Чтение онлайн

– Трудно сказать… – Семен Аркадьевич подошел к карте. – Я не бывал в тех местах. Да и изучив их, невозможно найти человека, который вырос там. Да-да, именно вырос. Иван прекрасно ориентируется на местности.

– Мы знаем район только по карте. Применение собак зимой невозможно. Будем надеяться на то, что Денов оставит следы.

– Но Войцевская рассказала, что Денов следов не оставляет. Сейчас в том районе снова пошел снег. Значит, следы Денова очень скоро исчезнут. Вполне вероятно, что он пошел навстречу группам и пройдет мимо них. Группы в основном сосредоточены на востоке, а Денов может пойти на запад. Сейчас вся надежда на вертолетный поиск.

Район пятого квадрата метеоточки

– Что с ней? – тихо спросила Татьяна.

– У нее было сотрясение мозга, – ответил врач. – Рана на ноге. И она сильно ослаблена, что вполне понятно. И нервы взвинчены до предела. Она в любой момент может впасть в истерику. Столько дней в обществе бандита, да еще и людоеда. Знаете, непонятно, как она выжила. По крайней мере трое суток она была в забытьи. Неужели этот бандит поил ее, кормил? А кормить в тайге зимой… – Он покачал головой.

– Ирина! – В дом ворвался Войцевский. – Дочь! Иринка!

– Вы кто? – шагнул к нему Михаил с ружьем в руках.

– Он отец этой женщины. – В дом вошел Лосин и показал удостоверение.

– А как вы здесь оказались? – спросил Михаил.

– Двигатель медицинского вертолета работает, поэтому вы не услышали наш, – сказал, входя, Мухин. – Как она, доктор?

– Ирочка, доченька, – присев рядом с лежащей на кровати Ириной, бормотал Андрей Васильевич.

– Я дал ей снотворное. Она измотана, крайне раздражительна, и ей необходим сон, – объяснил врач.

– Поговорите, когда она проснется. – Лосин отвел Войцевского в сторону. – Вы посмотрите его, доктор, у него что-то с сердцем. Когда к вам собирались, он за сердце держался и таблетки пил. Нитроглицерин, – вспомнил майор. – У него в кармане были.

– Непременно. – Врач подошел к Войцевскому. – Зоя, – кивнул он сестре, – измерь давление.

– С ней, – Лосин посмотрел на Ирину, – все нормально?

– На удивление почти, – ответил врач. – Но сейчас ей необходим полный покой. Я забираю ее в Тикси. И никаких возражений.

– Да что вы, – улыбнулся майор, – конечно. Но и отца возьмите.

– Двести сорок на сто пятьдесят, – сообщила медсестра.

Врач быстро подошел к Войцевскому.

– Давайте, ребята, – усмехнулся Иван, – пошарьте. Надеюсь, район уже оцеплять начали. Это сколько же вам народу понадобится! – засмеялся он. – Я вам оставил местечко, будете думать, что я внутри. Мне бы до Натки с ее хахалем добраться, а заодно Торовых навестить. Сожгу я себя вместе с ними. Все равно это уже не жизнь, когда на тебя, как на шатуна, охоту объявили. И не хочу я вас убивать. Не хочу, чтоб чья-то мать проклинала меня. Не доводите до греха. Если один раз убью, дальше по трупам пойду. Потапчук верно говорил: кровь прольешь – поймешь, что ты тоже смертен, и все… – Иван вздохнул. – А я очень к этому близок. Хорошо еще Ирка попалась, удержала. Даже когда ее спутник… – Он покачал головой. – Я дойду и убью гадину. А там будь что будет. Сын, когда вырастет, наверное, поймет. Но если его отец воспитает, то будет второй я, только хуже. За меня мстить будет. Отцу уже шестьдесят восемь. Может, мама сумеет на себя воспитание взять. Если я эту сучку не убью, она рано или поздно постарается забрать Лешку. Убью я Натку, иначе все зря. Убью! – Иван услышал рокот вертолета и осторожно, чтобы не осыпать снег с ветвей стланика, присел под них. Вертолет пролетел низко. – Не ждут они, что я на запад двинусь. Ирка им, конечно, все рассказала. Заимку не найдут, она не помнит где. Хотя, может, и отыщут. Да заимка мне больше не понадобится. Оружия нет, жратвы дня на три хватит. Потом лунки сделаю. Правда, я не знаю местность. До границы с Эвенкией еще порядочно. А южнее – Огонек. Может, туда? Нет, не дойду, далеко очень. И нарваться могу, там постов полно. Отойду на сутки и отдохну. А может, в Сибирское плоскогорье войти? Там Тупах со своими. Он примет и поможет. Менты о нем не знают. Нет, время потеряю, хотя мысль неплохая. Попробую обойти гряду Росомахи, а если не получится – пойду к Тупаху. Или в пещеры к Монаху? Нет, а то попаду на жертвоприношение и меня запросто жертвой пустить могут. Вот, блин, жизнь они себе выбрали! Правда, своих шаман не пускает в огонь очищения, понимает, что самого потом сжечь на хрен могут… Короче, иду на гряду Росомахи, там и отсидеться можно. А записку я оставил в заимке… Батя наверняка послал кого-то. Но до Озерков мне не добраться. Они пройдут их, когда начнут район оцеплять. Пятый квадрат, – усмехнулся он. – Видел я карту, разбитую на квадраты. Озерки уже в четвертом. По гряде попробую обойти, – решил Иван. Он достал кусок промерзшего мяса и стал есть. Из-под взятого в заимке тулупа вынул литровый термос и сделал несколько глотков.

