Ученик чародея
Шрифт:
Караваева и его людей в квартире уже не было. Пройдя в гостиную, Андрей сел в кресло и устало вздохнул. Все, что он мог сейчас сделать для Насти, он уже сделал. А вот что дальше?
Прежде всего, надо было встретиться с Аделиной, и сделать это следовало как можно скорее. Вот только как? В принципе, у него было несколько вариантов. В Замок можно пробраться через коттедж — проникнуть туда ночью, пройти сквозь Барьер. Можно просто появиться в своей комнате — вряд ли Владыка будет там его караулить, у него своих дел хватает. И постепенно Андрей стал склоняться именно к этому способу, ведь очень часто самое простое оказывается и самым эффективным. Он просто появится в своей комнате, осторожно проберется в потайную комнату Аделины. И будет ее там ждать.
Поднявшись с продырявленного кресла, Андрей вздохнул, прошел на кухню и не спеша напился чаю. Кто знает, будет ли у него еще такая возможность.
Но в глубине души он понимал, что все это ерунда, — он просто оттягивал неизбежное. Уж очень ему не хотелось возвращаться в Замок. Предчувствие? Может быть. Говорят, предчувствиям надо верить…
Дверь открылась мгновенно, ему даже не пришлось идти в туалет. Он и в самом деле преуспел в этих делах. Глубоко вздохнув, Андрей шагнул в туманное марево.
Он оказался прав лишь в одном: Владыки в комнате действительно не было. Во всем остальном он ошибся. Едва его ноги коснулись пола, как неведомая сила сбила Андрея на пол, воздух наполнился громким утробным ревом. Андрей сразу узнал этот звук — он слышал его тогда, ночью, в маленькой лесной избушке.
Навалившаяся на него тяжесть была огромна. Андрей хрипел и задыхался, пытаясь глотнуть воздуха сдавленными легкими. И с ужасом понимал, что ничего не может сделать, нависшая над ним тень не оставила ему ни единого шанса.
А потом открылась дверь, и в комнату вошел Владыка. На лице мага играла улыбка.
— Не задуши его… — произнес Хериорх, в его голосе чувствовалось удовлетворение. — Он мне еще пригодится.
Сковавший Андрея воздух шевельнулся, стальная хватка Морка немного ослабла. Андрей хрипло задышал, с отчаяньем понимая, что все кончено, что он проиграл. Владыка перехитрил его.
— Я знал, что ты вернешься. — Хериорх сложил руки на груди и мрачно усмехнулся. — Ты оказался не так умен, как я думал… — Он медленно прошелся по комнате, о чем-то раздумывая. Нависшая над Андреем тень послушно отступила в сторону с его пути, Андрея проволокло по полу с одного конца комнаты в другой.
— А где же наша милая добрая Настя? — Владыка снова взглянул на Андрея. — Мне не терпится с ней познакомиться. Сам скажешь, или мне послать за ней Морка? Он обязательно найдет ее.
— Она умерла, — хрипло ответил Андрей. — Утонула…
— Вот как? — губы Владыки насмешливо вздрогнули. — И где же произошел сей печальный случай?
— В Ржавом мире, — ответил Андрей. — Мы перебирались через реку, она оступилась… Там сильное течение, я не смог ее спасти…
— Очень жаль, если это правда. Впрочем, — тут Хериорх снова улыбнулся, — я это проверю. А сейчас нам с тобой надо кое-что закончить. — Он взмахнул рукой: — За мной, Морк…
Это был Черный мир. Тот самый. Андрей понял это сразу, как только Морк протащил его через Дверь. Уши сковала боль, тело затрепетало под натиском неведомых энергий — поистине, это место соответствовало характеру Владыки. Андрей судорожно сглотнул, в ушах пискнуло, боль отступила. Морк держал его в воздухе, Андрей сумел разглядеть на фоне пламенеющего неба призрачные контуры монстра. Снова попытался вырваться — бесполезно…
— Неси его сюда… — голос Владыки был тихим и зловещим.
С глухим рычанием Морк выполнил приказ хозяина. Андрея развернуло лицом к Хериорху, и тут же он увидел перед собой странное сооружение. Нечто вроде часовни, сложенной все из тех же черных каменных блоков. Центральный шпиль был увенчан массивным золотым крестом, четыре креста поменьше венчали более низкие угловые шпили. Несмотря на золотые кресты, часовня выглядела необычайно мрачно. Андрей с удивлением отметил, что у неё нет окон — только голые черные стены, высокие шпили и золото крестов, озаренное багровыми отблесками пламенеющего неба.
Очевидно, это и было святилище Хериорха. Невидимая сила подхватила Андрея, бросила его на каменную стену, распластала по поверхности, не давая пошевелиться. Он попытался было провалиться сквозь камень, но из этого снова ничего не вышло — стальная хватка Морка не оставила ему ни единого шанса.
— Итак, друг мой, — Владыка подошел к распятому Андрею и положил правую ладонь ему на голову, — начнем…
И тут же тело Андрея пронзила боль, из его стиснутых губ невольно вырвался стон.
— Как твое имя? — громко спросил Владыка, глядя Андрею в глаза. — Имя!
Андрей не отвечал, перед глазами вспыхнули и стали быстро тускнеть разноцветные круги. Голос Владыки доносился откуда-то издалека. — Я спросил твое имя! — Андрей…
— Нет! — голос Владыки ледяным вихрем врывался в сознание Андрея. — Ты Ной! Твое имя — Ной! С этой минуты и во веки веков!
Андрею стало страшно — он вдруг понял, что что-то теряет. И пронзившая тело боль была далеко не самым худшим из того, что с ним происходило.
— Ты Ной, — продолжал Хериорх, — отныне и навеки. Мой слуга, мой раб. Ты — раб, я — хозяин. Как твое имя?!
— Андрей… — голос его был очень слаб. Где он, что с ним? Откуда эта неистовая круговерть, откуда эта чернильная мгла, методично поглощающая его сознание? Он умирает? Но что тогда будет с Настей?!
— Я Владыка, я твой повелитель, — незнакомый голос заставлял вибрировать каждую клеточку его тела. — Я твой хозяин. Как твое имя?
— Настя… — Андрей невольно ухватился за то единственное, что еще мерцало в его сознании, он изо всех сил пытался удержаться за хрупкий гаснущий огонек. — Настя…
Тьма становилась все гуще, она дрожала и пульсировала, заполняя собой все и вся, не оставляя ни единого шанса на спасение. — Как твое имя?!
Он не ответил. У него не было ответа на этот вопрос. Боль и туман, боль и тьма. Везде одно и то же…
— Твое имя Ной, ты мой раб. Ты принадлежишь мне, ты жив, пока живу я. Умру я — умрешь и ты. Я твой Владыка, отныне и навсегда…
Заполнившая сознание тьма медленно отступала, оставляя после себя безмолвную пустоту. Ушла, отступила и сотрясавшая его тело боль. Он открыл глаза и взглянул на стоявшего перед ним человека.