Чтение онлайн

— Ну, как ты? — спросил у него Игорь.

— Не знаю пока, — с ошарашенным видом признался Вовка.

Ольга появилась, как всегда, спокойная и молчаливая. Они быстро сели в «БМВ», и Игорь рванул машину с места.

Услыхав милицейские сирены, братки — и купавинские, и зелепукинские — сразу свернули склоку и рванули на выход. Смяли появившихся в дверях местных охранников и скатились на первый этаж. Увидев через стеклянные двери проходной подъехавшие машины с ОМОНом, одной толпой ломанулись в обратном направлении. Выскочив через заднюю дверь, они подобрали легко раненного Жеста. Ему действительно очень повезло: он зацепился ногой за торчащую из земли железку и упал на секунду раньше, чем Ольга начала стрелять.

Затем убегающие братки врассыпную форсировали заводской забор. Не сразу устремившиеся за ними в погоню омоновцы схватили только нескольких самых неудачливых.

Серега Жест, поддерживаемый Сашкой Стрижом, перелез через забор рядом с административным корпусом. Они с Сашкой верно рассудили, что сейчас все омоновцы устремились в другие стороны и здесь, фактически у них под носом, безопаснее всего. Перебежав улицу, они уже спокойнее пошли между старыми домами и, только отмахав квартал за комбикормовый завод, вздохнули с облегчением.

— Сильно зацепило, братуха? — поинтересовался Стриж у Жеста.

— Ерунда, как гвоздиком царапнуло. — Сергей сплюнул на землю и добавил раздраженно: — Хорошо стреляет, сучка драная!

— Она и машется не хило, — поддержал его Стриж и тут же сообразил, что с Сергеем они в некотором роде враги, только сейчас у них перемирие — и то случайно.

Жест подумал то же самое. Братки посмотрели друг на друга и сдержанно попрощались. Стриж культурно предложил посадить Жеста на мотор, тот вежливо отказался. Стриж пошел направо, а Сергей налево. У каждого внезапно появились неотложные дела. Переходя Сергиевскую, Сергей остановился, чтобы пропустить грязную иномарку «БМВ» третьей модели, вывернувшую снизу.

Скользнув взглядом по лицу водителя, Сергей сунул руку за пистолетом и скривился в досаде, вспомнив, что он его бросил на заводе. За рулем «БМВ» сидел тот самый парень, а рядом с ним та самая телка, что вчера были в бане, а сегодня спокойно вошли на завод и так удачно его покинули. Те самые, из-за которых все неудачи Жеста и начались!..

«БМВ», повернув, поехала направо от Сергея, он проводил ее взглядом. Сашка Стриж, не успевший далеко отойти, оглянулся и тоже посмотрел на машину. Обоим показалось, что наконец-то все понятно…

Примерно час спустя вернувшийся на базу Жест докладывал Купаве о последних событиях. Подтянулись с небольшим опозданием еще пацаны, вырисовывалась неприятная картина. Двое не появились, и следовало ожидать, что вот-вот начнут щемить менты из РУОПа, выясняя, что, да зачем, да какого хера. Товар вернуть не удалось, схлестнулись с зелепукинскими. Опять нарисовалась незнакомая бригада, и опять она вышла в дамки… Купава слушал, что ему говорят быки, и просто дрожал от бешенства. Он часто гладил лоб маленькой ладошкой, и два перстня с бриллиантами пускали яркие искры.

Гаврилыч морщился и хмурился, а может, и улыбался зловеще — у него и не поймешь!.. Он барабанил пальцами по столу, никак иначе не выказывал свою озабоченность — сидел, как статуя, не шевелясь. Надька-бухгалтер перебирала бумаги на краю стола и внешне была очень спокойна, только иногда поджимала красивые губы.

— Ты понял, Витя, ты понял?! — орал Купава Гаврилычу. — Это Телега беспредельничает! Нельзя больше терпеть, иначе и последняя уборщица в морду плевать будет!

— Чего уж не понять, теперь-то ясно, что с товаром получилось. Эйнштейн этот давно у Телеги на очистке наркоты сидел. Ему и героин наш отправили — для анализов.

— И драку в кафе этом сраном нарочно устроили, чтобы с товаром кинуть!

— Я вот что думаю. — Гаврилыч щурил маленькие глазки, но кроме хитрости в них уже читалась смертельная ненависть. — А не нарочно ли Телега нам и Вову этого, художника, подсунул?

— Ты думаешь, что провел, как лохов последних? Засаду устроил, а мы туда и сунулись?! — Купава спросил это у Гаврилыча, а сам поймал взгляд Жеста и впился в Сергея глазами так, что тот, наверное, и внутри весь вспотел, не то что снаружи…

Но Сергей порядки знал и взгляда не отвел: смотрел прямо и открыто, зная, что от этого сейчас зависит его жизнь. Только отведи глазки — завтра же найдут твою головенку на одном конце города, а яйца на другом, и не поймешь сразу, чего жальче.

— Ага! — Гаврилыч кивнул, получив подтверждение своим мыслям. — Они думали, что мы, как лохи, сунемся малым числом, аккуратненько, тут бы они нас и покоцали. Не подумали только, что мы так плотно займемся, многовато наших было, поэтому и не схавали всех.

Надька-главбух подняла голову и, не обращаясь ни к кому конкретно, спросила:

— Почему менты так быстро приехали, как будто приготовились заранее?

Купава потер ладони, будто они у него замерзли, и посмотрел на Гаврилыча, потом на Надьку.

— Это хороший вопрос, — уже тише и спокойнее сказал он и замер, вперившись взглядом в пространство, но, как бы стряхнув оцепенение, поинтересовался: — Ну а как там наши дебет с кредитом? Пока нормально или тоже все идет в жопу?

Надька повела на босса задумчивые глаза и слегка усмехнулась:

— Здесь-то будет все как надо. — Она помолчала и добавила тише: — Но если ситуацию не переломить в корне, мы потеряем все заделы. Конкуренты имеют реальные возможности потеснить нас. Слишком много времени уже потеряно, а это проигрыш.

— Значит, война, — не спросил, а констатировал Купава.

О Жесте словно и забыли после этих слов. Предельно накаленная обстановка требовала жесткого и однозначного решения. Купава и Гаврилыч подходили к мысли о войне каждый со своей позиции, и в их глазах уже загорались опасные боевые искры.