Сопки

– Все, – сказал капитан ВВ, – обложили зверя. Теперь прочесывать начнем. Передайте всем группам – огонь на поражение сразу. Нечего с ним канителиться.

– А если он на запад пошел? – спросил рослый омоновец.

– Не пойдет он туда, – возразил майор ВВ. – Ему в свои Выселки надо, туда он и будет рваться. От метеорологов он ушел в направлении Рыжухи. Значит, так и дальше пойдет, хана ему.

– Первый, я пятый, – раздался голос в передатчике. – Мужчина на лыжах. Пытается уйти в сторону хребта. Без оружия. Веду преследование!

– Лодкин, стреляй! – приказал майор.

– Стой! – крикнул солдат. – Стрелять буду!

Бежавший вверх по склону лыжник свернул за заснеженные кусты. Простучал автомат.

– Уйдет сука! – крикнул старший лейтенант. – Сейчас вниз и уйдет! Бей, Лодкин!

Невысокий солдат со снайперской винтовкой прижал приклад к плечу. Хлопнул выстрел. На мгновение показавшийся из-за ели лыжник, словно споткнувшись, упал.

– Есть! – крикнул офицер.

К упавшему бросились пятеро солдат на лыжах. Справа приближались лыжники в белых маскировочных костюмах. Первым к лежащему лыжнику подбежал прапорщик. Остановился, палкой повернул лицо убитого и выругался.

– Он? – спросил подоспевший капитан.

– Якут какой-то! – зло ответил прапорщик.

Капитан выматерился. Подбежавшие солдаты и спецназовцы молча смотрели на лежащего. Прапорщик снял лыжи, проваливаясь в снег по колено, подошел к убитому и стал его обыскивать. Вытащил из-за пояса сзади наган. Покачал головой:

– Не просто так мужичок бежал. Наверное, на Денова выйти хотел. Смотрите, – он вытащил скомканный платок и развернул, – семь патронов от револьвера.

– Что у тебя, Лодкин? – раздался голос из переговорного устройства. – Ушел или…

– Не ушел, – ответил капитан. – Только это не Денов, якут какой-то. Ствол у него и семь запасных патронов.

– Значит, к Денову шел.

– Не думаю. С наганом и семью патронами? Больше при нем ничего нет. Бежал он, хотя слышал, что предупреждали о том, что будем стрелять. Не Денов это.

– Опачки! – Егор присел и, сняв с плеча карабин, передернул затвор. – Не по Ваньке ли шпарят?

– Нет, – ответил Латыш. – Помнишь, лыжню у скалы видели? Его там шлепнули. Он в ту сторону шел.

– Хорошо, коли так. А если Ваньку, можно гроб готовить, нас дядька Афанасий зароет…

– Он без гроба. Яму копают, туда и суют. И потом бульдозер засыплет. Я видел, как он двоих хоронил. Они его лошадь убили. Помнишь, два года назад приезжали?…

– Да. Надо отваливать, а то и нас положат.

Тикси

– Вот и есть первый труп, – сказал Калугин. – Не верится мне, что сначала пытались остановить его криками. Наверное, сразу на поражение били.