Чтение онлайн

Если дети научатся открывать рот для пищи, держать прямо голову, поворачивать глаза, брать что-либо рукою, сидеть, стоять, все это будет скорее делом природы, чем упражнения.

На втором и третьем году дети начинают понимать, что значит бегать, прыгать, различным образом поворачиваться, играть с чем-либо, зажигать, снова гасить, переливать воду, переносить что-либо с места на место, класть, поднимать, расстилать, ставить, вращать, свертывать, развертывать, сгибать, выправлять, ломать, колоть и пр.; все это нужно разрешать детям; больше того, при удобном случае, показывать им, как это делать.

Четвертый, пятый и шестой годы – это годы ручного труда и всяких строительных работ. Нехорошим признаком является бездеятельность. Если ребенок всегда бегает или всегда что-либо делает, это служит верным доказательством здорового тела и живого ума. Поэтому, как было сказано, за что бы ребенок ни взялся, не нужно не только ему мешать, но нужно помогать с тем, чтобы все, что делается, делалось разумно и подготовляло к дальнейшим серьезным трудам.

На четвертом или на пятом году жизни надо предложить им мел, уголь, с тем, чтобы они по желанию ставили точки, проводили линии, делали на бумаге крюки, кресты, круги. Можно показывать также способ, как это делать. Таким образом они приучатся держать в руках мел и писать буквы и узнают, что такое точка или линия; впоследствии это чрезвычайно облегчит труд преподавателя.

Диалектика здесь может быть только натуральная и добытая опытом. Как ведут себя те, кто живет вместе с детьми – разумно или неразумно, так приучаются жить и дети.

Основы арифметики можно заложить только на третьем году, когда дети начнут считать сначала до пяти, а впоследствии до десяти или по крайней мepe начнут ясно выговаривать эти числа, хотя бы вначале они и не понимали, что это значит. Потом они сами могут заметить, для какой цели служит счет. Если на четвертом, на пятом, на шестом году они научатся считать по порядку до двадцати и быстро различать, что семь больше пяти, пятнадцать больше тридцати, то этого будет достаточно. Какое число четное, какое нечетное, они без всякого труда поймут из игры, которую мы называем «чет-нечет». Упражнять в арифметике далее будет бесполезно и даже вредно.

Основы геометрии они в состоянии усвоить на втором году, отличая большое от малого; впоследствии они легко поймут, что такое короткое, длинное, широкое, узкое. На четвертом году они поймут различия некоторых фигур, например, что мы называем кругом, что линией, что крестом. Наконец они узнают, что такое дюйм, четверть, пядь, и пр. Они попытаются измерять, взвешивать и сопоставлять одно с другим.

Музыка для нас естественна. Как только мы являемся на свет, мы тотчас исполняем райскую песнь, которая напоминает нам о нашем падении: а-а! э-э! Плач – первая наша музыка, удержать от которой детей невозможно, а если бы даже и было возможно, то было бы вредно, так как плач приносит пользу здоровью. Ведь пока нет остальных упражнений в движениях, грудь и остальные внутренние органы таким способом освобождаются от того, что для них излишне. На втором году детям начинает доставлять удовольствие также и пение, игра на музыкальных инструментах. Детям нужно идти навстречу, чтобы их слух и сердце услаждались созвучием и гармонией.

На четвертом году некоторые поют сами; запоздалых не следует принуждать, но нужно им давать в руки свирель, бубен, детский струнный инструмент, чтобы, свистя, звеня, треща, они приучали слух к восприятию различных звуков или даже подражали им.

Распевая вместе с детьми и как бы играя с ними, родители и няньки совершенно без всякого труда могут внедрить эти песенки в их ум, так как память детей стала уже гораздо обширнее и восприимчивее, чем была раньше.

Каким образом нужно искусно упражнять детей в употреблении языка.

Две особенности решительно отличают человека от животных: разум и речь; разум нужен человеку для самого себя, а речь – для ближнего. Поэтому нужно прилагать одинаковую заботу к тому и другому, чтобы и ум, и язык были у человека как можно более развиты и усовершенствованы. Прибавим теперь кое-что относительно образования речи, а именно, когда надо заложить основы грамматики, риторики и поэтики, и каким образом.

С шести месяцев, но, обычно, в конце первого года, в их языке начинают формироваться некоторые звуки или даже слоги: а, е, и, ба, ма, та и пр. На следующий год дети пытаются произносить целые слова. В это время обычно им предлагают произносить некоторые простые слова: мама, папа, тетя; так и необходимо поступать, ибо сама природа приказывает начинать с более легкого.

Однако не стоит позволять им говорить неправильно. Почему же мать, сестра, нянька не занимаются с детьми, которые уже свободно начинают говорить, и во время игр и развлечений не научат их произносить хорошо и отчетливо буквы, слоги и целые слова (однако сперва более короткие) или отдельные буквы или слоги?

На четвертом, пятом, шестом году вместе с пониманием окружающего мира речь детей будет обогащаться, только не следует пренебрегать упражнениями, чтобы они привыкли называть вещи своими именами, что видят и чем занимаются. Поэтому нужно часто ставить им вопросы: что это такое? что ты делаешь? как это называется? При этом всегда нужно обращать внимание на то, чтобы они произносили слова отчетливо, требовать от них большего нет необходимости. В этих занятиях можно использовать шутки и развлечения. Например, кто лучше и скорее произнесет какое-либо длинное слово, вроде Таратануара, Навуходоносор, константинопольцы и пр.

На первом году жизни мы имеем обыкновение вводить детей в познание нас самих и в познание вещей известными жестами и действиями: когда мы поднимаем их с постели, кладем спать, показываем им что-нибудь или улыбаемся, то посредством всего этого мы показываем, чтобы они повторили за нами наши действия, засмеялись, протянули руки, взяли то, что мы им даем. Так и мы учимся понимать друг друга при помощи жестов. Ребенок на первом и на втором году может научиться понимать, что значит веселое и печальное лицо, что значит угроза пальцем, что значит утвердительный или отрицательный кивок головой.

Приблизительно на третьем году дети начнут понимать фигуральные выражения и повторять их, иногда спрашивая, что они означают. Из учения о тропах они могут понять не много. Однако, на пятом или на шестом году они услышат что-либо подобное от своих сверстников и также это усвоят. Нечего беспокоиться о том, чтобы в этом возрасте они это поняли или знали, так как они будут иметь еще достаточно времени для этих высоких слов. Я стремлюсь только к тому, чтобы показать, что корни всех наук и искусств заложены уже в нежном возрасте ребенка, и на этих основаниях строить все вполне возможно и нетрудно, лишь бы только с разумным существом мы действовали разумно.