Чтение онлайн

– Но ведь она его больного бросила! – всплеснула руками жена.

– Говорит, сама больная была, и боится, что Ванька ее убьет. И что делать, не знаю. Может, денег предложить заразе?

– Не возьмет она денег, я уже предлагала ей. Все, говорю, бери, только отдай внука! – Тамара Васильевна заплакала.

– Прибить надо было и ее, и хахаля сразу, и вся недолга. Да я опасался, что Ваньку тянуть начнут и выбивать, кто это мог сделать. Значит, деньги ей не нужны? Но ради чего ее Гришка-то прихватил? У него же баб ой как много. А тут прилип, не отклеишь. Ну, ежели Ванька дойдет сюда, он вам любовь обломает! Не понимаю я, почему нам Лешку не дают? Вона по телевизору только и твердят: усыновляйте, дети вас дожидаются в приютах. А тут, ядрена горечь, внука единокровного не отдают! Что же делать-то. Хорошо еще, ты не поехала, а то бы точно там и свалилась. Ее судить надо, ведь сына больного бросила, а тут приболела она, оказывается. Мы, выходит, чужие внуку нашему. Чует мое сердце – правду мужики баяли, специально тогда Ивана к Гришке заманили, чтоб в тюрьму посадить. Надо было ему в тот раз и прибить эту кукушку.

– Так ведь тогда бы его на пожизненное посадили.

– А он на него сейчас идет, вернее, уже пришел. Шестерых армейцев положил Ванька-то. Умка ему помощь в этом деле оказал и себя в больнице зарезал, чтоб ментам не даться. Ивана убьют при аресте, солдатня сейчас зла на него. Я уж прошу у защитника нашего небесного, – он перекрестился на старую икону в углу, – чтоб дал Ваньке до этой кукушки добраться. А уж потом пускай делает с ним все, что захочет.

– Да что ты такое говоришь? Ванька же сын наш, а ты ему смерти желаешь! Ты его таким сделал, Афанасий, ты научил его…

– Убивать армейцев я никогда его не учил, у них тоже отцы и матери имеются. Сбег, чтобы бабу свою прибить с хахалем и ментов, которые тебя усадили, так иди и убей. Но не трогай тех, кто тебя ловит. Сделают все, чтоб и тебя убили. Шансов, что он доберется до кукушки, очень мало.

– Какой же ты!.. – Жена всхлипнула и ушла в другую комнату.

– Да уж такой, – проворчал Афанасий.

Поселок Белка

– Да могут они забрать пацаненка, – кивнул Михаил. – И делать ничего не надо.

– А я сказал им, что нет, – возразил Василий Демьянович. – Ванька угробил бородачей моих, егерей. А без них помощь оказывать Афанасию я не стану. Мне иконы нужны. И с Лукой не договориться теперь. Белый Медведь, Умкин, все-таки спас Ваньку, а обещал мне подмочь его прихватить. И себя кончил, гнида. Вот где теперича…

– Ивана баба ищет, – вмешался рослый парень. – Я слышал, как участковый с кем-то по телефону говорил, и ему приказали, если встретит, оказать ей помощь.

– Точно слыхал? – спросил Антон.

– Ей-богу, – перекрестился парень двумя пальцами. – Я ж был у него.

– Пошли к менту, Мишка, – кивнул брату Антон, – и все узнаем.

– Я этого мусора, – процедил Василий Демьянович, – к муравейнику привяжу. Хотя до лета ждать не стану, по-якутски на мороз выброшу и мизинцы на ногах отрублю для запаха, чтоб замерзнуть не успел до того, как росомаха или волки не откушают. Так ему и сообщите мое решение.

– Значит, поохотились? – усмехнулся участковый. – Видок у вас, конечно, тот еще! – коснувшись фотографий убитых, хохотнул он. – Хорошо, меня туда не посылают. Демьяныч, наверное, злится, но уйти не могу, приказано постоянно быть на связи. Баба еще эта, сучка московская… И что за нее так волнуются? Отпустили, а теперь переживают. Может, думают, она их на Ваньку выведет? – Он рассмеялся.

– Весело живешь, – услышал он голос Михаила и, повернувшись, увидел обоих братьев.

– Я сказал Тишке, – быстро начал участковый, – что…

– А почему сразу сам не доложил? – подошел к нему Антон.

– Так я постоянно должен у рации быть. Домой и то не ходил уже почти…

– Если так, – перебил Михаил, – живи. Но не зли батю. Что о Денове слышно?

– На линии поисковиков ничего нового. Но я тут вышел на белочников, их пытались ограбить. Правда, они сумели бандитов взять. И еще о Денове говорили. Какая-то баба его ищет. А белочники оставили ее у реки Оленёк, у скал.

– Дальше, – потребовал Михаил.

– Значит, Денов там появится. Но за бабой этой обещали присмотреть охотники на волков. Они в том районе какую-то стаю добивали. А тут появились поисковики, волки и ушли. Поисковики вроде как и на них рассчитывают. Денов ведь шестерых уже угробил…

– Понятно, – кивнул Михаил. – В общем, слушай, Толик, узнаешь что-нибудь, сразу к нам пулей, понял?

– Да не могу я, вы лучше оставьте кого, хотя тоже нельзя, вдруг кто-то зайдет, а у меня посторонний. Сотовый, – сообразил он. – Как что узнаю, сразу вам позвоню.

– Годится, – согласился Михаил. – Только если, не дай Бог, не позвонишь – хана тебе сразу же!

Тикси

– Конечно, – кивнул врач.

– Нам нужен адрес его матери, – сказал мужчина средних лет.

– Сейчас вам его дадут. Я слышал о центрах, где такие операции делают бесплатно, но говорят, там очереди большущие. Значит…

– Адрес, пожалуйста, – перебил его мужчина.

– Вот! – Девушка в белом халате протянула листок.

– Бывает, врачи не знают адреса. А у вас, значит, под рукой. Спасибо и до свидания. – Мужчина вышел.

– Кто это, Илья Павлович? – удивленно спросила девушка.

– Из Москвы. Странно, почему интересуются именно этим?

– А почему он спросил адрес?

– Просто проверял, знаем ли мы, где его родители.

– Адрес верный, – сказал по телефону мужчина. – Везите ее сюда.

– Как ты там, Алик? – спросил женский голос. – Не нашел еще себе пассию?

– Работа на первом месте. Я остановился в гостинице «Северный полюс», но прием на удивление теплый, – рассмеялся он. – Сегодня сделаю и остальное. Надеюсь, там тоже проблем не будет.

– Она не звонила? – тихо спросил Андрей Васильевич.

– Нет, – ответила Нина. – Знаете я, конечно, понимаю, насколько это опасно, но Ирина, пожалуй, правильно решила. Ведь она все равно не сможет с этим жить. А если она узнает…

– Нина, – перебил ее Войцевский, – ну зачем вы так говорите? Если бы я не понял, что вы пытаетесь успокоить меня, перестал бы с вами разговаривать.

– Извините, Андрей Васильевич, но я просто не знаю, что сказать.

– Со мной все будет хорошо. Сейчас я не имею права болеть, а тем более умирать. Маша останется одна, Лиза в больнице, и если со мной что-то случится, она не выживет. А Маше всего семнадцать. Конечно, я уверен, что вы поможете ей, но у вас своя жизнь. Спасибо, что не оставили меня, помогли Ире, поддерживаете Машеньку. Спасибо. Когда я узнал, что она выжила, я боялся, – всхлипнул он, – очень боялся увидеть дочь. А когда увидел, то… – Андрей Васильевич заплакал.