Ученье – свет…
Шрифт:
Какими жалкими сейчас кажутся выпускники кафедры алхимиков, чьи умения не простираются дальше лечения лихорадки, составления зелья от поноса и наведения мороков. К боевым заклинаниям их даже не подпускают. Вообще дорогой отец постарался законопатить свое чадо как можно дальше и глубже, дабы оно получило наиболее бесполезное образование. Вот артефакторы хоть боевыми амулетами занимаются…
Ну мы еще покажем! Они еще пожалеют…
Кстати, насчет пожеланий. В недалеком уже будущем грядет дипломная практика. На следующее лето преподаватели распределят студентов в обязательном порядке по городам и весям на полевую практику. А после четвертого курса – выбор темы по специальности, мучительный процесс сбора материалов, полугодовое сидение над свитками, пергаментами, фолиантами и конспектами, а зимой, на закуску, выпускные экзамены и защита.
Дальше пока заглядывать не стоит, а то станет грустно. Раз Повелитель так неосмотрительно дал разрешение на любое пожелание, следует устроиться на дипломную практику именно сюда! Бодрящая атмосфера, необычное времяпрепровождение и отличная компания не дадут скучать! Решив так, Лина поднялась с карниза, о чем едва не пожалела, когда сильный порыв ветра вкупе с ослепительной молнией и оглушительным грохотом едва не сбросили ее вниз.
Чья-то рука дернула ее за шиворот и рывком втащила мокрую, судорожно хватающуюся за косяк девушку внутрь. Последней улетела мысль о том, что алхимики из эльфов получаются скорее универсалами с уклоном в разрушение.
Перед Линой во всей красе стояла ее высочество Сьена и кипела гневом.
Еще быстрее при виде принцессы испарилась мысль о такой уж большой необходимости тащить именно ее для спасения посла. Неужели два существа, суммарный возраст которых приближается к двум тысячам, не справились бы сами?!
Это что, мода такая?
Дочь правителя при полном параде смотрелась потрясающе. Высокая, завитая пирамида зеленых локонов, открывающая заостренные ушки, была утыкана серебристыми перьями и убрана под аметистовую сетку. Аметисты, чередуясь с черным жемчугом, покачивались в ушах, чуть-чуть не доставая до плеч. Шею и грудь прикрывало наборное колье, а запястья были унизаны серебряными браслетами. Колье представляло собой основной элемент корсажа… Весь верх платья состоял из двух кусочков шелка, узкими лентами спускающихся с плеч, постепенно расширяясь к талии. Откровенное декольте демонстрировало больше, чем скрывало, сужаясь к поясу. Ниже бледно-зеленая ткань пышными складками спускалась к полу, шуршащим мягким коконом укутывая ноги. Многослойные юбки едва ли не в полтора метра диаметром совершенно не мешали движению и не скрывали змеиной грации эльфийки. Под грудью до талии, по спине и бокам жалкие клочки ткани соединяли в жесткий корсет нити черного жемчуга. Практично, не стесняет движение и в сочетании с вызывающим макияжем выглядит сногсшибательно.
Разглядывая сие великолепие, Лина не сразу обратила внимание на речь принцессы.
– …а если не умеешь ходить нормально да боишься высоты, не шляйся где ни попадя! Тем более по такой погоде!
– А что погода? – рассеянно передернула плечами девушка.– Отличная погода…
Сьена резко замолчала, настороженно глядя на девушку.
– Любящий бурю да услышит… – пробормотала она удивленно.– Но если я вынуждена терпеть рядом с собой человеческую ведьму, тем более на торжественном приеме, то это будет сухая, чистая и накрашенная ведьма! А не… мокрое чучело! – яростно закончила она.
– Скорее мокрая курица,– потрясла головой Лина.– На каком торжественном приеме? Я?! Накрашенная? Никогда!
– Да! Марш в ванную!
– З-зачем?
– Торжества будут, понимаешь, торжества! – И где знаменитая на весь мир эльфийская невозмутимость? – По случаю хорошего настроения моего Повелителя. Впервые за сотню лет он что-то кому-то снизил! Уж не заболел ли? И потому следует облачаться соответственно с этикетом…
Искренняя дочерняя озабоченность психическим состоянием родителя развеселила девушку, и она, пофыркивая, наконец двинулась в ванную.
