Чтение онлайн

Ведь зерну надо отдать многое, чтобы оно взошло и питалось этой силой, а не скудными остатками плодородия мертвых, отравленных почв Альянса.

Зерно со склада доставляли грызлами в хранилища столиц провинций, учет вели очень точный. Буквально каждое зернышко сберегали… Оттуда распределяли по малым складам и выдавали фермерам. В одном случае необычность груза, увы, заметила ведьма. Точнее, видели многие, но молчали. Потому что очень нужен хлеб. А эта не смолчала. В звании капитана, жалкое и никчемное существо. Именно по ее наводке произошел первый поджог дагами зернового склада. Потом началась настоящая охота.

К середине зимы корпус уничтожил вроде бы немного — пять процентов от общего размера запасов.

Ведьму, из-за которой сгорел первый склад, по службе не продвинули и не повысили до майора. Гражданские власти умудрились получить от всех шести черных ведьм в звании генеральш заключение о безопасности зерна для посева и последующего употребления в пищу. Пожары временно прекратились. А доносчицу застрелил на улице один из разорившихся фермеров. Одним выстрелом ее, вторым — себя… Дома у самоубийцы нашли предсмертную записку. Мол, пусть нас судит Сущий, больше никому нет веры…

Скрыть происходящее оказалось трудно. В двух районах к весне зрели голодные бунты. Но даги по-прежнему желали ликвидировать «ядовитое» зерно. Корпус ведьм впервые отказал им в помощи, хотя получил официальный запрос.

Даги оплатили работу трех ведьм-нелегалок и выдвинулись из городов на фермы.

Что там творилось, доподлинно неизвестно. Однако здесь, вне Альянса, знают другое. Президент Альянса получил из неких независимых источников полный отчет по состоянию так называемой продовольственной безопасности — и ужаснулся. Цифры столь разительно отличались от официальных! А кроме того, имелся прогноз падения плодородия, модель вероятного изменения климата — и так далее. Вплоть до всестороннего рассмотрения вариантов использования зерна в производстве автомобильного топлива: резервуары пустеют, а месторождения нефти фактически исчерпаны.

Зерно, вне зависимости от его «странности», разрешили сеять — уже указом высшей власти страны. Только дагам этого показалось недостаточно. И они по-прежнему выслеживают склады, поджигают их тайком. Глупо? На первый взгляд да. Но вот если приглядеться — не глупо, а страшно. Волнения усмирять приходится полиции. Ей и достается вся накопившаяся злоба. А даги желают отсидеться в стороне. Чистенькими. Накопить силы и затеять новую интригу, пока другие пытаются хоть как-то наладить жизнь.

Кира еще раз погладила морду грызла и пошла в дом Эриль, слушать невеселые новости. Скорее всего, сегодня ночью опять горело зерно, что еще могло так рассердить королеву? А ведь зерно охраняют! И хорошо, надежно.

Сэльви сидела, уже почти спокойная. Пила чай и вздыхала.

— Опять?

— Да. Небольшой склад на севере Тампы. Только теперь даги прибыли на место пожара первыми. И заявили, что поджог — дело рук эльфов, сами они ни при чем, как можно… Нашли меч из реквизита этого их Тиэля. Плащ, еще какие-то абсурдные доказательства. Сенат Тампы стонет и заламывает руки. Там все давно знают, откуда хлеб. И очень боятся, что мы не пришлем вторую партию. У них посев через две недели начинается. Рановато, но городские ведьмы обещали, что с заморозками сладят. И откладывать нельзя: вот-вот начнутся перебои в снабжении хлебом. Дагов вызвали на самый верх и сказали им, что, если не уймутся, найдется еще один эльф, на сей раз — уже в корпусе «Ясный день». И он за все ответит, несмотря на свое генеральское звание. Вроде даги вняли и обещали успокоиться. А народ снова готов в них верить.

— Я сама верила, — виновато призналась Кира. — Тяжело это — менять взгляды.

— Тяжело. Утром в Тампе после долгих просьб получили прямой канал для связи с Риром, то есть королем. И официально внесли прошение о переносе Барьера, подтвердили готовность подписать любые условия. Сказали, у них больше нет сил. Они просто не переживут следующую зиму.

— И что король?

— Думает. Провинция маленькая, приграничная. Вымерзло у них в зиму все. Голод будет, это уже понятно. Жаль их. Оттуда даже даги по большей части сбежали — нечем больше поживиться. Я разговаривала с леснийцами, от Тампы до них рукой подать… Они согласны принять на себя все проблемы. Маги у них есть, да и мы вмешаемся. Порядок наведем быстро.

— Надо помочь, — энергично кивнула Эриль. — Хватит твоему малолетнему внуку рисковать там. Мальчику всего-то сто семьдесят два, ему по нашим правилам не положено во взрослых опасных делах участвовать.

— Мальчик упрям, — согласно нахмурилась Сэльви. — Но ему не станет проще и спокойнее после перемещения Барьера. Как и Диаль, застрянет там надолго. Ох и наплодили мы советников и тех, кто поставляет информацию самим советникам! Сперва их стараются убить, потом умоляют не уезжать и не бросать несчастную страну на произвол судьбы. Или еще интереснее, чисто по-человечески: то и другое происходит одновременно. Эльфы в представлении людей — кровожадные, но совестливые.

— Не ворчи, у тебя не получается казаться злой, — посоветовала Эриль. — Сиди пей чай и жди. Скоро Рир даст разрешение на перенос Барьера.

Кира торопливо отхлебнула свой чай, очень горячий. Но девушка этого почти не заметила. Неужели она своими глазами увидит, как королева смещает стену и часть Альянса присоединяется к нормальному миру? Надо позвонить Жанне. Той, которая мазвдиспетчер. Она с севера. Наверное, обрадуется и приедет: Тампа — ее родная провинция, пусть и не осталось там никого и ничего. Хотя… не приедет. Она теперь хуже мамы! Платки носит, поклоняется Рахте и рьяно изучает историю Дэйгэ.

Светловолосых хорошеньких женщин там быстро замечают. Ухаживать местные мужчины умеют бесподобно. И вообще, это их необычное для иных стран покровительственное отношение обезоруживает. Странная смесь уважения и великодушной снисходительности.

Все спасенные из Альянса знают про угнетение женщин на востоке, стараются туда не попадать. Но, случайно оказавшись в солнечной стране, удивительно быстро теряют свое стремление к свободе. Кира пожала плечами. Многие ее подруги, рожденные и выросшие в Дэйгэ, куда более независимы, чем приезжие. Странно. Надо спросить у королевы, что она думает о Дэйгэ.

Кира попробовала допить чай и обнаружила, что успела-таки сжечь нёбо. Жалобно вздохнула. Заметили и Эриль, и Сэльви. Засуетились, стали лечить.

Телефон на столе, как ему и положено, задергался и запищал в самый неподходящий момент. Королева охнула, смахнула чашку, торопливо на ощупь стараясь взять трубку. Эриль довольно кивнула — к счастью. Если эльф что-то разбивает — это не случайно. А уж когда за посуду принимается сама королева, которая к тому же ведьма, стоит вдвойне порадоваться.