель с него как рукой сняло. Замерев у входа в палатку, он с торжественной

серьезностью воззрился на Уоррена расширенными от увиденного глазами и сказал:

– Он себя порешил.

Это была истинная правда: доктор Джеймс Г. Морган лежал у себя в палатке с перерезанным горлом. Разрез был сделан с таким профессионализмом, что сразу выдавал работу хирурга.

Около полуночи поисковая партия привела Фолкнера.

Уоррен устало оглядел его: парнишка явно напуган. Из-за бессистемных блужданий во тьме он исцарапался, скулы его побледнели.

– Он увидел наши огни, сэр, - доложил Пибоди, - и поднял крик. Вот мы его и нашли.

– Спасибо, Пибоди. Увидимся утром. А сейчас я хочу побеседовать с Фолкнером.

– Да, сэр, - кивнул Пибоди.
– Я рад, что мы его нашли.

"Жаль, что у меня людей вроде него - раз, два - и обчелся, - подумал Уоррен.
– Ну, Брэди - тот давний космопроходец; Пибоди - старый армейский вояка, да еще Гилмер, поседевший в походах интендант - и все. Только на этих троих и можно положиться; остальные - просто сопляки".

Фолкнер изо всех сил старался стоять по стойке "смирно" и не горбиться.

– Видите ли, сэр, - попытался объясниться он, - дело было так: я увидел жилу...

– Вы, несомненно, знаете, мистер Фолкнер, - перебил его Уоррен, - что в экспедиции действует правило никогда не уходить в одиночку; никому и ни при каких обстоятельствах не позволительно ходить без сопровождения.

– Да, сэр, я знаю...

– А вы понимаете, что остались в живых только благодаря какой-то невероятной причуде судьбы? Вы бы непременно к утру замерзли, если только туземцы не добрались бы до вас прежде.

– Я встретил туземца, сэр. Он меня не тронул.

– Значит, вам сверхъестественно повезло. Нечасто у туземца не найдется лишней минутки, чтобы перерезать человеку горло. В предыдущих пяти экспедициях они убили целых восемнадцать человек. А их каменные ножи, уверяю вас, оставляют прескверные рваные раны.

Уоррен подтянул к себе экспедиционный журнал, распахнул его и сделал аккуратную запись, вслух сказав:

– Мистер Фолкнер, за нарушение внутреннего режима вы на две недели лишаетесь права покидать территорию лагеря. Кроме того, на этот срок вы прикомандированы к мистеру Брэди.

– К мистеру Брэди, сэр? К коку?!

– Так точно. Он вас приставит к делу - вероятно, вам придется ходить по дрова, помогать ему по кухне, выносить мусор - словом, пока что вы будете у нас на легких работах.

– Но меня отправили в эту экспедицию заниматься геологическими изысканиями, а не прислуживать на кухне.

– Истинно так, - признал Уоррен.
– Но вместе с тем вас сюда прислали при условии, что вы будете подчиняться определенным правилам. Вы же сочли уместным нарушить эти правила - в результате чего я нахожу уместным немного подучить вас дисциплине. У меня все, мистер Фолкнер.

Фолкнер с одеревенелым выражением развернулся и направился к выходу.

– Да, кстати, - бросил ему вслед Уоррен, - забыл сказать: я рад, что вы вернулись.

Фолкнер промолчал.

Уоррен было вскинулся, но тут же расслабился вновь. "В конце концов - какая разница?
– промелькнуло у него в мозгу.
– Через несколько недель и мне, и Фолкнеру, и всем прочим будет на все глубоко наплевать".

А утром к нему первым делом заявился капеллан, когда Уоррен еще сидел на краю койки, натягивая брюки. Несмотря на пыхтевшую возле письменного стола печурку, в палатке было довольно прохладно, и Уоррена била дрожь.