Ученье – свет…
Шрифт:
Ах, осада! Романтика сражений и тайных вылазок…
Ага, как же!
Это, господа, прежде всего – скука смертная! Особенно когда в общем-то бодрящее кровь действо превращается в традицию или даже некое рутинное, надоевшее занятие. А уж если весь наличный состав, дежурящий на стенах, получил соответствующие указания и вас не пускают даже одним глазком взглянуть на творящееся в степи…
Лина маялась от скуки.
Вот так вот!
Заняться было совершенно нечем. Потренироваться тоже не с кем, потому что весь знакомый воинский состав либо находится на стенах, время от времени отражая пробные штурмы, либо пребывает в готовности номер один, не предполагающей развлечение захожих студенток.
В лаборатории не позанимаешься, потому что неожиданно протрезвевший магистр Зелеш запер дом и временно переселился в ближайшую к воротам таверну. Можно было, конечно, попытаться залезть в окно, стена вполне позволяла, но переселяться с соседнее с покоями шаманки помещение у Лины не было никакого желания. Даже на пару часов. Усиленные патрули курсировали по улицам, мгновенно пресекая безобразия и отлавливая нарушителей порядка, намерений причислять себя к которым у девушки не было. А вообще-то правильно, бдительность никогда лишней не бывает, потому что половина успеха орков во время осады любого форпоста строится на тайном проникновении и саботаже…
Все маги и алхимик то сидели на Совете, придумывая новые способы уничтожения врага, то обозревали окрестности, сидя на вершинах башен и выжидая удачное время для их применения.
Хорошо некромантам. Они-то кучковались при своем мастере, который использовал их как курьеров. Подай, принеси, передай приказ… так что все трое как ошпаренные целый день носились по городу (вообще-то правильно, от безделья начинает активно работать деструктивная мысль), и времени пообщаться с бедной несчастной ведьмочкой у них не было.
Да и Лина не бездельничала. Задание было получено, но ей уже на второй день надоело варить простенькие исцеляющие зелья, только деваться было некуда. На стену не пускают, в лазарет, где до сих пор не пришел в сознание очередной ее пациент, ведьмочка и сама не рвалась. Тем более что раненых там прибавилось, а достаточных моральных сил, чтоб непосредственно исцелять, шить и бинтовать, девушка в себе не находила.
Можно было просто прогуляться, но… это неинтересно. Жизнь в городе не прервалась, конечно, но как-то поскучнела, стала более добропорядочной, чему очень поспособствовал комендантский час, наступающий сразу после заката.
Посетив городскую тюрьму под предлогом встречи с шаманкой, она обнаружила, что и здесь царит скука. Ничто, даже конец света, не могло нарушить покой этого заведения, причем сидельцев можно было пересчитать по пальцам. Орк с почтовой станции, два неосторожных вора, бывший служащий арсенала, купец, посаженный за долги…
И еще Лейша – полуорка, порадовавшая Лину своей историей. Правда, вытягивать из нее слова оказалось утомительнее, чем таскать мешки с камнями. Но, взяв на вооружение ласковый ровный тон, который она хорошо запомнила после трехчасового допроса, и предложив пару медовых лепешек, ведьмочка сумела разговорить нелюдимую шаманку.
Все оказалось очень просто и грустно. Песнь Степи – это сложный ритуал, правильное проведение которого способно сконцентрировать в руках трех-четырех магов огромную Силу. Разумеется, разрушительную! Проводится он в течение как минимум декады, и постепенно вытягиваемая из мира энергия скапливается в выбранной жертве, а затем, видоизменяясь под воздействием тела и души, переливается в другого шамана. Все это сопровождается плясками и песнопениями, столь любимыми орками…
Почему жертва? Потому что тот, кто выбран концентратором, не переживает этой процедуры. Слишком большой напор Силы просто выжигает его изнутри.
Почему выбрали ее? Потому что она полукровка, рожденная украденной из города женщиной, с достаточным магическим резервом, всю жизнь проведшая под надзором стражи, к тому же именно для подобного ритуала и выращенная.
Как получилось, что осталась жива? Не знает. Помнит только долгую нарастающую дикую боль во всем теле, затем удар, резкий рывок, движение куда-то… Воронка Силы, раскручиваясь, хлестнула по находящимся в трансе шаманам. Затем темнота… очнулась на руках ошалевшего от разгула стихии наемника, с руганью тащившего ее в сторону города…
– Угу, дальше можешь не рассказывать! – удовлетворенно покивала Лина.– Вот скажи лучше, почему все осаждающие сейчас город и желающие поджарить тебя на медленном огне соплеменники пешие?
– Так ведь от такого удара лошади или взбесились, или пали… почти все.
– Логично,– задумчиво покивала головой девушка.– Шаманы, я полагаю, тоже находятся не в лучшей форме!
Лейша зло усмехнулась, сверкнув карими глазами:
– Те, что остались живы, наверняка.
– Ну спасибо за разговор,– поднялась с пола Лина.
Они по орочьему обычаю сидели на полу, скрестив ноги.
– Ты не знаешь, долго мне тут еще сидеть? – В голосе шаманки послышалось отчаяние, смешанное с ожесточенной надеждой кое-кого убить.
– Откровенно говоря, нет. А тебе что, не нравится? Тихо, спокойно, уютно…
Действительно, помещение не уступало по оформлению лучшим гостиничным номерам. Кровать под балдахином, ковры, решетки на окнах заделаны витражным стеклом…
– Мне скучно! – Прямо-таки крик души.
– Ты бы знала, как скучно мне!!
Посетила Лина и продовольственный склад. Забитые до отказа стратегическим запасом закрома навевали зевоту и убеждение в том, что голодным население города не останется. На полгода хватит! К тому же в голову закралась мысль, изрядно подпортившая настроение. А успеют ли прогнать орков до того, как им надо будет уезжать? И посчитают ли за уважительную причину опоздание по причине осады? Что-то сомнительно! И вообще собирается ли комендант уничтожать противника? И делать хоть что-нибудь, помимо разглядывания горизонта с видом умудренного жизнью философа?