Чтение онлайн

В медиативном состоянии Хэл смог увидеть и их — ими оказались небольшие разрывы в каналах, каждый располагался в месте того или иного удара, из-за чего энергия не могла нормально циркулировать.

Хэл принялся прогонять энергию по своему телу, не выпуская её наружу и просто циклируя её по кругу.

Хирам, завершивший водные процедуры и вернувшийся к Хэлу, лишь хмыкнул, глядя как ученик медитирует. Сам он никогда не полагался на внутреннюю энергию, доказывая свою правоту лишь мечом и грубой силой. Но Хэла он решил не тревожить, вместо этого занявшись ужином.

Когда Хэл, наконец, открыл глаза, лес накрыло одеялом лунного света. Больше десяти часов, проведённых в медитативном состоянии, позволили ему наполовину восстановить каналы, и сейчас он более отчётливо ощущал течение внутренней энергии.

Хэл поглощал приготовленную Хирамом рыбу вместе с кожей и костьми, обжигаясь и дуя на пальцы, чем заслужил неодобрительный взгляд своего учителя.

После нехитрого ужина, они вновь провели тренировку, и на сей раз Хэл смог продержаться гораздо дольше. Конечно, Хирам явно не выкладывался даже наполовину, но всё же бой получился более интересным, нежели утром.

— Может, ты бы и смог одолеть мою бабушку, пусть судьи будут к ней милостивы, в одном бою из пяти, — заключил Хирам.

Хэл стоял напротив него, опустив меч и судорожно переводя дыхание.

И снова эти непонятные судьи… Почему никто не хочет объяснить, что это за судьи такие?

Его одежду можно было выжимать, тогда как на лице Хирама не было ни единой бисеринки пота. Тем не менее, эта скромная похвала подействовала, и Хэл довольно улыбнулся.

С этого дня каждый день они проводили в тренировках. Первый день, когда Хэлу казалось, что из него выжали все соки, и у него болели все мышцы, включая и те, о существовании которых Хэл раньше и не подозревал, оказался самым простым. Хирам сделал скидку на ранения и длительное отсутствие еды.

Уже на второй день Хэл, медитируя, почти полностью восстановил внутреннюю энергию, что отразилось и на организме. Гематомы почти растворились, оставив после себя разноцветные пятна, а выносливость стала позволять проводить спарринги чуть дольше, чем несколько минут.

Хирам принялся за физическую подготовку, неодобрительно косясь на жилистое тело своего ученика. Хэл ничего не мог с этим поделать — тело, казалось, не было приспособлено для обилия мышц, и, несмотря на рост силы после тренировок, оставалось худощавым. Мышцы же его были словно канаты, обвивающие тело.

Хэл часами катал невесть откуда взявшиеся в лесу огромные валуны, весившие не меньше сотни килограмм, бегал вокруг пруда, пока дыхание не становилось обжигающим, а мышцы ног не отказывали.

А затем, когда Хэл валился с ног от усталости, его ждал очередной спарринг с Хирамом, причём тот никогда не поддавался больше необходимого, всё время держа Хэла на грани поражения.

Ещё через несколько дней у Хирама появилась привычка будить Хэла посреди ночи и заставлять сражаться. Сначала он действительно будил его, давал прийти в себя и затем атаковал, но с каждым днём он давал ему на пробуждение всё меньше времени, пока, наконец, не стал атаковать прямо пока Хэл спал, сопровождая нападение криком.

В итоге таких тренировок Хэл ощущал, как психика его расшатывается. Если бы он был обычным человеком, не сведущим в управлении внутренней энергией, он бы давно перестал справляться.

Но он не был обычным. Только не в этой жизни.

Поэтому изо дня в день он заставлял себя вновь поднимать меч и отражать суровые удары своего нового учителя.

В одну из ночей, после недолгой схватки, завершившейся очередным поражением Хэла, он высказал свои опасения Хираму, на что получил простой ответ.

— Мне нет дела до твоего психического здоровья, — пожал плечами Хирам. — Ники знает, что я взял тебя в ученики, а то, что узнал он, тут же узнает весь город. Лучше уж ты умрёшь или станешь овощем на тренировках, чем потом опозоришь моё имя в бою. Поэтому или ты станешь сильнее, или я сломаю тебя.

Хэл внимательно посмотрел в глаза Хирама, в которых отражались глаза его старого учителя, волхва. У него порой возникало ощущение, что тот вернулся в этот мир, чтобы продолжить обучение своего несносного ученика.

— Тебе меня не сломать, — серьёзно сказал Хэл, впервые обратившись к своему учителю на «ты».

— Что? — удивлённо взглянул на него Хирам.

— Я сильнее тебя, — с улыбкой произнёс Хэл.

Оба они понимали, что он не имеет ввиду физические данные или навыки управления мечом.

— Ну-ну, это мы ещё посмотрим, — пробормотал Хирам, но Хэл успел разглядеть тень улыбки, промелькнувшей едва ли на мгновение.

Тренировки стали ещё беспощаднее, и вскоре Хэл моментами стал терять связь с реальностью.

В детстве он однажды прочёл сказку про рыцаря, схватившегося с драконом в бою, и бой этот продолжался три дня и три ночи. Хэлу казалось, что он бьётся с Хирамом, целую вечность, а сон — лишь краткая передышка.

Ему казалось, что ещё один удар, ещё один круг вокруг пруда, ещё один поворот валуна, и тело его распадётся на куски, не способное держать на себе мышцы и кости.

Ему казалось, что лишь усилием воли он поддерживает свою цельность, и стоит расслабиться, как он расползётся по земле безвольной амёбой, более неспособной даже дышать.

Но после каждого падения он вставал, после каждого пропущенного удара наносил ответный.

Несмотря на полное отсутствие времени, Хэл старался выделить хотя бы несколько минут в день для медитации. Он видел её результаты, когда дважды с её помощью восстановил свои энергетические каналы, и пытался выйти на следующий уровень.

Теперь, когда он знал о стадиях Пути Воина, он пытался как можно быстрее перейти на следующую.

В бытность ученичества у волхва он и не подозревал об этой лестнице развития, да и не должен был, реши он посвятить свою жизнь становлению полноценным волхвом, но сама судьба толкала его на этот путь. А кто он такой, чтобы противоречить ей?