Чтение онлайн

– Я не знаю, что вы имеете в виду, но вы мешаете мне смотреть телевизор.

– Матч «Янки» с Детройтом? Впервые в жизни вижу девушку, которая пришла в самое дорогое кафе Вегаса, чтобы посмотреть бейсбольный матч, – Чески посмотрел на МакКуина. – Садитесь, детектив, познакомьтесь, пока шаркаете стулом: Сандра Эрикссон, секретарь мистера Малкольма. Вы позволите узнать, мисс Эрикссон, почему вы вместо того чтобы спать в Нью-Йорке и готовиться к завтрашнему рабочему дню, сидите в Вегасе и пьете коктейль?

– Вы меня с кем-то путаете, детектив…

– Откуда вам знать, что я детектив?

– Вы блистали своим значком при входе, – девушка качнула в руке бокал. – Повторяю: отвяжитесь от меня, пока я не вызвала копов Вегаса, чтобы те выяснили, что здесь нужно копу из Нью-Йорка.

– В одном вы, безусловно, правы, мисс, – не переставая улыбаться, проговорил Чески. —

Я называю вас чужим именем и формально всё выглядит так, словно я что-то путаю. Однако мне достоверно известно, что вы не Сандра Эрикссон, хотя и имеете паспорт на её имя, поскольку Сандра Эрикссон в данный момент летит в самолете на баскетбольный матч с Ютой. – Чески качнулся на стуле и сказал зависшему над столом официанту: «Пошел вон!». – Вы тоже это знаете, но ещё более удивительным для меня является то, с какой легкостью простая американская женщина замечает разницу в значках полиции штатов. Послушайте, вы мне милы на том основании, что мне мил человек, оставивший вас здесь, чтобы вернуться. Что-то мне подсказывает, что негодяй не стал бы спасать женщину, рискуя жизнью, и не принялся бы опекать её, таская за собой из штата в штат, точно зная, что любая женщина в его деле – обуза. Давайте, попробуем проникнуться друг к другу пониманием, мисс?.. Как вас зовут? Искренний ответ на этот вопрос я приму как желание пойти мне навстречу.

Сандра посмотрела в лицо человеку, который сразу показался ей умным и тактичным, и подумала, что именно взгляда этих серых глубоких глаз ей так не хватало все эти дни.

Стараясь стряхнуть наваждение, она попыталась убедить себя в глупости своих выводов, ведь у ее собеседника были такие толстые, покрытые потом щеки, такой огромный живот, и к тому же затасканный пиджак и неряшливая прическа, но все равно выходило так, что он не вызывал у нее отвращения.

– Мистер, было бы лучше, если бы вы направились в офис «Хэммет Старс» и спасли жизнь человеку, о котором только что говорили…

– Что он задумал? – спросил МакКуин.

– Видимо, вы недостаточно информированы об этом человеке, если задаете такой вопрос, – усмехнулась девушка. – Никому не известно, что в следующую минуту может предпринять мистер Мартенсон. Может затопить Нью-Йорк, начать играть в пул, раздать карты в казино напротив, а может позвонить вам сейчас и сказать, чтобы вы убирались к черту. Всё зависит от обстоятельств, но и тут вы вряд ли сможете предположить что-то конкретно. Если же вам нужна правда, и вы, действительно, не хотите причинить ему вреда, то я сообщаю вам: в настоящий момент Эндрю Мартенсон направился в офис, чтобы найти там человека по имени Малкольм. Это мне известно настолько же верно, насколько я уверена, что имею дело с офицерами полиции из Нью-Йорка, находящимися в Вегасе инкогнито. Вы работаете на грани фола, нарушая юрисдикцию полиции другого штата, и только ваша безбашенность позволяет мне сейчас с вами разговаривать. Вряд ли вы хотите убить Мартенсона, – наоборот, хотите надеть на него наручники, и в глазах ваших, детектив, я вижу искренность. Сейчас все играют не по правилам, начертанным в инструкциях, и это кажется мне забавным.

