Чтение онлайн

Ехать в офис «Новых Окон» отказался, и мы встретились у здания чешского посольства, где она познакомила с неким Иржи Высмеком. С ним, не спросив даже документов, нас пропустили на территорию другого государства. По просьбе Татьяны Васильевны выдал свой экспромт, а Иржи в ответ пообещал найти чешских инвесторов. Во все это верилось с трудом, но на какое-то время я стал частым гостем квартала на улице Гашека.

– Анатолий Афанасьевич, вы куда пропали? – позвонил как-то бывший сотрудник Евдокимовой Колескин, о существовании которого даже позабыл.

– Никуда я не пропал, Николай. Просто ушел из «Новых Окон».

– Так я и знал, – рассмеялся Колескин, – Правильно сделали, Анатолий Афанасьевич. Мы с Кочетковым тоже решили уйти. Вот только не знаем, куда. Поговорили и вспомнили о вас. Так что рассчитывайте на нас, Анатолий Афанасьевич, – предложил он.

В чем рассчитывать?

Как-то раз прямо с утра позвонила Евдокимова:

– Ну, Толя, на ловца и зверь бежит. Вчера в электричке познакомилась с двумя тетками. Слово за слово, оказались крутыми бизнесменками. Рассказала им свою историю, а потом заодно и твою. Очень заинтересовались. Попросили связать. В общем, я им твой телефончик дала. Каюсь, Толя, без твоего разрешения. Если что выгорит, нас не забывай, – закончила она свое сообщение и повесила трубку, не дав сказать ни слова.

А ближе к вечеру позвонила одна из тех бизнесменок и предложила встретиться через часик у метро «Пражская». Когда объяснил, что это физически невозможно, встречу перенесли поближе – к метро «Тульская». Я описал, как буду выглядеть, и через час с небольшим оказался в назначенном месте.

Едва остановился, ко мне подошли две дамы бальзаковского возраста и обе представились Людмилами, а чтобы их не путать, кокетливо смущаясь, добавили свои отчества.

– Мы на транспорте, Анатолий Афанасьевич. Там можно удобно разместиться и поговорить, – предложила одна из Людмил.

В «Газели» действительно оказалось комфортно.

– Это наш офис, – сказала другая Людмила, – А это мой муж, – показала она на крупного водителя, который при этом кивнул. Кивнул ему в ответ.

Рассказывать ничего не пришлось. Перебивая друг друга, две курочки-тараторочки, принялись крупными мазками излагать свою историю. Оказалось, обе недавно перебрались в Москву из Норильска, где прожили основную часть своих жизней.

Людмила Ивановна назвалась вдовой известного в Норильске человека – академика Чернова. Она же, якобы, работала там директором школы.

Ее подруга, Людмила Константиновна, работала в той же школе завучем. Сейчас обе на пенсии, но с профессией не порвали и создали некоммерческое партнерство, чтобы продвигать свою, разумеется, уникальную программу обучения школьников. А для осуществления их планов требовались деньги и немалые. Попробовали заняться поставками товаров в Норильск. Оказалось, трудоемко, хлопотно, да и заработки копеечные.

Рассказ Евдокимовой о моих каменных делах обе сочли судьбоносным. Я слушал их и не понимал, чем же они могут быть полезными для дела, в котором ничего не смыслят. Врезавшись в их очередную историю, которые они, похоже, готовы были излагать всю ночь, спросил напрямую:

– Я-то вам для чего, уважаемые дамы? Денег у меня на вашу программу нет, да и на свою тоже.

– Деньги мы можем достать, Анатолий Афанасьевич, – таинственным голосом заявила Чернова.

– Тогда за чем дело стало? – рассмеялся я.

– Не все так просто, Анатолий Афанасьевич. На нашу программу их никто не даст, школа никогда никого не интересовала. А вот для ваших каменных дел дадут наверняка. А дело пойдет, и для нашей программы что-нибудь выгорит, – пояснила премудрая Людмила Ивановна.

Я не стал выяснять источник денег. Обе «учительницы» казались мелкими авантюристками. А потому, пообещав подумать, без всякого сожаления распрощался с обеими Людмилами и мужем-водителем их кочевого офиса.

Через день позвонила Чернова и предложила встретиться у метро «Пражская».

– Не знаю, Людмила Ивановна, есть ли смысл? – спросил, насколько понял, главную из Людмил.

– После встречи решите, – резонно заметила та.

И вот я снова в уютной «Газели» с откидным столом переговоров и домашними занавесочками на окнах.

– Едем в Подольск, – скомандовала Чернова, и машина бодро сорвалась с места.

– Надеюсь, из Подольска меня вернете? – спросил лихую командиршу, подготовившую сюрприз.

– А как же! – успокоила Чернова, – Просто хотим познакомить с нужными людьми. Нам же понадобятся производственные площади? – спросила она.

– Понадобятся, – недовольно ответил ей. Еще ничего не решено, а тут разговор о каких-то площадях. Шустрая тетка.

– На пищекомбинат, – скомандовала Людмила Ивановна мужу Людмилы Константиновны.

По дороге узнал, что едем к директору комбината Фокину. В Подольске тот, якобы, фигура заметная. Если одобрит, все будет как надо, в районе проекту дадут зеленый свет. Странно все это. Какой-то директор пищекомбината определяет, что требуется району.

– Авторитет? – в шутку спросил Чернову, не предполагая, что она знакома со смыслом этого слова в блатном мире.

– Что-то вроде того, – удивила меня Людмила Ивановна, – Фокин один из кандидатов в мэры Подольска. Станет мэром, братве и кавказцам здесь делать будет нечего. У него порядок как на пищекомбинате.

– А как на пищекомбинате? – рассмеялся я, – Недовольных в котел?

– Что вы, Анатолий Афанасьевич, – дружно рассмеялись обе Людмилы, – Просто комбинат у него по последнему слову науки и техники. Оборудование импортное, люди грамотные, увлеченные. Ему и ваш проект именно поэтому понравился. Да и вы друг другу наверняка понравитесь. Впрочем, сами увидите.

Фокин принял нас в скромном кабинете. Как старых знакомых поприветствовал обеих Людмил, с интересом выслушал мой рассказ о каменном проекте.