Чтение онлайн

Мечты были недолгими.

Тут же в голове парня появились довольные лица знати, очередные интриги, договорняки и прочая обязательная программа, сопровождающая дворцовые интриги.

Пыл тут же поубавился.

Затем вспомнилась Демидова, что с серьезным лицом, глядя ему прямо в глаза произнесла: «Удиви меня! Умник!».

Тут еще не к месту, Гарри почему-то вспомни лысого мальчишку после химиотерапии и долгожданная похоть куда-то улетучилась. Внутри появился азарт и злость.

Гарри шмыгнул носом, и взял листы книги и принялся их потихонечку пропускать так, чтобы появилось число у уголка с номером 782.

— Итак, — вздохнул Гарри и в слух прочитал название темы: — Основы смертельных проклятий. Разбор основы, условия уничтожения и способы валидации, точечного действия. Система смертельных проклятий рода Мрак.

Трактат вздрогнул, словно икнул или хмыкнул, а молодой некромант с кривой усмешкой произнес:

— Когда-нибудь, когда я стану сильным и опытным, я тебя обязательно сожгу.

Итак.

Подходим к сути проблематики, или почему я думал, что всё так просто, а оказалось как обычно: я дурак.

Имеем клетку, которая питается за счёт человеческого организма и является по сути его частью. Однако клетка делится как оголтелая и творит всё, что ей вздумается.

По факту, что сложного в том, чтобы наложить проклятье на одну единственную клетку? Ладно, на группу клеток?

А всё дело в том, дорогие мои, что клетка — это неотъемлемая часть организма. По факту клетки вне организма не живут.

Давайте вспомним деревенских колдунов, которые могли навесить проклятье или, как говорили в народе, навести порчу по одному волоску. Волос — группа клеток? Да. И проклятье, наложенное через них, действует на весь живой организм.

Понимаете?

То есть классическая некромантия здесь подразумевает, что группа клеток одного организма, является его неотъемлемой частью и через нее можно воздействовать на все остальное.

Вывод?

Традиционная некромантия и традиционный подход к ней не работают так, как нужно мне.

Любая клетка, помещенная в пробирку, вне зависимости от того, сколько она там провела, делилась или просто находилась в покое, при наложении проклятия действовала на живой организм.

Как это работало?

А вот так.

Берём нож, чекрыжим крысе кончик хвоста, бросаем в питательный раствор, близкий по составу плазме крови, обеспечиваем обогащение кислородом в растворе, а затем пробуем наложить проклятье на обрубок хвоста. Я пробовал с проклятьем икоты.

Что получаем?

А получаем мы, что хвост как хвост, а вот крыса сидит в клетке и дёргается от икоты. Да, оказывается они тоже могут икать, правда, я видел это явление только под проклятьем. Возможно, что процесс напрочь искусственный. Но не суть.

Вы думаете, дело в том, что взял хвост?

Нет.

Пробовал лапку, ноготь, волос, зуб.

Результат везде один и тот же.

Это оказалось непреодолимой стеной, и за пару недель экспериментов я сумел понять, что бьюсь в бетонную стену головой, надеясь, что она внезапно рухнет. Надо только посильнее ударить.

Закончилось всё довольно предсказуемо.

Я, в какой-то момент испробовав всё, что приходило в голову, выдохнул и с поганым настроением отправился домой.

Положенные в школе выходные я провёл в поместье, куда меня подкинул Федоров. Подержал сестру на руках со смешанными ощущениями. С одной стороны меня одолевало ощущение, что у меня в руках моя родная кровь. Моя сестра и комочек чего-то пищащего, хнычащего и довольно милого. С другой, ощущение растерянности и полного непонимания, что с этим комочком надо делать.

Нет, у меня не было детей.

Нет, даже старшего/младшего брата или сестры.

Просто...

Назовём это поразительным вывертом психики. Перед тобой что-то, чему ты должен радоваться, но это что-то хрупкое. А самое главное: ты не понимаешь, что с этим делать.

В итоге твой мозг врубает защитный механизм, и ты стараешься от этого чего-то избавиться и держаться от него подальше.

Страх.

Мда.

Ужасный и великий некромант боялся своей новорожденной сестры, но это... уже другая история.

Проведя выходные в поместье, я немного отошёл от эмоций, вернулся в город в воскресенье и с обречённым видом поставил на подставку в своей комнате трактат, выложил ему всё, чем занимался пару недель. Объяснил все затруднения, все проблемы и... попросил помощи.

Он снова выдал мне урок по проклятиям, и я с полной уверенностью, что эта книжка меня отшила, выполнил требуемое. Да, с пятого раза, но у меня получилось. И нет, дело не в моих кривых руках, а в том, что срущие кровавым поносом крысы вырывались и гадили по всей квартире. Привязать их нормально не получалось, а пластиковый таз дважды выскочил у меня из-под руки от мощнейшего удара умирающей жуткой смертью крысы.

Мда.

На пятый раз я отправился за тридцатилитровым аквариумом в зоомагазин.

Это было отличным решением, и моё проклятие с первого раза было засчитано.

Тогда же книга и дала мне выбор.

Я сейчас не хочу говорить о том, почему я выбрал именно то, что выбрал. Я ни о чем не жалею.

Однако...

Вообще после того, как я познакомился с техникой проклятья Мрак, я понял, в чем была сильная сторона моего рода.

Да.

Мрак умели отлично проклинать.

Настолько хорошо, что выработали свою технику проклятий, которые, не зная сути системы, невозможно повторить.

Заключалась она в том, что стандартный подход в некромантии заключался в зашифровывании сути проклятья определёнными символами. Тут были отдельные замысловатые геометрические фигуры, были руны, а также простые и понятные изображения, вроде фигурки человека “аля палка, палка, огуречик”.

На этом основывались проклятья, и засунуть в них какое-то по-настоящему сложное условие для точности было практически невозможно.

Нет, конечно, были свои мастера изображать то, чего хочет некромант с помощью рун и треугольников с квадратиками, но до такого ещё додуматься надо.