Чтение онлайн

Гребаная схватка клинков. Металл на языке. И внутри - раскаленный свинец. По жилам, по венам. Нервы в клочья. Взрывается аорта. Притяжение бешеное. Цепь протягивается между нами, вяжет, врезаясь до мяса.

Но девчонка умудряется оторваться в последний момент. Отталкивает меня, с ужасом глаза округляет, отказывается верить в то, что случилось. Она залепляет пощечину, раздирает мое лицо ногтями.

Как будто это может хоть что-то изменить.

Нет. Только не теперь.

Я хохочу. Точно чокнутый.

– Ублюдок!
– орет она.
– Будь ты проклят!

А я прижимаю свои пальцы к кровавым бороздам на щеке, воспринимаю их как самую изысканную и ценную ласку.

– Спасибо, родная, - говорю.
– Я тоже тебя люблю.

Девчонка вылетает из комнаты.

Стоп. Что я сказал? Люблю?

– Тео, ты должен решить этот вопрос, - говорит Романо.
– Никто не имеет права шпионить за нами. А если рискнет, то сильно об этом пожалеет. И черти бы его подрали, это будет последнее, что тупой ублюдок в своей жизни сделает.

Он в ярости. Так и не успокоился после того эпизода в ресторане. Обычно выражается без ругательств, старается держать марку эдакой аристократической утонченности, но здесь маска быстро слетает.

Не могу его осудить. Я и сам от подобного расклада не кайфую. Какая-то гниль решила, будто способна за нами следить, подслушивать разговоры, еще и на мою девчонку вдруг вышли. Из всех выбрали именно ее. Не слуг, не мелких прихвостней, даже не персонал ресторана. Били в главную цель, проверяли на прочность. Теперь наказать охреневших подонков вопрос чести.

Мои люди уже разобрали брошь, разложили по фрагментам. Тонкая работа. Меткая. Эту штуковину никакая «антипрослушка» не определит. Работали высококлассные спецы.

Генерал? Его бригада? Нет, записка сюда не вписывается, он бы обращался к девчонке иначе, личные обращения использовал. Да и такие игрушки на рынке еще не появились, а собственное производство урод не успел открыть, всегда пользовался чужими фишками, причем проверенными. Тут новейшие технологии. Передовые. Я бы поставил на японцев, но с местными они не торгуют, своих точек не имеют, левым товарищами поставку не организуют. Должен быть список. Четкий перечень их клиентов. Когда раздобуду его, пойму, в каком направлении рыть дальше.

Но вообще это дурной знак. На поле появился новый игрок. Начиная предвыборную гонку, я понимал, что многие захотят сместить левого кандидата, задвинуть вниз или попросту вытеснить отовсюду. Сферы влияния разделены между определенными игроками. Кто захочет делиться кормушкой? В противостоянии нет ничего нового. Загвоздка в другом. Методы столичных воротил я просек давно. Особых отличий от регионов нет, только ставки на порядок выше. В этой стране ребята действуют тупо. Пожалуй, даже топорно. И это нормально, ведь это реально дает нужный им результат. Здесь никто бы не заморачивался с хитрой «прослушкой». Скорее бы наехали на ресторан, прижали руководство, а когда мы бы туда приехали, зал был бы нашпигован заурядной техникой под завязку и не заметил бы этот цирк исключительно слепой. Впрочем, я уже держу хозяев ресторана за глотки, поэтому такой наезд никто бы не скрыл, операцию бы моментально слили. Хотя местные бы не грузились до такой степени. Плевать им на мои беседы с Романо. Они заняты примитивными схемами: готовят грязную заказуху, тянут самый бредовый компромат, пробуют слепить правду из дерьма и палок. Их планы легко предугадать. Когда не выйдет протащить меня с позором через медиа-ресурсы, начнут щемить бизнес. Облажаются там - возьмутся за родню, за ближайшее окружение. Ну попытаются взяться. Только ухватить нечего. И ничем. Я им быстро зубы обломаю.

Так кто же этот новый игрок?

Надо расколоть японцев. Вычислить врага и давить, пока не успел набрать обороты. Иначе потом станет поздно.

– Ты знаешь, как это бывает, - продолжает Романо.
– Можно спрятать огонь, но не дым. Люди чуют слабость, Тео. Даже самые глупые и трусливые. Они моментально ловят перемену сил. Никогда не давай им повод сомневаться в том, кто здесь рулит.

– Я справлюсь за неделю.

Именно столько потребуется, чтобы продавить японцев на чистосердечное признание насчет их клиентов. Они строго соблюдают конфиденциальность, но я найду точки воздействия и добьюсь своего в любом случае. Дальше останется техническая сторона вопроса. Вычислить противника. Выбор будет из семи-восьми позиций, поэтому долго размышлять не придется.

– Надеюсь, - коротко бросает Романо и завершает телефонный разговор.

Я понимаю, что он реально хочет сказать. Я должен был справиться еще вчера. Вообще не следовало допускать такое дерьмо на своей территории. Я дал слабину. Расслабился. И причина в ней. В моей девчонке. Она занимает слишком много места в моих мыслях.

Романо не станет выражаться прямо. Не выдаст, что реально думает, но это и без его слов очевидно. Слишком хорошо знаю своего крестного отца, читаю каждую фразу наперед.

– Эта девка делает из тебя сопляка, - вот, что сказал бы мне Романо.

И был бы прав. Почти во всем. Она не девка. Женщина. Моя женщина. Единственная. Пулей в башку влетела. Вышибла мозг на хрен. Вырубила наповал. С одного удара.

– Шеф, дело срочное, - рядом возникает мой помощник.
– Пообщаться хотят. Пришел человек от Шараева. Говорит, у него серьезное послание есть, просится на прием без очереди. Ждет в коридоре. Пускать или на другой день назначить?

Багир Шараев прибыл в столицу пару месяцев назад. Пока присматривается, не лезет за черту. А на родине у него слава дурная. Беспредельщик. Серьезные вопросы решать не умеет, только палить обучен. Если бы и здесь так себя вел, грохнули бы в секунду. Но здесь он тихий. Прямо подозрительно. Я думал, сорвется в первые же дни. Ни черта подобного. Держится до сих пор. Ни единой разборки. Бизнес такой, что никто не подкопается. Ничего мутного не затеял, ничего из темной сферы не пробивал.

Этот контраст меня сразу напряг. Поэтому Шараев находится под надзором. Ну реально, странная тема выходит. Как другой человек к нам пожаловал. Куда отморозок пропал?

Я бы мог допустить, что пацан дурость свою перерос, но ему уже под сорок. Поздно меняться. Без шансов.

– Пускай, - киваю.

Десяти минут хватит. А может, и пяти. Вряд ли шестерка Шараева предложит мне что-то стоящее, ведь сам Шараев явно чужая подстилка. Без помощи такие отбитые придурки наверх не пробиваются. Там серьезные тяги.

– Привет, Татарин, - слышится заискивающий голос.

Ха, знакомая рожа.

Артист. Мой старый знакомый. Ублюдок, который не гнушается ничем, за любую работу берется. По заказу готов и ребенка убить. Лишь бы платили. Для него запретных тем не существует, потому и мутит в основном с законченными уебками. Приличные люди эту мразоту не нанимают. Как от Романо вылетел, так совсем скатился.

– Минута, - говорю я.

Даю понять, что долгих бесед не светит. Он мою девочку пытался прижать, потом еще в Милане за нами шатался. Совсем берега потерял.