– Вы слишком рассудительны для секретарши, – подумав, проговорил Чески, – слишком…

– А в ваших глазах слишком много грусти для добросовестного полицейского. Я же говорю – тут все удивляют друг друга, но никого это не шокирует. Русский уголовник повязал всех своими принципами, заразил ими и сбил с пути истинного. – Сандра допила коктейль и поставила бокал на стол. – Детектив, вы, верно, размышляете, каким образом пристегнуть меня наручниками к машине, чтобы я не убежала, пока вы ищете Мартенсона? Не знаю, смогу ли я вас разубедить, но знаю, что не уйду из этого кафе, пока на моих глазах Мартенсон не выйдет из офиса, либо пока его не вынесут в черном мешке коронеры.

– Кто вы, как ваше имя? – строго спросил Чески.

– Сейчас это не важно. Важно, что пока вы тут точите лясы, интересующего вас человека могут убить.

Чески думал долго. МакКуин дважды многозначительно поглядывал на него, теребя наручники в кармане, но не смел сказать ни слова. Когда же наконец Чески встал, МакКуин заметил, что он положил на стол свою визитную карточку.

– Что бы ни случилось, мисс, я хочу, чтобы вы позвонили мне по этому телефону.

Дойдя до двери вместе с МакКуином, Чески попросил его подождать и вернулся к столику. Наклонившись над ним, он тихо добавил:

– И при этом вовсе не важно, чтобы мы говорили о Мартенсоне.

На пороге он ещё раз обернулся. На лице девушки уже не читалось отчаяния. Она вертела в руке карточку и смотрела на неё с загадочной улыбкой. Их взгляды встретились, и Чески смущенно заторопился к выходу. Усевшись на сиденье, он глухо пробормотал:

– Туда, куда мы не доехали…

Через минуту вниманию их предстала странная для элитного места по меркам Лас-Вегаса, картина: у входа на территорию здания, были припаркованы две машины.

Первая, Cadillac Vizon 2002 года выпуска, явно ярмарочный вариант, стоял чуть под углом к центру входа, и водительская дверь его была распахнута настежь.

Второе средство передвижения вызвало у Чески недоумение. В США таких отродясь не выпускали, а на руле значилась эмблема: «ЗИЛ». Что это такое, Чески не знал, однако в машинах толк понимал, а потому, когда заглянул под вздыбившийся холмом капот и увидел двигатель, мгновенно проникся к авто уважением. Литров в этой тачке было никак не меньше семи, а лошадей – не менее трехсот.

– Самый подходящий кандидат для программы «Тачку на прокачку», – констатировал Мак-Куин, обходя машину со всех сторон. – Вы не знаете, сэр, где в Лас-Вегасе можно так убить машину?

Детектив был прав. Город Лас-Вегас один из самых благополучных в США в части строительства дорожных коммуникаций и парковок. Если на этом «ЗИЛе» не ездили брать кабана на окраину Массачусетса, то можно было предположить, что он съехал с эстакады и перевернулся. Оба бампера болтались, капот был вывернут, краска облуплена, словно машину ошпарили кислотой из медного таза. Картину довершали выбитые стекла и гнутая рама-держатель ветрового стекла. Крыло справа было помято, дверь тоже, правая фара отсутствовала, левая была расколота.

Чески приблизился и потрогал капоты обеих машин. Температура одинаковая, двигатели разогреты до предела. Чески усмехнулся, представив, что Малкольм ехал одной дорогой, а Мартынов, чтобы сократить путь, двигался по другой. Оттого такая разница в состоянии машин.

А потом он увидел парковавшийся в пятидесяти ярдах от первых двух автомобилей чёрный, невероятных размеров джип «Навигатор» с пустым салоном, взял этот факт на заметку и двинулся следом за торопившим события и уже входившим в здание МакКуином.