На выходе ее поджидала целая гора одежды. Первым делом надлежало обрядиться в… нижнее белье. Этот пикантный момент примерки очередного, весьма условно называемого одеждой комплекта и выбрал Тьеор, чтобы вернуться. Вместе с Лисом. Последний не преминул обвести внимательнейшим образом доступные его взору места и пренебрежительно фыркнуть.
– Было б чего смотреть! – ответил он показанному из-под рубашки кулаку.
Лина обиделась:
– Мне всего-то пятнадцать! Еще вырасту…
– Мечтай, мечтай!
Сьена погнала охальника прочь подвернувшимися под руку штанами. Заодно досталось и алхимику.
– Нашли место… – недовольно, но тихо, выразил свою мысль Тьеор, убираясь в лабораторию.
Ему вовсе не хотелось испытать на себе легендарный гнев властелинов, тем более по такому ничтожному поводу.
Действительно, гостиная – не лучшее место для переодевания. Тем не менее далее последовало длинное темно-золотистое платье необычного фасона. С длинными узкими рукавами, почти скрывающими пальцы, небольшим вырезом под самое горло и черной шнуровкой по бокам, от подмышек до середины бедра. Строгий силуэт расширялся колоколом, ворот и подол были отделаны черным кружевом. Платье отлично село по фигуре именно благодаря шнуровке, оказавшейся вовсе не декоративным элементом.
– Та-ак, лиссэ! Руки покажи!
Девушка послушно вытянула вперед ладони, чувствуя, как к коже льнет дорогой шелк. Ногти, кажется, она обкусала еще вчера.
– Как же вы, люди, себя запускаете! – с отвращением заметила Сьена, производя пару непонятных манипуляций, в результате которых руки Лины окутало облачко плотного и холодного синего тумана.
Когда он рассеялся, девушка с удивлением принялась рассматривать умопомрачительной длины маникюр. Черный!
– А теперь…
– Может, хватит? – Очередные косметические опыты уже начали вызывать у Лины легкие опасения.
Последним штрихом оказались золотистая помада, несмываемые тени на веки и магическая тушь для ресниц «Тройной объем». Распущенные волосы аккуратно улеглись под сетку из темно-коричневого янтаря.
– Ведьма! – сказала от души Лина зеркалу.
– Кто? – оторвалась от умиленного созерцания проделанной работы принцесса.
– Да вы, ваше высочество!
– Эт-то почему?
– Зачем из меня пчелку сделали?
Выдержанный в золотистой гамме наряд с черным кружевом и черно-желтыми прядями создавал легко узнаваемый образ.
– Не хватало, чтобы по залу ворона гуляла! У нас праздник, а не поминки. Человеческие…
– Уж лучше похороны, чем такое… – тихо заметила Лина, приподнимая подол и разглядывая ноги.
– Ах да! – Лина обернулась на ехидное восклицание.
В руках принцессы покачивались черные туфельки на шпильках. Трехдюймовых!
– Ни-ког-да! – уперев руки в бока, по складам заявила девушка.
– Посмотрим… – мелодично пропела эльфийка.
Ах, какой был бал! Замечательный! Хотя Лине было скучно. Да и можно ли назвать балом степенные прогулки среди барбариса разряженных в пух и прах людей и эльфов? Да еще все соблюдают этот пресловутый этикет. Неспешные разговоры о неизвестных Лине событиях и свежие сплетни о высшей знати вызывали зевоту, да еще и присесть некуда, а уж о традиционном застолье можно было только мечтать. Столы располагались вдоль стен в произвольном беспорядке и были заставлены экзотическими кушаньями в мизерных порциях. Улитки карликовые маринованные на листьях фиалки… брр! То один, то другой эльф непринужденно цеплял что-нибудь с тарелки, случайно проходя мимо. Разве можно наесться тарталетками с незнакомыми фруктами или виноградными листьями, нафаршированными потрохами, хорошо если птичьими!